Сюжеты

ТАНЦЫ НАПЕРЕГОНКИ

Этот материал вышел в № 81 от 30 Октября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В Питере предпочитают слушать музыку. В Москве — тусоваться Вечер субботы. Поезд Москва — Санкт-Петербург прибывает на заснеженную платформу. На перрон вываливается толпа разноцветной молодежи. В Питере очередной рейв под названием...


В Питере предпочитают слушать музыку. В Москве — тусоваться
       

       
       Вечер субботы. Поезд Москва — Санкт-Петербург прибывает на заснеженную платформу. На перрон вываливается толпа разноцветной молодежи. В Питере очередной рейв под названием «Восточный удар». Во дворце спорта «Юбилейный» — аншлаг. Более 10 000 тысяч человек танцуют на четырех огромных танцполах под жесткое техно, замысловатый драм-н-басс и полузабытый фанк.
       
       Санкт-Петербург давно стал Меккой для любителей хорошей танцевальной музыки со всей России. Раз в два месяца на главной масштабной рейв-площадке города на Неве проходят электронные фестивали. «Восточный удар», May day, «DJ — парад» — названия меняются, содержание остается: лучшие музыканты двух столиц, отличный звук и свет, особая, чисто питерская атмосфера.
       В Москве подобных мероприятий не было много лет. В Питере интерес к многотысячным рейвам не пропадает, несмотря на явную ими пресыщенность. Разобраться в тонкостях питерской и московской электронной культуры мы решили при помощи специалистов: пионерки российского рейв-движения Маши Малос и диджеев Грува и Фонаря.
       Володя Фонарев, в ночи диджей Фонарь, — глава лейбла «Атмосфера», специалист по организации танцевальных мероприятий. Малос — одна из учредителей главной промоутерской компании Питера «Контрфорс». Грув — культовый питерский ди-джей.
       Не секрет, что именно Питер стал колыбелью электронной музыки в России. Еще в конце 80-х в легендарном доме № 145б на Фонтанке кучка энтузиастов устраивала первые небольшие вечеринки для избранных при помощи вертушек и пластинок, подаренных продвинутыми иностранными друзьями. «В Питере живет огромное количество художников, писателей, вообще продвинутой богемы, — говорит Фонарь. — Музыка здесь изначально была неотделима от выставок, перформансов. Именно в Питере появились люди, которые решили всерьез заняться рейв-культурой, — Денис Одинг, Маша Малос, Миха Ворон, Тимур Мамедов».
       Москва поначалу тоже не оставалась в стороне от новой музыкальной культуры. Первая большая рейв-вечеринка «Гагарин-пати» прошла в 1992 году в одном из павильонов бывшей ВДНХ. Потом начались годы буйного предпринимательства, дикого бизнеса и музыкального ширпотреба. Электронные пути Москвы и Питера разошлись. Северная столица осталась центром рейв-движения, московские тусовщики ушли в денежное подполье.
       «Питер всегда был кусочком Европы, — объясняет Грув. — У питерцев совсем другое восприятие жизни, их не беспокоят насущные, материальные проблемы, они часто не задумываются о завтрашнем дне. Здесь музыканты живут творчеством, а не желанием узнать, сколько они заработают на предстоящих гастролях».
       В Москве сегодняшним днем не проживешь. Москва — город купеческий, шумный, торговый. В Москву! В Москву! В Москву! — взывали еще сотню лет назад романтичные лимитчицы. Сегодня в столицу едут не с мечтами, а с баулами, полными апельсинов, арбузов, наркотиков, оружия, денег… Открывают свои клубы, рестораны и бары под вывесками ОАО «Мурад», вытесняют из бывших когда-то модными дискотек бледнолицых собратьев. «Москва сейчас страдает синдромом деревни, — сокрушается Грув. — Недавно играл в одном дорогом клубе, так там ни одного русского не было. А какая публика — такая музыкальная политика. Кругом одна коммерция. Наковальня низкопробной поп-музыки в Москве сейчас раскалена до предела».
       В Питере попсы гораздо меньше. Нет многочисленных фабрик, клонирующих звезд; на порядок меньше дорогущих казино и ресторанов с голосящим ширпотребом. Зато возможностей послушать качественную электронную музыку куда как больше.
       В Москве о хорошей электронной музыке знают только избранные. Те, кто сумел победить в игре «Пройди фейс-контроль» и попасть в вожделенный закрытый ночной клуб. Москва — сосредоточение богатства, престижа и гламура. В столице надо держать марку. Дорого одеваться, работать в престижном бизнес-центре, ходить на вечеринки «для своих».
       В Питере ценят не роскошь, а удобство, индивидуальность и позитив. Здесь одеваются не в бутиках, а в секонд-хендах. Танцуют не в закрытых элитных клубах, а где придется — хоть под мостом, хоть в дворянской усадьбе, хоть на стадионе. Здесь ходят на музыку, а не на вечеринку. «В Питере люди сами часто создают праздник, они носители развлечения, — объясняет Фонарь. — А москвичей надо развлекать. Причем изысканно и небанально. Поэтому и клубов много, где можно выбрать вечеринку на свой вкус».
       Не стоит забывать и об экономической стороне вопроса. Для справки: день аренды московского спорткомплекса «Олимпийский» обходится в 35 тысяч долларов, аренда «Лужников» — в 12 тысяч. Питерские цены — на порядок ниже. При стоимости билетов на последний «Восточный удар» от 450 до 800 рублей организаторам достается совсем неплохая сумма. К тому же доля риска при проведении таких мероприятий в Питере не так велика, как в столице. Билеты поклонники электронной музыки раскупают активно — практически каждый фестиваль посещают порядка 10 000 человек, спонсоры с удовольствием вкладывают деньги в заведомо успешное мероприятие.
       Реклама рейвов в Питере расклеена по всему городу, ролики крутятся по центральным каналам ТВ. «Реклама рейвов в прессе в Питере в отличие от Москвы экономически оправданна, — говорит Маша Малос. — К тому же, насколько я знаю, основными спонсорами московских проектов являются сигаретные компании, для которых ТВ закрыто».
       Не последнюю роль в популяризации рейвов играет питерская радиостанция «Рекорд», транслирующая исключительно танцевальную музыку. В Москве «Станцию» подобного формата прикрыли еще несколько лет назад. Мало того что денег не приносила, так еще и диджеи жаловались, что электронный радионон-стоп оттягивает публику из клубов. В итоге публика в московские клубы так и не вернулась, а питерские рейвы продолжают процветать. Не зря один из слоганов радио «Рекорд» гласит: «Пока Питер зажигает — Москва отдыхает».
       Немаловажно и то, что питерские власти относятся к рейвам гораздо более лояльно, нежели московские. И это несмотря на то, что практически ни один «Восточный удар» не обходился без сигнала о заложенной бомбе.
       Негласное соревнование между Москвой и Питером продолжается не один год. Москвичи кичатся своей эксклюзивностью, питерцы — ее отсутствием. И все-таки музыкальные границы между двумя столицами постепенно начинают стираться.
       «Рейвы в «Юбилейном» перестают быть творчески разнообразными, — сетует Фонарь. — Чаще всего отсутствует постановочная часть, господствует минимализм, даже андеграунд. У многих старых тусовщиков возникает дежа вю: все то же самое они уже видели пять лет назад. Поэтому все большую популярность приобретают вечеринки «с идеей».
       Все чаще заграничных звезд московские и питерские промоутеры привозят, что называется, на два города, объединяя усилия, капиталы и публику. В Москве организаторы стараются вывести публику из тесных клубов на более масштабные пространства. Яркий пример тому — акции клуба «XIII», который наконец-то оставил в покое арт-центр на Плющихе и перенес свои мероприятия в огромное помещение у Савеловского вокзала. Другой пафосный московский клуб «Цеппелин» повадился устраивать свои выездные пати на фортах Кронштадта. Маша Малос призналась, что сейчас ведутся переговоры о проведении следующего фестиваля May day в Москве. Судя по всему, симбиоз питерского опыта в организации массовых мероприятий и московской креативности не за горами.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera