Сюжеты

КРУПНЫМ БИЗНЕСМЕНАМ ПУТЬ В ПОЛИТИКУ ЗАКРЫТ

Этот материал вышел в № 55 от 31 Июля 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Своими соображениями о ситуации на предвыборном поле в беседе с нашим специальным корреспондентом делится генеральный директор Центра политических технологий Игорь БУНИН — Игорь Михайлович, три предыдущие избирательные кампании в Госдуму...


Своими соображениями о ситуации на предвыборном поле в беседе с нашим специальным корреспондентом делится генеральный директор Центра политических технологий Игорь БУНИН
       

      
       — Игорь Михайлович, три предыдущие избирательные кампании в Госдуму проходили достаточно драматично: в каждой случалось что-то непрогнозируемое. Что же на этот раз?
       — Форсмажорные ситуации предусмотреть невозможно. Сейчас на повестке дня не стоит вопрос о преемнике Путина. Даже второй тур на президентских выборах трудно представить. Воевать против Путина никто не может и не хочет: все партии лишь ищут дистанцию или, наоборот, пытаются приблизиться к президенту. Ну разве только КПРФ пытается себя противопоставлять.
       Это связано и с типом избирателя. А большинство избирателей довольны некоей стабильностью, спокойствием, каким-никаким решением насущных проблем, что в их сознании связывается с именем Путина.
       В то же время сейчас среди некоторых категорий избирателей начинает действовать закон французского социолога Токвиля, который упрощенно можно сформулировать так: революции происходят не тогда, когда людям живется плохо, а когда становится жить хорошо и они начинают проявлять нетерпимость к малейшим проявлениям несправедливости.
       Раньше было тяжело и трудно — и терпели все что угодно. Последние три-четыре года есть доминанта улучшения — и у избирателя начинает накапливаться недовольство, но оно пока не принимает характер взрывного.
       Сейчас нет ни одной партии, которая бы полностью удовлетворяла некие потребности избирателя в справедливости, комфорте, душевности, морали...
       — …хотя малых партий так много! Но разобраться в том, что они нам предлагают, совершенно невозможно.
       — Во-первых, в реальности существуют только две идеологические «компании»: это КПРФ, за которую голосуют не адаптированные к новой жизни и достаточно идеологизированные избиратели, и СПС, за которую голосуют очень адаптированные и ориентированные на Запад. Между остальными партиями большой разницы не существует. Да и партиям становится сложно найти свою идеологическую «солянку», если избиратель выступает за либерализацию, разумные налоги, но одновременно и за некие идеологические схемы, связанные с государственным центризмом.
       Во-вторых, происходит конвергенция избирательных блоков. «ЯБЛОКО», Народная партия, «Единая Россия», ЛДПР опираются на не полностью адаптированных. Я бы сказал, что для них характерен комплекс жены Лота: сам Лот уверенно шел вперед, а его жена все время норовила оглянуться назад. И наш неадаптированный избиратель все время оглядывается.
       — Что более оптимально для Путина — поддержать одну партию или встать над всеми партиями?
       — Начальная стратегия президента была такая: он становится во главе партии, и она набирает больше 50 процентов в Думе. Но — увы! — случился крах «блицкрига». К маю Кремль понял, что «Единая Россия» может получить максимум 18 — 25 процентов и рискует даже уступить КПРФ. И стратегия — загнать КПРФ в «гетто», а чиновников — в «Единую Россию», всех построить, отрезать другие партии от источников финансирования, от административного ресурса — ничего не дала.
       Путин осознал, что это тупиковый путь, и произнес сакраментальную фразу: «Ни в какую партию я вступать не буду». И начал раздавать другим партиям маленькие подарки: СПС похвалил за активную работу над созданием новой армии, разрешил «народникам» идти на выборы… У Путина нет выбора. Он понял, что нужно создавать другую «колонну», и сейчас пытается собрать весь электорат под разными соусами: одним шлет одни импульсы и лозунги, другим — другие. И постоянно сохраняет под собой большинство.
       В итоге появилась идея создания второй, хорошо контролируемой партии. При поддержке Кремля и инициативе «снизу» из одномандатников была сформирована Народная партия, сориентированная на левый центр. И она начала собирать «бродячего», то есть неопределившегося избирателя: он уже не коммунист, но еще не полностью освоился в новой реальности, ему хочется справедливости, порядка, обновления.
       Путин пока не взял открыто «под крыло» Народную партию, не выразил пиаровских симпатий. Хотя она уже вошла в ряд партий, которые стали ассоциироваться с будущим успехом. Ее задача — крепить симпатичное для избирателя слово «народная». Но одной симпатичности мало. Чем ближе к выборам, тем меньше люди выбирают по принципу «самая приятная партия». На финише избиратель чаще делает идеологический выбор.
       — В какой степени региональные элиты, губернаторы поддержат партию власти — одну или другую? Или «разложат яйца по разным корзинам»?
       — Губернаторы всегда предпочитали плюрализм, многоцентрие, многополярность. Это оптимально для них: чем больше свободы маневра, тем лучше. Они, так же как и олигархи в моноцентрической системе, созданной Путиным, хотят иметь свободу действий. Но для печати, «для витрины», они, естественно, будут брать под козырек перед Путиным, администрацией, Волошиным… На деле же станут подыгрывать тем кандидатам и партиям, которые им нужны.
       — Не могу не спросить ввиду актуальности: что означает начавшаяся антиолигархическая война? Как это скажется на предстоящих выборах?
       — Я думаю, что это не совсем связанные вещи, потому что война была развязана вне избирательной кампании.
       — А в принципе крупная корпорация может заниматься только экономическим лоббизмом?
       — У нее всегда появляются политические интересы. Тем более в нашем обществе, где правила неуниверсальны и всегда существует некий симбиоз между политической и экономической элитой. И он заставляет всегда инвестировать в политику. Но, с моей точки зрения, крупные бизнесмены никогда не смогут в России стать нормальными политиками. Для них этот путь закрыт.
       — Почему? Разве плохо, когда страной управляют высшие менеджеры, умеющие считать?
       — Политика — это другой вид деятельности. Бизнесмены мыслят во всем техническими категориями: бизнес-план, стратегия, постепенный подход… А в политике необходимо политическое мышление, часто на первый взгляд кажущееся нерациональным.
       — Как эта война аукнется в рядах электората? Повлияет ли на рейтинг президента?
       — У Путина такой высокий рейтинг, что лишний олигарх не испортит ему «обедни». Безусловно, президент при желании мог избежать такой войны. Ведь у «ЮКОСа» хорошая репутация. Но власть «наехала» очень грубо и создала воронку, в которой начинает вязнуть экономика: сегодня теряем десять миллиардов, завтра — двадцать, послезавтра — тридцать… Это очень опасно для экономики России. А позже аукнется и в политике. Уже значительная часть элиты начинает дистанцироваться от президента.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera