Сюжеты

НОВЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЭЛЕКТРОНИКОВ

Этот материал вышел в № 59 от 14 Августа 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Состояние электронной музыки в России Электронная музыка появилась в России не так давно. Сначала мало кто разбирался в ее стилях и уж тем более в названиях треков, которые сменяли друг друга в диджейском сете. Для всех приверженцев новой...


Состояние электронной музыки в России
       
       Электронная музыка появилась в России не так давно. Сначала мало кто разбирался в ее стилях и уж тем более в названиях треков, которые сменяли друг друга в диджейском сете. Для всех приверженцев новой культуры танцы под электронный бит да и сама музыка назывались одним коротким словом — «рейв» («бред» — в переводе с английского).
       Вокруг рейва объединилась отдельная тусовка, в которой ночные клубы считали родным домом, диджеев — богами, а на единственную радиостанцию «Станция», игравшую 24 часа электронику на волне 106,8, чуть ли не молились.
       С начала психоделической революции в России прошло 10 лет. За это время многое изменилось.
       Туманный рейв поделился на множество самостоятельных музыкальных направлений, у каждого направления появились свои поклонники. Поклонники поделились на «випов» и бедных. Клубы — на закрытые и демократичные. В русскую столицу косяками поехали западные диджеи — меняться опытом с русскими. Отечественные «боги винила» получили возможность зарабатывать деньги музыкой. Однако что такое электронная музыка в России сегодня и какие у нее перспективы, до сих пор понятно мало. За разъяснениями мы обратились к модным русским диджеям и музыкантам.
       
       Сергей Пименов, диджей и продюсер группы ППК, — один из основателей независимого лейбла Uplifto (буквально переводится как «поднималово»). Группа ППК — самый удачный прорыв русских электронщиков на Запад. Трек ППК «Воскрешение» сразу попал на третье место национальных британских сингл-чартов (UK SINGLES CHARTS). В своих сетах эту композицию играл даже известный диджей Пол Окенфольд (тот самый, который написал музыку к «Матрице»).
       
       Диджей Сергей Сапунов — «за винилом» с 1996 года. Сапунов — экс-резидент модных московских клубов «Территория», Lexx и «Джусто». Также был замечен за сетами в «16 тоннах», «Пропаганде» и еще на нескольких популярных танцевальных площадках столицы. Сергей выступал в эфире радио «Станция», а после ее закрытия ставит пластинки по четвергам на «Динамит ФМ».
       На сегодняшний день — резидент клуба Mix, одного из лучших в городе.
       Его друг диджей Антон Кубиков начал играть в 1994-м на площадках первых танцевальных московских клубов, ставших теперь легендами («Эрмитаж», «Остров сокровищ», «Птюч», «Утопия», Х-dance). В 97-м появился проект «Скази-9». Через два года эта русская электронная группа со сказочным названием выступила в одном из самых престижных танцевальных клубов планеты — лондонском «Фабрик». В нынешнем году их первый полный альбом Digital Russia выпустил известный немецкий рекорд-лейбл.
       
       — Вот все говорят, что делать качественную электронную музыку в России невозможно, а почему — я так и не поняла…
       Пименов: У нас нет развитой индустрии, на Западе просто все давно технически лучше настроено…
       — А почему у нас нет? У нас же есть клубы, а в клубы ходят люди, много людей…
       — В Москве в клубы ходят одни и те же люди — определенная тусовка, а в Англии, например, в пятницу после пабов вся страна идет танцевать… У нас такое невозможно, у нас другой менталитет, корни другие. Россия — страна песенная. Из ритмических инструментов на Руси существовали только ложки. На Западе ритмическая музыка первична, а у нас она привозная… У них электронная музыка — это давно сложившийся шоу-бизнес, а в России есть только шоу, бизнеса нет. Это невыгодно. На Западе в неделю выходит 400 новых треков. Как правило, процента четыре из них становятся хитами. А у нас даже нет завода, выпускающего пластинки русских музыкантов на виниле, чтобы их могли ставить диджеи. Чтобы сделать на музыке бизнес, нужно некое триединство — компания, выпускающая пластинки, радио— и ТВ-поддержка…
       — Почему в России нет диджеев такого уровня, как Норман Кук (Fat boy slim) или Окенфольд, например?
       — Россия — огромная страна, электронная музыка не может получить большого распространения еще и из-за этого. В какой-нибудь Голландии все население составляет пять миллионов жителей, там маленькие расстояния между городами, легко обмениваться информацией, а в нашей стране, кроме Москвы и Питера, редко у кого есть возможность слушать что-нибудь, кроме «Руки вверх!».
       — Ну если человек хочет послушать запись хорошего электронного музыканта, он может достать ее и в глубинке…
       — Конечно, сможет, если хочет. Но попсу-то мы знаем — хочешь не хочешь. Вот, например, приезжает в Москву торговец дисками на «Газели» из какой-нибудь Воркуты, и у него есть выбор: купить давно проверенных, хорошо раскупаемых тех же «Руки вверх!» или мало кому известных музыкантов, причем раза в полтора дороже — из-за маленького тиража. Интересно, что он выберет?
       — Может ли русская электронная музыка конкурировать с западной?
       Кубиков: Она уже конкурирует, раз существует. У нас пишут много музыки, но, к сожалению, инфраструктура вокруг этого совершенно не развита. В Москве много независимых лейблов. Но этого все равно недостаточно: к сожалению, в России мало кто хочет вкладывать деньги в настоящую электронную музыку. В то же время полно студий, которые записывают тот же хаус, только сверху накладывают текст какой-нибудь попсовой песенки. И получаются всякие «Руки вверх!».
       — Значит, у нас никогда не будет своего Пола Окенфольда или Нормана Кука?
       Сапунов: В России это все вообще не так популярно, как на Западе. Может, потому, что у нас другие корни, а может, потому, что у нас только недавно упал железный занавес, а на Западе — давно.
       — Зато у нас очень любят живую музыку, но с ней вам, наверное, нельзя конкурировать?
       К.: Зачем конкурировать? Можно сотрудничать. И потом, что значит живая?
       С.: В хаусе, например, очень много заимствовано из джаза. Херберт Мэтью недавно вообще выпустил джазовый альбом, а Сен-Жермен очень часто использует джазовые композиции.
       — На Западе электронная музыка по популярности почти сравнялась, например, с той же попсой…
       К.: Это смотря какая. В любой музыке есть андеграунд, а есть раскрученные команды. Занятия андеграундом в нашей стране денег не приносят. Поэтому многие люди, которые делают у нас по-настоящему интересную электронную музыку, «сруливают» из России.
       — А в каком стиле легче добиться популярности?
       К.: Наверное, евро-транс…
       С.: Ну опять же разговор о стилях, рамках. Трудно сказать, где, например, заканчивается электроклеш…
       — А вообще можно ли прокормить семью, только играя любимую музыку, или какие-то еще должны быть источники дохода?
       К.: Вот недавно делал музыку к рекламе чая «Липтон»… А вообще у многих диджеев нет семей, но денег хватает, и трачу я их в основном на аппаратуру и пластинки.
       — А изменилось ли отношение к диджеям за последние лет восемь?
       К: Ну теперь диджей –это как музыкальный автомат: кинул монетку, и он играет.
       — А публика?
       К: Ну мы сами повзрослели…
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera