Сюжеты

Мария БУТЫРСКАЯ: ОТ СОПЕРНИЦ ДЕРЖАЛАСЬ ПОДАЛЬШЕ

Этот материал вышел в № 51 от 17 Июля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

ОТ СОПЕРНИЦ ДЕРЖАЛАСЬ ПОДАЛЬШЕ Ее ледовая карьера длиной в 23 года закончилась. Уйдя из любительского спорта прошлым летом, Маша поспешила подальше от тренировок, жесткого режима, падений и травм. Теперь ей нравится спокойно жить в своей...


ОТ СОПЕРНИЦ ДЕРЖАЛАСЬ ПОДАЛЬШЕ
       
       Ее ледовая карьера длиной в 23 года закончилась. Уйдя из любительского спорта прошлым летом, Маша поспешила подальше от тренировок, жесткого режима, падений и травм. Теперь ей нравится спокойно жить в своей просторной квартире-студии на Новослободской. По утрам неспешно пить кофе, вечерами ужинать с друзьями, а днем ходить в тренажерный зал и вслух читать Чехова. Классик помогает нашей первой чемпионке мира по фигурному катанию овладеть техникой речи – уже несколько месяцев Бутырская работает ведущей телепрограммы «Зарядка для страны». А в нерабочее время судится с Федерацией фигурного катания России в надежде вернуть себе 40 тысяч долларов призовых за выступления на чемпионате мира-2002 и немецком этапе Гран-при...
       
       — Маша, не опасное ли дело вы затеяли, подав в суд на целую федерацию?
       — Я сужусь не абстрактно с федерацией, а с конкретным человеком – ее президентом. Именно Валентин Писеев, на мой взгляд, лично отвечает за то, что мои деньги, а также призовые еще некоторых известных фигуристов перевели в банк, который обанкротился. Дело это неопасное, скорее, безнадежное. Один иск у меня уже отклонили, сочли его неправомерным. И если в конце концов смогу победить – это будет нонсенс для нашей страны. Ведь у нас, к сожалению, отдельный человек совершенно не защищен в правовом отношении перед государственными структурами. Впрочем, бороться я намерена до конца – это дело принципа, а зеленые купюры уже на втором месте.
       — Вы часто конфликтовали с тренерами?
       — С первым наставником Ириной Нифонтовой у меня были отличные отношения. Все восемь лет, что мы занимались вместе, она говорила, что я способная, красивая – лучшая. Когда Нифонтова ушла в декрет, меня перевели к Елене Водорезовой, с которой мы тоже ладили. Но Лена опять же ушла в декрет. Я попала в группу к тренеру, которая хотела одного: чтобы ее не трогали. Ходила только за зарплатой, ездила на дачу в рабочее время, занятия часто отменялись, мы просиживали на трибунах – без тренера на лед не пускали. Меня это злило – хотелось работать. Я лезла на рожон и в итоге в 15-летнем возрасте была отчислена из ЦСКА. Профессиональный мир тесен, все, кому надо, вскоре узнали: на Бутырской поставлен крест. Тогда и я махнула на себя рукой. Три месяца не каталась, сильно располнела… Поддержала Ирина Нифонтова: «Зря мы столько лет занимались? Ты еще не получила по заслугам, уходить не можешь». Словом, я решила начать все заново. И через некоторое время оказалась у известного тренера Виктора Кудрявцева, с которым стала «звездой тренировок».
       — Это как?
       — Виктор Николаевич — человек мягкий, добрый, с ним все просто, без конфликтов и ссор. А мне не хватало палочки, которая бы подгоняла. Возможно, поэтому на тренировках с Кудрявцевым я выполняла сложнейшие элементы без ошибок и падений. А стоило выехать на соревнования, ничего и близко не получалось. Я мучилась, впадала в отчаяние… Постепенно и тренер перестал в меня верить. И однажды после очередной неудачи на чемпионате Европы (мне было уже 24 года) я подошла к Елене Чайковской и попросилась к ней в группу. Елена Анатольевна меня приняла.
       Виктор Николаевич, возможно, обиделся на меня: дескать, предала, ушла по-английски. Я очень благодарна Кудрявцеву, он многому меня научил. Но я не могла больше работать без психологической поддержки. И после того, как первый раз в жизни сама выбрала себе тренера, начала побеждать: сначала пятая на чемпионате Европы, потом третья на чемпионате мира. И наконец – чемпионка Европы и мира.
       — Бывшие танцоры на льду Ирина Моисеева и Андрей Миненков рассказывали, что, когда приезжали на соревнования, почти всегда заранее знали, какое место займут. С вами что-нибудь подобное происходило?
       — В танцах на льду такая ситуация вероятнее, чем в одиночном катании. У нас, чтобы выиграть наверняка, должны совпасть две вещи: ты сам выполняешь программу без ошибок, а твои ближайшие соперники катаются с помарками. Но я точно знала, что не получу ни золота, ни серебра на Олимпиаде в Нагано: там были свои лидеры Мишель Кван и Тара Липински. Борьба начиналась только за третье место.
       — Хотите сказать, что на таких турнирах, как Олимпиады, все заранее расписано? И скандалы в Солт-Лейк-Сити, и революция в системе судейства неслучайны?
       — Знаете, не хочу лезть в закулисную жизнь фигурного катания. У нашего вида спорта сложился некий образ – праздничный, романтичный. Поклонники принимают и любят его. Так зачем разрушать этот образ и кого-то расстраивать? Обратная сторона существует всегда, даже у красивой медали.
       — И все-таки налицо определенный кризис в фигурном катании: наши лучшие тренеры и спортсмены уезжают за границу, потому что им негде тренироваться дома…
       — По-моему, этот кризис уже миновал. Наш вид нынче – не самый бедный, и находится немало обеспеченных родителей, желающих счастливого будущего своим детям. Интерес к фигурному катанию не ослабевает, а значит, и тренеры будут востребованы. Например, Елена Анатольевна Чайковская всегда могла найти место для тренировок своих подопечных. Чем остальные хуже?
       — Со стороны вы всегда выглядели немного бунтаркой, «чужой среди своих». Могли сорваться с соревнования, не дождавшись его конца. Могли в один день поменять тренера. И все же стали чемпионкой мира и катались до тридцати лет…
       — Мне кажется, что чужой меня сделала пресса с подачи «друзей». Я себя какой-то «неправильной» не считаю. Просто долгое время, пока моим тренером не стала Чайковская, рядом со мной не было сильного плеча – ни опереться, ни поплакаться. Приходилось и кататься, и решать околоспортивные проблемы. Тут поневоле зубы отточишь. Кстати, многие, кто видит меня по телевизору и потом встречает лицом к лицу, удивляются: коньки ведь нас, фигуристов, делают выше, мощнее. Но эмоции я действительно не умею прятать. Если я расстроена после плохого проката, то переживаю, злюсь, ругаю себя, и это невозможно скрыть. А если кто-то пытается меня задеть, могу резко ответить.
       — Некоторые назовут это стервозностью.
       — Ко мне слово «стерва» категорически не подходит. В моем понимании это человек, который пойдет по трупам для достижения своей цели, я так не могу. Помню, за день до старта на Играх доброй воли в Санкт-Петербурге взрослая и неумная женщина-тренер спрятала мои коньки. Утром перед тренировкой я открыла шкафчик и увидела, что там пусто. Фигурист знает, что такое остаться «босым» перед стартом. К новым конькам привыкаешь не меньше месяца – они жесткие, грубые. Вот такой подлости я бы сделать никогда не могла. В общем, с тех пор я старалась держаться подальше от соперниц.
       — Поджог вашего автомобиля БМВ перед чемпионатом России-2000 тоже был происком соперниц?
       — Я очень устала об этом рассказывать, журналисты без конца донимают меня на эту тему. Мне действительно подожгли машину прямо перед соревнованием, и я проиграла чемпионат. Я догадываюсь, кто это сделал, но обвинять никого не вправе, потому что это лишь догадки. Ведь преступников не нашли. Да, по-моему, милиция толком и не занималась этим делом.
       — В вашей жизни случалось немало «криминальных» историй, была и трагедия…
       — Да, моего близкого друга, с которым мы были вместе несколько лет, убили. Но мне очень тяжело говорить на эту тему, переживать все заново. А о своей нынешней личной жизни могу сказать, что она меня не полностью устраивает. Я хочу иметь семью и детей, желательно троих. И боюсь не успеть стать многодетной мамой – возраст… Не очень мне пока везет на мужчин… честных. Например, я встречалась с человеком, который был женат и скрывал от меня это. Естественно, когда обман раскрылся, мы разошлись. Честность – это главное требование, которое я предъявляю к мужчине.
       — Может, ваше громкое имя препятствует личному счастью?
       — Не сказала бы, что оно такое уж громкое. Выйдите на улицу, спросите десять человек, кто такая Маша Бутырская, — от силы парочка ответит. Да, в спортивном мире меня знают, но это не всегда приятно. Недавно открыла в интернете страничку из двух колонок: Мария Бутырская – кто ее любит, кто ненавидит. И вот во второй колонке та-акое! Обидно, и не столько за себя, сколько за тех, кто пишет. И откуда в них так много ненависти?
       — Но разве вы недовольны судьбой, медалями и званиями?
       — Знаете, я до сих пор полностью не осознала, что когда-то стояла на пьедестале, была чемпионкой. Все так молниеносно случилось: одна победа, другая… Теперь появляются новые чемпионки, мой успех — все дальше. Хотя чувство удовлетворения все-таки есть, мои детские мечты сбылись. Вспоминаю чьи-то слова: «Бутырская? Да из нее ничего не получится!» — и думаю: где вы, предсказатели?
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera