Сюжеты

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД ВОЗВРАЩАЕТСЯ

Этот материал вышел в № 73 от 02 Октября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Десять лет назад, в ночь с 21 на 22 сентября, Конституционный суд России под председательством Валерия Зорькина вынес решение о неконституционности указа президента Бориса Ельцина № 1400, которым были распущены Верховный Совет и Съезд...


       
       Десять лет назад, в ночь с 21 на 22 сентября, Конституционный суд России под председательством Валерия Зорькина вынес решение о неконституционности указа президента Бориса Ельцина № 1400, которым были распущены Верховный Совет и Съезд народных депутатов РСФСР. Тем же заключением КС действия президента были признаны основанием для отрешения его от должности. С расстояния в десять лет это решение видится иначе, чем в горячке осени 1993 года. Судьи КС оказались перед альтернативой: промолчать и навсегда потерять уважение к себе или признать указ неконституционным и подвергнуть себя отчетливому риску репрессий, возможно, даже ареста. Решение КС на пару недель подняло роль судебной власти в России на небывалую для нее высоту. Но вслед за этим, после танкового расстрела Белого дома, Конституционный суд был низринут с этой высоты и оказался на грани полной ликвидации.
       Юристам в окружении Бориса Ельцина удалось убедить его в необходимости сохранить Конституционный суд как один из столпов конституционного принципа разделения властей. Однако федеральный закон о КС 1994 года был спроектирован и принят в таком виде, который как бы кастрировал этот орган власти, лишив его возможности рассматривать дела по собственной инициативе. На протяжении последующих лет Конституционный суд более или менее успешно уклонялся от попыток втянуть его в политику, хотя вовсю занимался коррекцией Уголовно-процессуального кодекса, защищая права граждан России.
       С повторным избранием председателем Конституционного суда Валерия Зорькина многие аналитики связали возможность возвращения суда в большую политику. Довольно трудно вычленить здесь роль именно «личного фактора», однако о признаках такого дрейфа стало возможно говорить после принятия организационным пленумом Конституционного суда в прошлую пятницу решения о немедленном рассмотрении на следующем пленуме заявлений ряда журналистов и большой группы депутатов Думы. В этих заявлениях поднимается вопрос о несоответствии Конституции тех положений федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участия в референдуме граждан Российской Федерации» от 12 июня 2002 года, которые связаны с ограничениями в области предвыборной агитации.
       В действительности «политическим» сделал это дело сам председатель ЦИК Александр Вешняков, убеждавший всех не торопиться с его рассмотрением (то есть фактически отложить слушание на период после выборов в Государственную Думу 7 декабря 2003 года). Конституционный суд пришел к противоположному мнению, в том числе, исходя и из соображения «дорога ложка к обеду».
       Однако первое из назначенных к слушанию заявлений, а именно жалоба калининградского журналиста Константина Рожкова, было принято к рассмотрению в КС еще в мае. Два других заявления — Константина Катаняна и Сергея Бунтмана («Время МН» и «Эхо Москвы»), так же как и ходатайство, подписанное без малого 150 депутатами Думы, были присоединены к заявлению Рожкова в прошлую пятницу 26 сентября. В заявлениях идет речь в основном о неконституционности ограничений, которые накладывает на всех граждан, включая журналистов, статья 48 названного закона. Соответствующее ходатайство в Конституционный суд подписала почти треть депутатов Думы, включая тех, кто в свое время голосовал в поддержку закона (смотри также предыдущий номер «Новой газеты»).
       Текст закона в части ограничения прав СМИ чрезвычайно невнятен, а с помощью его толкования ЦИКом и региональными избирательными комиссиями средствам массовой информации на практике может быть запрещено вообще всякое упоминание имен кандидатов, если только это не одобрено самим кандидатом и не оплачено из его официального избирательного фонда.
       Нет сомнений, что эти положения закона будут сильно потрепаны в Конституционном суде, поскольку даже дилетанту ясно, что они находятся в противоречии с конституционными правами и свободами граждан. В частности, заявители ссылаются на статью 29 Конституции: «Каждому гарантируется свобода мысли и слова», «Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию» и другие, а также на нормы международных конвенций о правах человека и СМИ.
       Слушания в Конституционном суде начнутся 13 октября. Решение КС будет провозглашено, как ожидается, в конце октября. Можно ли говорить о будущем решении Конституционного суда как о решении политическом? Да, безусловно, в той мере, в которой это решение повлияет не только на декабрьские выборы в Государственную Думу 7 декабря, но и на все последующие выборы в Российской Федерации. Таким образом, Конституционный суд вопреки давлению со стороны представителей других высших органов власти возвращается в большую политику. Это происходит в ситуации, когда исполнительная власть, успевшая в значительной мере подчинить себе и власть законодательную, стремится укрепить «президентскую вертикаль» и тем самым ослабить действие принципа разделения властей, который прямо закреплен в Конституции РФ 1993 года (статья 10). Тем важнее с точки зрения правового государства и будущего страны будет та роль, на которую снова претендует Конституционный суд России.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera