Сюжеты

«ГАЗПРОМ» РЕШИЛ ПОКАЗАТЬ ПОВЗРОСЛЕВШИМ «ДОЧКАМ», КТО В ДОМЕ ХОЗЯИН

Этот материал вышел в № 62 от 25 Августа 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Равны ли перед нашим законом разные по величине компании? Скандал вокруг агрохимической корпорации «Азот», выпускающей четверть всех отечественных минеральных удобрений, — очередное звено в цепи корпоративных конфликтов, связанных с...


Равны ли перед нашим законом разные по величине компании?
       
       Скандал вокруг агрохимической корпорации «Азот», выпускающей четверть всех отечественных минеральных удобрений, — очередное звено в цепи корпоративных конфликтов, связанных с «Газпромом». За этими конфликтами — желание руководства газового монополиста вернуть контроль над «повзрослевшими» дочерними компаниями, которые к моменту прихода в «Газпром» Алексея Миллера разными путями вышли из-под «материнского» влияния.
       Едва разрулив ситуацию с «Сибуром», «Газпрому» пришлось взяться за «Нортгаз» и корпорацию «Азот»...
       
       Претензии «Газпрома» к ЗАО «Нортгаз», которое относится к независимым газопроизводителям и в будущем обещает стать одной из самых перспективных компаний на этом рынке, сводятся к спору о контрольном пакете акций ЗАО. Конфликт разгорелся между «хозяйствующими субъектами» — акционерами «Нортгаза». С одной стороны — компания Redi(UK)Limited и ряд других никому не известных иностранных компаний (контролируют в сумме 99,5% акций «Нортгаза»). С другой — стопроцентная «дочка» «Газпрома» — ООО «Уренгойгазпром» (0,5%).
       «Уренгойгазпром» утверждает, что его пакет, некогда контрольный, был «неправомерно размыт» в ходе незаконной дополнительной эмиссии акций «Нортгаза» — с 51 до 0,5%. И, естественно, пытается вернуть себе контроль над газовой компанией.
       В свою очередь, иностранные акционеры «Нортгаза» защищают ее от незаконного же, по их мнению, поглощения со стороны дочерней структуры «Газпрома».
       Интересно в этом споре то, что, пока Северо-Уренгойское месторождение газового конденсата не было разработано, «Нортгаз» «Газпрому» был как бы даже и неинтересен. Когда же добыча вышла на проектную мощность, газовый монополист словно очнулся от спячки и решил заявить о своих правах.
       Все началось с судебного давления на «Нортгаз». Впрочем, на этот раз газовики обошлись без уголовных дел, которые инициировались, когда, например, речь шла о возвращении активов «Сибура». Зато руководители «Газпрома» пошли другим путем — стали фактически угрожать «Нортгазу», что «перекроют» трубу.
       Президент «Нортгаза» Фархад Ахмедов оценил ситуацию так: «Газпром», злоупотребляя своим монопольным положением, пытается надавить на нас, чтобы получить контрольный пакет, и, пока не удается решить проблему в правовом поле, он действует такими методами».
       Менеджеры «Газпрома» и впрямь не слишком-то размышляют на предмет корректности методов, считая, что игра стоит свеч. Ведь если удастся доказать незаконность допэмиссии «Нортгаза», в результате которой пакет акций «Уренгойгазпрома» превратился из контрольного в миноритарный, монополист вернет себе одно из самых эффективных предприятий в газовой отрасли. Кроме того, 5 млрд куб. м природного газа, которые «Нортгаз» должен добыть в 2003 году, — неплохая прибавка «Газпрому» в реализации плана по приросту добычи.
       Правда, президент «Нортгаза» сумел опередить менеджеров «Газпрома», и, чтобы уберечь активы, еще в конце 2002 года Farco Group перепродала акции «Нортгаза» иностранным фирмам. Таким образом контрольный пакет акций оказался в руках фирмы Redi, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Поэтому у «Нортгаза» еще есть шанс сохранить независимость.
       Если же победа все-таки достанется газовому гиганту, то, по мнению руководства «Нортгаза», это приведет к сокращению 1 тыс. рабочих мест и, соответственно, росту социальной напряженности в регионе. И вообще подчинение «Нортгаза», обладающего передовыми производственными и управленческими технологиями, неповоротливому гиганту может, как утверждают менеджеры компании, привести к потере одного из возможных источников роста, способных вывести Ямало-Ненецкий автономный округ в число технологически развитых регионов.
       
       Близнецом этого конфликта можно считать и скандал вокруг агрохимической корпорации «Азот». Первоначально «Газпром», проводя политику избавления от непрофильных активов, намеревался избавиться от «Азота». Но эта идея претерпела существенные изменения, когда до газового монополиста дошли сведения о том, что контрольный пакет «Азота» продан Нефтегазбанку. Газовики не захотели мириться с такой потерей. Тем более что в официальной финансовой отчетности за 2002 год «Газпром» уже заявил о получении контроля над АХК.
       На сегодняшний день, хотя сделка и не завершена, можно говорить о том, что структуры Нефтегазбанка владеют акциями трех компаний — «Иствест инвеста», «Алан инвеста» и «Грос Экспо». В сумме это 52,65% «Азота». Остальные акции АХК принадлежат «Межрегионгазу». В июле один из акционеров — офшорная компания SVL Holdings, которая контролируется бывшим президентом агрохимической корпорации Борисом Титовым, — продал свой пакет акций «Азота» (7,24%) «Межрегионгазу».
       Таким образом, перед менеджерами газового гиганта встала задача, которая не казалась невыполнимой: влияние над «Азотом» можно было бы вернуть, заполучив назад хотя бы 6,26% акций, которые «Межрегионгаз», не согласовав свои действия с «Газпромом», продал в свое время «Алан инвесту».
       Сегодня в нашем отечестве отработано множество способов передела собственности — двойной менеджмент, проблемы с реестром, неправосудные судебные акты и решения. Причем, по мнению многих экономических аналитиков, наиболее распространены сейчас в России сценарии «силового поглощения» компаний, которые нередко носят явно криминальные признаки.
       Не стал изобретать велосипед и «Газпром». Поначалу концерн-монополист двинулся по обычной схеме — обратился в Арбитражный суд Московской области с требованием признать сделку по продаже «Межрегионгазом» 6,26% акций «Азота» «Алан инвесту» недействительной. Суд, как водится, в обеспечение иска наложил арест на акции «Азота», принадлежащие «Алан инвесту», запретив отчуждение этих акций. Но реестр акционеров корпорации, который велся компанией самостоятельно, остался на месте.
       Тогда аналогичное исковое заявление было подано в арбитраж Санкт-Петербурга и Ленинградской области. И уже другой судья предоставил нужное газпромовцам «обеспечение» — он принял решение о передаче реестра акционеров «Азота» в ЗАО «Регионреестр».
       
       Далее был уже описанный в прессе «приход» судебных приставов и бойцов ОМОНа в офис агрохимической корпорации. В состав «делегации» входил, кстати, некий Игорь Гербов, миссия которого заключалась в том, чтобы представлять интересы и вести дела «Азота». Именно эти полномочия были прописаны в доверенности за подписью Михаила Сироткина, который на тот момент был якобы избран президентом компании собранием акционеров.
       Примечательно, что и Гербов, и Сироткин занимают в «Межрегионгазе» и «Газпроме» не последние должности. Первый является начальником юридического департамента ООО «Межрегионгаз», второй — и.о. главы департамента по имуществу и корпоративным отношениям ОАО «Газпром». Гербов, кстати, имел при себе не только доверенность, но и документы, подтверждающие, что «Межрегионгаз» владеет 46,38% акций АХК, а не 40,12%, как было указано в реестре (то есть больше на те самые 6,26%, из-за которых и разгорелся конфликт).
       В конце концов новое собрание акционеров корпорации все же подтвердило полномочия прежнего президента — Брилинга, а прокуратурой Западного округа Москвы было возбуждено уголовное дело по обвинению Игоря Гербова в мошенничестве.
       Надо сказать, что в условиях не самых цивилизованных экономических отношений, сложившихся в нашей стране, действия какой-либо компании, решившей любыми способами, в том числе не всегда корректными, добиться своей цели, не выглядят чем-то из ряда вон. Да и «Азот» — не первая и, уж конечно, не последняя корпорация, которая подвергается подобного рода испытаниям.
       И все же. С одной стороны, небольшой в сравнении с «Газпромом» «Азот» пытается доказать, что в нашей стране даже разные по калибру компании все-таки равны перед законом. И пытается вести честную борьбу за свои акции. С другой стороны — газовый гигант, представители которого не гнушаются использовать сомнительные документы или оказывать прямое давление на руководителей АХК. По словам того же Георгия Брилинга, за руководителями корпорации было установлено наблюдение, телефоны офиса и мобильные телефоны прослушивались, а акционеры «Азота» вдруг стали получать письма с настоятельной просьбой позвонить в ОАО «Газпром».
       Судя по всему, газовики и дальше не станут играть в благородство. Чтобы заполучить «Азот», менеджеры «Газпрома» должны будут приложить все усилия для того, чтобы попытаться закрыть уголовное дело по факту мошенничества в отношении Гербова и Сироткина и — по аналогии с «Сибуром» — возбудить новое, но уже в отношении Георгия Брилинга, чтобы хоть на время вывести его из игры.
       
       Теперь о том, зачем «Газпрому» нужен «Азот». Ведь изначально, как уже говорилось, от него как от непрофильного актива «Газпром» намеревался избавиться. Это укладывалось и в концепцию, декларируемую, кстати, менеджерами «нового поколения». И вдруг такой напор боевых действий...
       Логика в этом все же есть, даже если предположить, что сам «Азот» с его активами «Газпрому» по-прежнему не нужен. Но кто же станет отказываться от дополнительных средств, которые можно было бы выручить от его продажи? Тем более сейчас, когда выборы на носу.
       Вообще-то производство минеральных удобрений — отрасль достаточно прибыльная. Однако рассчитывать, что предприятия этой отрасли еще долго и без проблем будут кормить своих владельцев, все же не стоит. Дело в том, что отрасль давно и отчаянно требует инвестиций — износ производственных мощностей на предприятиях того же «Азота» составляет порядка 75–80%. К тому же наследство, которое досталось нынешнему руководству корпорации от прежнего, трудно назвать богатым. Бывший президент корпорации, а ныне глава комитета по корпоративной этике РСПП Борис Титов оставил своим преемникам «размытые» пакеты акций предприятий и довольно крупные, обременяющие активы кредиты, которые теперь приходится гасить новому руководству. Как уже было, кстати, после ухода г-на Титова и с АООТ «Кропоткинский химический завод», и с ЗАО «Северный газоперерабатывающий завод».
       Сам Титов вовремя вышел из игры (продал, как сказано выше, свои акции «Межрегионгазу»), и теперь ничто не может причинить вред его политической карьере. При этом утверждать, что действия Титова как-то связаны с потерей интереса к АХК «Азот», видимо, все же не стоит.
       Чем бы ни закончился этот «азотный» скандал, он не стоит тех усилий, которые тратят на него обе стороны.
       Сенсацией стало сообщение о разрыве сделки по покупке Нефтегазбанком АХК «Азот». Обе стороны в конфликте понимали, что после завершения этой сделки конфликт должен был разрешиться сам собой. Скажем, фигура президента Брилинга, столь одиозная для газпромовцев в силу того, что он увел из-под носа концерна активы «Азота», должна была смениться довольно лояльной кандидатурой Михаила Голубева — председателя совета директоров Нефтегазбанка, который неоднократно выражал готовность к диалогу с «Газпромом».
       Теперь ситуация опять близка к тупиковой, и основные надежды обеих сторон связаны с решениями суда.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera