Сюжеты

МАТЬ ДОНСКОЙ ДЕМОКРАТИИ

Этот материал вышел в № 52 от 21 Июля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ее президент Путин и кастрюлька с кашей Городу Ростову крупно повезло. У Ростова есть река Дон. Что само по себе большой топографический плюс. Еще у Ростова есть ростовчанки — неземной красоты девушки. Категорически все. Поголовно. У...


Ее президент Путин и кастрюлька с кашей
       
       Городу Ростову крупно повезло. У Ростова есть река Дон. Что само по себе большой топографический плюс. Еще у Ростова есть ростовчанки — неземной красоты девушки. Категорически все. Поголовно. У Ростова есть рынок — живописнейшее место, на котором под видом элитного краснодарского чая вам продадут — упаси бог, не стрихнин, конечно, — так, немножко сена. Что, согласитесь, не вредно для здоровья, а очень даже бодрит. Но самая ценная ростовская достопримечательность, по моему сугубо личному мнению, — местная пенсионерка и правозащитница со стажем Нина Васильевна Дмитриева. Ее судьба каждому приличному человеку — персональный укор. Банальный человеческий эгоизм в гомеопатических дозах несет продуктивный заряд, это еще в Библии записано. Нина Васильевна собственным опытом ставит под сомнение христианскую догму, доказывая, что жить счастливо получится — только если ради других. Без вариантов.
       
       Как Нина Васильевна стала «матерью донской демократии»
       В 1986 году Нина Васильевна работала в скульптурных мастерских. Писала рабочим в ведомости расценки. Однажды, посмотрев на финансовый документ попристальнее, убедилась, что работяг дурят натуральным образом. Внесла поправки. Поправки начальству не понравились настолько, что Дмитриеву попросили не заниматься самодеятельностью. Потом попросили еще раз тоном, на который Дмитриева среагировала моментально, заодно сформулировав жизненное кредо ближайших двадцати лет: «Я трудно воспринимаю, когда мне угрожают».
       Рабочие собрали ей денег на билет, и она, взяв под мышку шестилетнюю дочь, отправилась в ЦК партии и к министру культуры за справедливостью. Министр на заявление Дмитриевой о том, что она разоблачила «группу коммунистов-мошенников», откликнулся адекватно — попросил не заниматься клеветой. Ему она тут же ответила еще одной крылатой фразой: «Я теперь понимаю, что ваш Ленин правильно сделал, что юридический окончил перед революцией». Чиновник тот Нину Васильевну профессионально сориентировал на всю последующую жизнь — вынудил перепрофилироваться в правозащитницы.
       Если припомнить пунктиром всю последующую жизнь Нины Васильевны, выяснится, что вся она ушла на установление торжества демократии. Где сейчас та демократия — вспоминать не будем, чтобы не нарушать общего позитивного настроя заметки. Нина Васильевна же отстаивала справедливость в рядах ростовского правозащитного общества «Защита», ездила по ростовским деревням, агитируя за Ельцина; потом, отстаивая завоеванные свободы, три дня провела на баррикадах в дни путча.
       Последние шесть лет использует по назначению одно из завоеваний демократии — многопартийность, занимая сначала у «Единства», а теперь у «Единой России» помещение для своей общественной приемной. До последнего времени партийцы попадались вменяемые.
       
       Из книги отзывов общественной приемной ростовского отделения «Единой России»
       «Огромное спасибо за содействие в восстановлении трудовой книжки, пропавшей в Чечне. Михайлюк».
       «…Спотыкаясь о бордюр, машины грохотали под нашими окнами. 1 апреля благодаря вашему вмешательству законность была восстановлена — бугор ликвидировали».
       «Безмерно благодарна Дмитриевой за помощь в устройстве в дом-интернат. Четыре месяца ходила по инстанциям — все отказывали. Буду молиться за вас до самой смерти… Левченко К.В.».
       
       Как Нина Васильевна работает на общественных началах
       «На работу как на праздник». В буквальном смысле слова. Когда мы встретились, Нина Васильевна была в чем-то невесомо белом и невыразимо элегантном. Изящно курила и не слишком изящно отчитывала посетительницу за то, что та поддалась на уговоры чиновников и подписала себе в ущерб важные документы. За пять минут общения с ней Дмитриева успела вникнуть в суть дела, продиктовать необходимое заявление в суд («Пишите внимательно, а не любуйтесь на меня. Я не Эдит Пиаф!»), отдать дань уважения Ильфу и Петрову, предложившим «400 способов законного отъема денег». Судя по делу просительницы, — а ей за отличную квартиру в доме, который выкупила какая-то фирма, навязывали смешные деньги, — книга классиков в Ростове во многих кабинетах оставалась настольной.
       Потом пришла старушка с захватнически построенным вороватыми соседями забором и рисовой кашей в кастрюльке. Каша предназначалась для физической поддержки правозащитницы. По судам — а было уже три — ходить она намаялась смертно, одна осталась надежда — Дмитриева. Старушка долго и путанно объясняла итоги своей тяжбы, Нина Васильевна что-то быстро записывала в блокнот, выстраивая линию защиты с такой скрупулезностью, будто решался вопрос жизни и смерти.
       Спустя шесть часов, записав под номером 12 последнего посетителя, она вытряхнула пепельницу и, припомнив, что заезжий корреспондент день провел без обеда, повела кормить кашей.
       За последний год к Дмитриевой обратились 1978 человек. Характер просьб — от помощи спилить старое дерево во дворе одинокой пенсионерки до оформления справедливой (а не назначенной) компенсации за утраченное в Чечне жилье. Замечу сразу: обе просьбы были удовлетворены. По статистике половину ходатайств Дмитриева решает в пользу просителей. Оставшейся половине дает квалифицированные юридические консультации.
       
       Как Нина Васильевна и «Единая Россия» не находят взаимопонимания
       Может, и не было бы повода писать эту заметку — пустой публичности Нина Васильевна страсть как не любит, если бы не одно обстоятельство. Судя по всем приметам, местные «единороссы» хотят от Дмитриевой избавиться. Отключили у нее междугородний телефон, вынесли приличный компьютер, зарплату не платят полтора года. Нина Васильевна меньше всего потерю финансовую переживает, самая катастрофическая для нее утрата — помещение. Если выжмут ее с привычного места, где найдет она 10 тысяч рублей ежемесячно на аренду места для приема посетителей?! Причину же антипатии к себе видит в одном — слишком честный и бескорыстный персонаж она для того, чтобы быть подконтрольной и управляемой. «Единороссы» ей сугубо несимпатичны еще по одной причине. Вглядевшись пристальнее в прошлое товарищей по партии, она обнаружила (не сказать, чтобы слишком удивилась), что никто из них раньше общественной деятельностью не занимался — все больше коммерческой. Лишенная большого дипломатического дара, тут же окрестила их «коммерческими импотентами от власти». А ее благодарные посетители написали президенту письмо, выдержки из которого — ниже: «…Встает закономерный вопрос: почему ростовская партия «Единая Россия» не видит вокруг других объектов для борьбы, кроме Дмитриевой?.. При том, что правовой беспредел цветет у нас буйным цветом. Так, может, это не та партия или в ней не те люди?!». На этот, по моему наблюдению, риторический вопрос Нина Васильевна очень надеется получить ответ. К президенту Путину у нее особое отношение, настолько особое, что разочаровывать ее в этом просто жестоко.
       
       Из книги отзывов
       «Более полутора лет терпеливо занималась судьбой моего внука, Татаржинского Александра, незаконно осужденного на 3 с половиной года. Благодаря ей внук помилован комиссией при президенте РФ и выпущен на свободу».
       «Ура! Боже мой! Я сегодня получила путевку в санаторий «Надежда». Это ваша заслуга! Сумина Н.Г.».
       «Благодаря помощи Дмитриевой мне установили телефон, на который я стояла в очереди 33 года. Романова М.В.».
      
       Как Нина Васильевна встречалась с президентом Путиным
       Нина Васильевна любит Путина всем сердцем, всей пламенной душой, которая рвется наружу из хрупкой плоти (48 килограммов). Плоть и дух ее сосуществуют в диаметральном единстве весовых противоположностей. Поэтому сила ее симпатии к первому лицу государства не поддается хладнокровному осмыслению. Он — ее единственная надежда, олицетворяющая светлое будущее страны. На мой вопрос, почему же тогда президент не может остановить чеченскую войну, ответила так: «Ну ведь не он же ее развязывал!». Логика железная — даром что женская.
       Нина Васильевна написала оду в честь ВВП, а ростовский композитор положил слова на музыку. В ее кабинете висят несколько портретов президента — из тех, что с проникновенным взором. Лично встречалась с ним дважды. Первый раз — на съезде «Единства» она послала ему записку из зала с просьбой «от имени ростовчан пожать вашу руку». Президент, прочитав ее, выразительно посмотрел в зал. Нина Васильевна все поняла правильно и, дождавшись, когда тот станет выходить, бросилась наперерез: «Это я, Дмитриева!»
       Нина Васильевна говорит, что ей крайне важно было посмотреть ему в глаза — раз и попросить о встрече — два. Первое сбылось, второе кумир пообещал исполнить, уточнив: «Но вы понимаете: это скоро не будет…» Нина Васильевна ответила достойно: «Я готова жить надеждой». Надежда оправдалась через три года, когда Путин приехал в Ростов. Она купила семь роз за свои деньги и прорвалась-таки через пять часов осады сквозь президентское оцепление, чтобы передать ему обращение от 600 тысяч пенсионеров Ростовской области о внесении поправок в закон о пенсиях. Президент опять пожал ей руку, а она тут же ввернула: «Только прочитайте обязательно, а то получится, как у Жванецкого: «Пишу в ООН, а отвечает ЖЭК». Что вынес из этого обращения президент — понять пока трудно. Пенсия у Дмитриевой с учетом 42-летнего трудового стажа — 1763 рубля.
       
       Из книги отзывов
       «Нам отрадно, что тысячам граждан Ростовской области досталась комната на втором этаже, где мы можем бесплатно поведать о своих нуждах. После бесконечных хождений по инстанциям я так и не могла получить похоронные деньги на моего мужа. Нина Васильевна добилась их для меня… Лесникова Л.И.».
       «…Я сидел и плакал, сидел и плакал, пока один челове не сказал мне: «Дедушка, ты не плачь, иди к одной женщине…». Я пришел и не знаю, кому она звонила и зачем, но мне деньги положенные заплатили… Ветеран ВОВ Оганян».
       
       Как Нина Васильевна от услуг господина Сороса отказалась
       Однажды Екатерина Гениева, президент Российского фонда Сороса, приехала в Ростов. А там — Дмитриева. Гениева не сплоховала и спросила прямо сразу, без обиняков: «Почему вы, Нина Васильевна, денег не попросите, ну грант там какой-никакой?» А та ей отвечает: «А чей я народ, по-вашему, защищаю? Свой народ. Так зачем мне деньги Сороса на защиту моего народа?»
       Саму Нину Васильевну вот уже полгода защищает пенсионер Оганян. Раз в неделю он приходит и садится в углу приемной. Садится и ждет, пока поток посетителей немного рассосется. Тогда он заглядывает к Дмитриевой и спрашивает: «Тебя здесь никто не обижает, нет? Если обидят, скажи, я пиджак с наградами надену и пойду в кабинет к начальнику, которому скажешь…»
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera