Сюжеты

ЧЕЧНЯ: БЕЗЫСХОДНЫЕ ВЫБОРЫ

Этот материал вышел в № 63 от 28 Августа 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Кто противостоит Кадырову? И как заполучить 86 тысяч «военных» голосов в зоне «антитеррористической операции»? Дурные игры завариваются в Чечне. На 5 октября назначили президентские выборы, а вместо этого пахнет войной. Новой чеченской...


Кто противостоит Кадырову? И как заполучить 86 тысяч «военных» голосов в зоне «антитеррористической операции»?
       

   
       Дурные игры завариваются в Чечне. На 5 октября назначили президентские выборы, а вместо этого пахнет войной. Новой чеченской войной. Вооруженные отряды любых мастей шныряют, как хотят. Оружие повсюду — отстреливается каждый квадратный метр. Ваххабиты опять контролируют Аргун, свой форпост, и совсем не гости в Грозном. Блокпосты знать ничего не хотят, кроме нового бизнеса — торгуют подписными листами по договорной цене. Ахмат-Хаджи Кадыров, кремлевский фаворит, под которого администрация Путина и затеяла выборы, предупрежден в Москве, что федеральный Центр больше не может гарантировать его безопасности. И это означает многое — похоже, Кремль приготовился сдать своего верного товарища по продолжению второй чеченской войны, то есть лишить Кадырова «административного ресурса», без которого он — пустое место. Естественно, «кадыровцы» — его вооруженные бригады, которым до сих пор Москва лишь помогала сколачиваться, вооружаться и беспредельничать, — в брожении. И, чувствуя предательство, обещают уйти в леса — «если не Кадыров»…
       Опять? Война? Спустя четыре полных года «антитеррористической операции», три из которых ушли на выращивание собственного карманного монстра?
       Чечня наводнена оружием. На пятом году так называемой «антитеррористической операции» она — и арсенал, и полигон одновременно. Мужчины садятся ужинать, сжимая минометы одной рукой, а другой цепляют макароны. Идешь в республиканский избирком — вооруженные граждане неизвестного военного происхождения встают на пути к гнезду утверждения демократии. Выходишь утром на улицу — лежат вечерние «огнестрельные» трупы. Предвыборный период добавил в эти картинки только одно: вооруженные отряды и их услуги оказались еще в большей цене на чеченском рынке, чем раньше.
       
       Почем тут нынче отряд военно-электоральной поддержки? Где его найти? И зачем, собственно?..
       
       В предыдущем номере нашей газеты (№ 62 от 25 августа) мы начали разговор на эту тему рассказом о том, как навстречу выборам сколотил свою многотысячную вооруженную бригаду Ахмат-Хаджи Кадыров, «и.о.президента ЧР» и один из главных претендентов на президентское кресло в рамках конституции 23 марта. Сегодня — продолжение и о нем, и о его конкурентах.
       
       Турбина
       На «Турбину», крошечный микрорайончик на окраине Грозного, с визгом влетает серо-синий джип — таких в Грозном единицы. Если он гонит на такой скорости, все знают без удостоверений: или бандиты катят, или федералы. Из джипа выпрыгивают люди прямо-таки в панцирях — это на них столько оружия, что неясно, где тело. Бандиты?.. Последним выскакивает тот, кто был за рулем. На его военной форме звезда Героя России — значит, федерал. Человек что-то выкрикивает, куда-то идет, кружит, ни на секунду не замедляя бега вокруг охраны и джипа… И остается на месте. Очень странный человек… У него нет левой руки, и культя без протеза в такт его суетливым движениям болтается, как безвольная тряпка на ветру.
       
       Это и есть Саид-Магомед Кокиев — ключевая фигура в поисках многими кандидатами в президенты Чечни той силы, которая способна противостоять разросшейся до нескольких тысяч армии Кадырова, наводящей страх и ужас на республику. Именно Кокиева хотят заполучить сейчас в союзники многие — и Кадыров, среди прочих, посылал гонцов. Кокиев — чеченец и майор ГРУ (Главного разведывательного управления Генштаба), в ведении этой «фирмы» он еще с Карабаха, где начинал воевать, да вот никак не закончит. Сейчас под командой Кокиева — отряд в 386 человек. И это большая сила — все они ГРУшники, бойцы-чеченцы со специальной разведывательно-диверсионной подготовкой за плечами: и теракт устроить, и предотвратить его им раз плюнуть. А «Турбина» как раз и есть их база, казармы и штаб.
       
       Кроме того, недавно майор Кокиев получил важную должность — теперь он заместитель военного коменданта республики, контролирующий половину Чечни. Условно — «Западную Чечню» (Грозный, Грозненский сельский район, Урус-Мартан, Ачхой-Мартан и т.д). Это значит: бойцы Кокиева, способные к выполнению самых хитроумных разведывательных задач, на выборах будут контролировать урны половины Чечни. Вбросить, выбросить, «правильно» посчитать, нейтрализовать каждого, кто окажется против… А также равно — не вбросить, не выбросить и посчитать «неправильно»…
       
       А еще Кокиев — мостик к 86 тысячам «военных» голосов. Кого выберет Кокиев — тот, без сомнения, имеет больше шансов получить часть этого золотого фонда. Местные реалии таковы, что в полном соответствии с действующим российским законодательством 86 тысяч военных (цифра Генштаба РФ) опустят свои бюллетени за чеченского президента на выборах 5 октября, а это — почти треть голосов, нужных для прохождения…
       
       И вот гром грянул: Кокиев объявил, что он не с Кадыровым и «его» кандидат — Хусейн Джабраилов, московский предприниматель. Почему?
       — Я не против Кадырова, — объясняет нервный майор. — Я не могу быть против того, кого назначил президент. Я просто не эту дорогу выбирал с 91-го года, чтобы можно было грабить и убивать. Люди исчезают, и их воруют. Как можно закрыть на это глаза? А он закрыл… Я был бы рад поддерживать Кадырова, но нельзя быть нелюдями. Мы 13 лет с этим боремся. У нас уже были боестолкновения с «кадыровцами». Я не имею права стоять в стороне, я столько людей потерял.
       — А почему именно Джабраилов?
       — С 91-го года Хусейн был единственный, кто материально поддерживал нас, оппозицию Дудаева. Тогда он дал нам муку, мы ее продали в Назрани и купили два «КамАЗа» оружия. Я всегда помню это.
       — Но вы — армейский человек. Дадут команду, и вы проголосуете, как скажут…
       — Нет. Приказа не будет. Я знаю.
       И это чистая правда. С едиными для всех силовиков приказами в Чечне всегда было плохо, а сейчас и подавно: федералы слоятся по военно-политическим интересам своих ведомств, как торт-наполеон.
       
       ФСБ — ГРУ. Кто кого?
       Если в республике есть «Западная Чечня», то должна быть и «Восточная». Так вот, вторым заместителем военного коменданта является Сулим Ямадаев. Ему отдан контроль над «Восточной Чечней» (горные районы, Гудермес, Курчалой, Шали и т.д.). Конечно, это произошло в противовес Кокиеву.
       Дело в том, что Сулим Ямадаев — а он один из гудермесских братьев-разбойников Ямадаевых — «кадыровец». В том смысле, что сейчас он в союзе с Кадыровым. А «кадыровцы» — люди ФСБ. В том смысле, что действуют под патронажем и спонсорством ФСБ, — и это, собственно, ни для кого не секрет.
       
       Так вот, чтобы Кокиев, работающий с ГРУ, не имел шансов слишком зарваться, Сулим Ямадаев со своими людьми и «имеет» пол-Чечни. За спиной одного — ФСБ, за спиной другого — ГРУ. Как кураторы и отцы-кукловоды. Извините, командиры. Обе «фирмы» — реальные боевые силы в зоне, поделившие ее пятьдесят на пятьдесят. Политика сдержек и противовесов? Или игра кошки с мышками ценой в новую войну? Нужно — дергаешь за одну ниточку, не нужно — даешь передохнуть…
       
       ФСБ и ГРУ никогда между собой не мирили. Ни вообще, ни в Чечне в частности. Тут и раньше между этими спецслужбами временами шла войнушка. Однако схематичный сценарий нынешнего периода таков: ФСБ специализируется на том, чтобы прикрывать злодеяния «кадыровцев», и дает плодиться их отрядам, а вот ГРУ противодействует этому и также готовится к противостоянию и новой крови. Руками, как видим, уже не своими, а чеченцев, прошедших специальную селекцию.
       
       В итоге, как ни крути: кому ни дадут победить-проиграть, а все равно получается война. Мы хотим ЭТОГО? Потянем ЭТО?
       — Скажите, вы, который обладает реальной боевой силой, как-то можете сейчас воздействовать на «политический процесс» в положительном ключе? Например, чтобы выборы были мало-мальски честными?
       — Нет, — отвечает майор Кокиев. — Если добиваться чистых выборов, получатся боестолкновения. Я жду только того, что придется воевать. Крови жду. Они пойдут на все.
       — Кто «они»?
       — «Кадыровцы».
       — Почему?
       — Потому что знают: спрос будет. Народ спросит.
       А если все-таки дадут победить «кадыровцам» и «спрос» будет отложен на потом?
       Тогда конец всем, кто был против. Гражданская война. Сегодняшние признания Саид-Магомеда Кокиева, который в силу принадлежности к ГРУ никогда, ни разу за все годы и первой, и второй чеченских войн никаких интервью не давал, — его признания принципиальные. И это даже не симптом, а вылезшая наружу язва. Кремль больше не ставит на одного Кадырова в выборах 5 октября. Иначе признаний Кокиева просто бы не было…
       
       А на кого же тогда? В этом забеге?
       
       На организованную междоусобицу. «Демократические альтернативные выборы» курсом на Либерию.
       
       …По темной казарменной лестнице «Турбины» мы наконец ползем вниз. Ни зги, хотя ранний вечер еще — но тут светомаскировка круглые сутки, открытое солнце противопоказано местным обитателям. За спиной майора Кокиева постоянно маячит русский офицер — как тень. Натыкаюсь на «летучих мышей», крупно нарисованных на стенах, — символ военной разведки. Во дворе «турбинных» казарм — море «камуфляжей». Гремят затворы, бронежилетов больше, чем людей. На пороге — Сулим Ямадаев собственной персоной — конкурирующая фирма. Зачем он тут?
       — Совещание у нас, — говорит Кокиев, бегая вокруг.
       — Ну какой я похититель людей? — Сулим возмущен. На заднем плане, за спинами обоих заместителей комендантов, русский офицер-тень ухмыляется… Кукловод?
       — Почему пишете, что похищаю?
       — А разве нет?
       
       Кокиев разъясняет:
       — Сейчас — нет. Я ему сказал по просьбе важных московских людей: брось старое, теперь он не делает никаких левых движений. И правда. Держится.
       
       И они оба, действительно, идут «советоваться».
       Две чеченские армии, способные сегодня «сделать выборы». Если захотят. Во дворе остаются люди, готовые вцепиться друг другу в глотки.
       
       Остается добавить очень немногое: выборы 5 октября в Чечне имеют такое же отношение к слову «демократия», как и вся нынешняя Россия эпохи президентства Путина. Именно это время породило и вторую чеченскую войну, и как ее следствие — гражданскую войну в Чечне имени Кадырова, и как следствие этой гражданской войны — грядущие безысходные выборы с кровавым исходом… И трагедия в том, что они обязательно состоятся. Хотя суть процесса, напомним, остается прежней: выборы, намеченные на 5 октября, незаконны. Поскольку назначены мошенническим путем — в соответствии с конституцией, принятой 23 марта 2003 года, при наличии другой конституции, юридической отмены которой не произошло, а де-факто никогда и нигде механическим путем не превращалось в де-юре, даже если речь о замене одного госустройства другим на территории, для этих целей занятой 86-тысячным воинским контингентом, составляющим треть голосующих.
       
       Поэтому даже если выборы произойдут и будет зафиксирована 120-процентная явка и 100-процентный кадыровский (джабраиловский, сайдулаевский или какой-то еще) «одобрям-с», в истории это мероприятие останется миной-растяжкой. Дерни за юридическую леску — и строение взлетит на воздух. Любой неангажированный суд, соберись он в будущем, приговорит выборы 5 октября к непризнанию.
       Так что все можно протащить через войну… Война — лучший ресурс. Да толку что?
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera