Сюжеты

ТРУБЫ НЕ ГОРЯТ. ОНИ ПРОГОРАЮТ

Этот материал вышел в № 57 от 07 Августа 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Почему «естественными монополиями» называют самые неестественные для рыночной экономики структуры? В рамках нашей акции «Посредник» журналисты «Новой газеты» с помощью экспертов изучают роль монополий и посредников в российской экономике....


Почему «естественными монополиями» называют самые неестественные для рыночной экономики структуры?
       

       
       В рамках нашей акции «Посредник» журналисты «Новой газеты» с помощью экспертов изучают роль монополий и посредников в российской экономике. О компании «Транснефть», транспортирующей около 95 процентов российской нефти и в то же время являющейся «естественной государственной монополией», мы решили побеседовать с председателем Комитета Совета Федерации по промышленной политике Валентином ЗАВАДНИКОВЫМ.
       
       – То, что «Транснефть» — посредник, своего рода условность. Эта компания выполняет конкретную производственную функцию — транспортирует нефть и нефтепродукты. Точно так же, как, например, элемент трубопроводной системы «Газпрома» транспортирует газ, а Федеральная сетевая компания транспортирует электроэнергию. Так что это скорее не посредники, а части государственной инфраструктуры, которые осуществляют определенную производственную функцию.
       А вот что касается монополизма… Собственно говоря, теория естественной монополии родилась еще в начале прошлого века. Технологии того времени позволяли регулировать ценообразование в определенных сегментах рынка только с помощью установки тарифов. Появились корпорации, которые начали называть естественными монополиями. Технологии стремительно развивались, и в развитых странах этот подход умер. Правда, в России экономическая мысль этот момент «пропустила», и наша экономика продолжает жить категориями начала прошлого века. Не потому что не заметила новой тенденции, а потому что людям, находящимся во власти, выгодно использовать именно те методы регулирования, которые сегодня применяются для естественных монополий.
       Почему «Транснефть» и подобные ей структуры называют «естественными монополиями»? Потому что государство пытается регулировать их деятельность, избрав для этого, на мой взгляд, самый негодный способ — директивное определение цены. Проблема заключается не в монополисте, а в том, как устроен рынок транспортных услуг. В России он остался прежним, советским, когда отношения в экономике строились не на рыночной основе, а путем директивного планирования.
       Та структура, которая существует сегодня, неэффективна. И государство поступает здесь некорректно, нерыночно. Это видно на примере той же «Транснефти». Во-первых, государство не позволяет строить «трубу» частникам. Запрещает это где-то прямо, а где-то косвенно. Во-вторых, государство и не пытается изменить методы управления «Транснефтью». Нельзя цену определять путем установления твердого тарифа. Нужно продавать пропускные способности «трубы». Технологии сегодня позволяют определять точку перемещения любого продукта по любой транспортной сети в режиме реального времени. Это гораздо эффективнее, чем считать издержки системы: затраты на транспортировку и строго определенный тариф.
       — Не секрет, что сегодня большинство крупных нефтяных компаний негативно относятся ко многим сторонам деятельности «Транснефти»…
       — Вина здесь лежит не столько на «Транснефти», сколько на государстве и модели регулирования, которую оно использует. Ведь «Транснефть» живет по тем правилам и принципам, которые ей определила власть в лице законодательной и исполнительной ветвей. Хотя, если внимательно прочитать Конституцию Российской Федерации, владение хозяйственными объектами и управление ими не входят в функцию власти. Поэтому теоретически когда-то и «Транснефть» должна стать частным предприятием. Возможно, кто-то боится, что это скажется на безопасности страны. С такими страхами можно жить, но только сделав при этом две вещи.
       После чего «Транснефть» может существовать столько, сколько ей влезет. Надо разрешить всем желающим строить трубопроводы, где им вздумается, и транспортировать по ним свою продукцию. И одновременно взамен тарифного ценообразования ввести рынок пропускной способности на трубу. Грубо говоря, купил себе больше трафика и транспортируй. А если тебе что-то здесь не нравится — строй свою трубу и перегоняй по ней свой продукт. Или транспортируй по чужой трубе, если найдешь на этом маршруте цены меньше, чем у «Транснефти».
       — Что сегодня мешает «частникам» построить свою «трубу»?
       — Нефтяную теоретически строить можно. Законом это не запрещено. Правда, на практике — невозможно. Газовую трубу «тянуть» нельзя по закону. То есть построить ее можно, но потом надо будет отдать ее «Газпрому». Как в одном известном мультфильме — безвозмездно и безвозвратно, то есть даром.
       Власть должна понять простые вещи: нет ничего страшного в том, что кто-то владеет трубопроводом. Это нормально и естественно. И если это для власти бизнес — значит, и подходить к проблеме она должна как к бизнесу. То есть необходимо тот ресурс, который есть у государства, не раздавать по тарифу, а продавать по рыночной цене. Это решение, которое когда-то все равно придется принять, и оно больше политическое, нежели законодательное.
       На сегодняшний день власть и бизнес достигли некоего политического консенсуса. У меня такое ощущение, что частные трубопроводы вскоре могут появиться. Это нормализует рыночные отношения. Для кого-то это будет выгодно, для кого-то нет. Но зато отношения будут равными для всех. Частник всегда более эффективный собственник, чем государство. Он распоряжается и управляет своим кровным имуществом, а чиновник руководит государственным. Не своим. Ему, по сути дела, наплевать. Не верю я в то, что чиновники у нас самые умные, самые гениальные, самые патриотичные.
       Сегодня компания «Транснефть» не может быстро и эффективно реагировать на те ситуации, которые складываются на мировом нефтяном рынке. России необходимо сохранять там свое присутствие, поддерживать рентабельность этого бизнеса. Нам нужно увеличить продажу нефти на внешний рынок. Значит, нужны новые «трубы». «Транснефть» же сегодня не может обеспечить нужные темпы строительства трубопроводов. Наш бизнес понимает это и говорит: «Давайте мы построим свою трубу. Если мы продадим больше нефти, то компании заработают больше денег, соответственно, страна получит больше налогов». Людям, которые работают в этих компаниях, тоже прибавят зарплату. Общий экономический эффект от постройки частной трубы — положительный.
       — Можно ли сейчас говорить о том, что крупные российские компании готовы строить свои трубопроводы?
       — Я не верю в «свою трубу» для каждой корпорации. Для крупных нефтяных компаний это будет совместный проект, в который они будут инвестировать капитал. Понимая, что мощностей «Транснефти» им не хватает, они готовы сброситься и построить параллельный бизнес для транспортировки своей нефти. Уже есть консолидированное соглашение компаний так называемой «большой четверки»: «ЛУКОЙЛа», «Сибнефти», «ЮКОСа» и ТНК. Они договорились о «западном проекте». Также «ЮКОС» и ТНК почти договорились о проекте «восточном».
       Этот параллельный деятельности «Транснефти» бизнес оживит экономику. Поскольку будут задействованы новые строительные мощности, появится много рабочих мест. Несомненно, будет развиваться экономика тех регионов, по которым будет проходить эта «труба», — ведь после того, как трубопровод построят, его надо будет обслуживать. Вдобавок активнее будут разрабатываться труднодоступные месторождения. К ним просто будет легче пробиться.
       — Советские трубопроводные системы наиболее активно развивались в 60 — 80-е годы. То есть многие из них эксплуатируются более двух десятков лет. Соответственно, эти трубопроводы требуют повышенного внимания к их надежности и безопасности. Мало того, их нужно обновлять и модернизировать. Способна ли «Транснефть» обеспечить все это?
       — Некоторые трубы изношены до 70 процентов. Но государство в лице «Транснефти», как я уже говорил, регулирует цены по методу «издержки плюс тариф». А нефтяные компании заинтересованы в сдерживании тарифов на транспортировку. В результате нет необходимого инвестирования в реконструкцию трубопроводов. Просто потому, что это не принесет денег «Транснефти». Да, это может привести к аварии. Но починка труб — второстепенная задача для компании. Это же не труба менеджеров, которые управляют «Транснефтью». Это труба какого-то «мифического» государства. В крайнем случае потеряют они работу, ну и что из этого? Такое положение дел вполне естественно, когда люди управляют активами, которые им не принадлежат, и не несут ответственности перед непосредственным собственником.
       — Существует ли реальная угроза экологической катастрофы и остановки транспортировки нефти на некоторых участках? И каковы могут быть убытки при таком повороте дел?
       — Ответ утвердительный. И выход из этой ситуации я уже описал — это принципиальное изменение способа регулирования. Надо переходить от выделения квот на доступ к трубе к рынку пропускной способности любой транспортной инфраструктуры. В том числе и «Транснефти». Государство не должно владеть этим бизнесом. Поэтому как минимум оно не должно своим гражданам запрещать строить частную трубу или линию электропередачи. Основная задача государства — поддержание жесточайшей конкуренции во всех секторах экономики. Когда же государство, наоборот, пытается минимизировать конкуренцию или регулировать ее в своих интересах, мы видим, во что это выливается, — в трубу…
       — Может быть, на современном этапе государству просто необходимо держаться за свою трубу?
       — Держится не государство, а конкретные чиновники, которые выступают от его имени. Никому не хочется терять столь мощный рычаг давления — как экономический, так и политический. Государственная компания «Транснефть» и частная труба должны конкурировать. Бороться за тех, кто хочет транспортировать нефть. Самое смешное, что здесь я ни с кем не борюсь, а нахожусь в роли просветителя. До тех пор, пока люди будут считать, что у государства есть какие-то иные цели, кроме интересов его граждан, нужно на пальцах объяснять обратное.
       Очень любопытно: какие у чиновников могут быть иные интересы, помимо интересов граждан? Мне об этом ничего не известно, хотя я регулярно слышу, что у государства где-то есть какие-то собственные интересы. В Конституции об этом ничего не сказано. Зато прописано, какие права есть у чиновников, а каких нет. Прочитайте ее внимательно, и вы поймете, что 90 процентов исполнительной власти живут по правилам, не прописанным в Конституции. Пора бы их расшифровать и шлепать по рукам, когда чиновники захотят что-то сделать исходя из своих интересов.
       

      
       
       Из доклада «О принципах экономической политики, основанной на Конституции Российской Федерации»:
       «Развитие магистральной трубопроводной сети относится к стратегическим задачам российской экономики. В то же время очевидно, что государственная монополия на данный вид деятельности не позволяет привлечь достаточных средств для наращивания мощностей.
       Представляется, что выходом из этой ситуации было бы частичное освобождение отрасли от государственного регулирования. Тем более что любые нетехнические ограничения на данный вид деятельности ведут к прямому нарушению конституционных прав граждан.
       Необходимо законодательно зафиксировать право частных компаний свободно строить и эксплуатировать трубопроводные сети по любым направлениям… Одновременно следует исключить новые трубопроводы из числа объектов естественных монополий, что среди прочего выразится в отмене государственного регулирования цен на их услуги. При этом существующая сеть может оставаться в руках государства и регулироваться прежними методами».
       
       Из рекомендаций «Круглого стола» «Перспективы развития трубопроводного транспорта в Российской Федерации», проведенного в Совете Федерации Федерального собрания Российской Федерации Комитетом по промышленной политике:
       «Учитывая значимость трубопроводного транспорта для национальной экономики, в ближайшей перспективе транспортные ограничения способны стать одним из серьезных препятствий при реализации долгосрочных целей государственной промышленной политики. Отсутствие трубопроводной транспортной инфраструктуры в восточных регионах России сдерживает разработку перспективных нефтяных и газовых месторождений Восточной Сибири и Дальнего Востока, имеющих ключевое значение для развития экспорта нефти и газа…»
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera