Сюжеты

ОПЕРАЦИЯ ПОДЪЕМА «КУРСКА» БЫЛА РАЗРАБОТАНА В ПИВНОЙ

Этот материал вышел в № 82 от 03 Ноября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Малоизвестные страницы из истории затонувшей атомной подлодки На презентациях в Европе обычно разносят бокалы с шампанским. На сей раз разливали в стаканы водку. На фирме «Маммут» в роттердамском порту писатель Ханс Оффринга представлял...


Малоизвестные страницы из истории затонувшей атомной подлодки
       

    
       На презентациях в Европе обычно разносят бокалы с шампанским. На сей раз разливали в стаканы водку. На фирме «Маммут» в роттердамском порту писатель Ханс Оффринга представлял книгу «Подъем «Курска».
       Помощник президента фирмы Лариса ван Семерен сказала мне, что за месяцы работы с русскими привыкли и к совместным застольям. Знают, что в России шампанским принято отмечать радостные события, а на похоронах пьют водку.
       В актовом зале «Маммута» отмечали выход хорошей книги об уникальной и успешной международной операции, проведенной два года назад в Баренцевом море. Чествовали писателя, но именинниками стали глава «Маммута» Франс ван Семерен и президент «Рубина» академик Игорь Спасский. Им автор вручил первые экземпляры, они осушили первые стаканы «за сотрудничество».
       Спасский в ответ подарил голландцам и свою книгу о «Курске». Сказал, что ему как технарю-непрофессионалу писать было чрезвычайно трудно: «Проще было бы пару подлодок сконструировать».
       В отличие от Спасского Ханс Оффринга — писатель-профессионал. Романист следил за историей «Курска» по теленовостям, пока не получил от «Маммута» предложение заняться книгой. Она похожа на роман остротой сюжета и художественной точностью языка. В остальном — квинтэссенция документов и интервью. Текста меньше, чем иллюстраций.
       В ней — пять частей: развитие событий, интервью участников, технический раздел с графиками, чертежами и черновыми эскизами, диск DVD с документальным фильмом. Она вышла на голландском и английском языках, чтобы стать главным литературным источником о подъеме российского атомохода. Скупых штрихов предыстории достаточно, чтобы читатель получил представление и о развале устрашавшей его советской оборонки, и о попытках адмиралов скрыть правду об аварии, и о запоздалой реакции президента Путина. О людской боли говорят лица на фото: вдовы, дети, офицеры.
       
       Для Франса ван Семерена, лихого усатого здоровяка с характером отчаянного шкипера, эпопея «Курска» была прежде всего интересной работой, моментом истины, Тулоном для его семейной фирмы, которая, пойдя на риск и победив, получила всемирную известность, стала одним из крупнейших предприятий роттердамской портовой зоны.
       Ян ван Семерен, младший брат Франса, основатель и главный инженер «Маммута», рассказал мне, что техническое решение явилось ему, как Архимеду, в ванне и получило развитие в любимой пивной, где он набросал эскиз на картонной подставке для пива. С этого началась борьба за контракт, которая представлялась безнадежной. Семейного «Маммута» было не видать за спинами авторитетных европейских фирм. За право поднять «Курск» боролись два десятка конкурентов. Но набросок Яна на хранящейся в архиве «Маммута» пивной подставке сыграл решающую роль. Более оригинальной и надежной идеи не предложил никто. 18 мая 2001 года Франс ван Семерен, адмирал Михаил Барсков и вице-премьер Илья Клебанов подписали контракт.
       Когда Ян ван Семерен фантазировал в пивной, президент спасательной компании «Смит Интернэшнл» Нико Бойс, имевший контакты с русскими еще с попыток поднять «Комсомолец», заручился поддержкой правительства Нидерландов и с помощью лоббистской фирмы в Брюсселе вступил в борьбу. Образовался Международный фонд «Курска» с участием академика Спасского, адмирала Барскова, бывшего министра иностранных дел СССР Александра Бессмертных и ряда свадебных генералов из отставных европейских политиков. Его целью было выбить субсидии из Еврокомиссии и бюджетов стран ЕС. Их убеждали, что европейские налогоплательщики должны заплатить за устранение угрозы экологической катастрофы. Собрали 223,5 тысячи евро на ТЭО, которое поручили «Смит Интернэшнл». Компания образовала консорциум вместе с офшорными «Хеерема» и «Халлибэртон» и начала работать над технологией. Российское правительство с предпочтением смотрело на этот вариант. Параллельно посольство РФ в Брюсселе проталкивало бельгийскую фирму «Скалдис», которая на деньги своего правительства начала было разработку ТЭО. Про «Маммут», совершенно не известный на международном рынке морских спасательных работ, пока не слышно. Но его представителю в Москве Вячеславу Захарову в январе 2001 года удается организовать встречу с «Рубином». Случайно или нет, в России отдыхают Франс с женой и друзьями. Инженеры «Рубина» выслушивают их идеи, но Спасский сетует, что уже есть договоренность с консорциумом. Если «Маммут» хочет участвовать, пусть пытается вступить в него.
       Франс возвращается без надежды, еще не зная, что Международный фонд «Курска» не смог выбить денег из ЕС. Еврокомиссия требует включить подъем «Курска» в соглашение с Россией об очистке Арктического региона от ядерных отходов. Москва к этому не готова, и Министерство экономики РФ отказывается гарантировать кредит консорциуму. Когда глава МИДа России Игорь Иванов в апреле 2001 года говорит своему голландскому коллеге ван Артсену, что подъем «Курска» не входит в число его приоритетов, становится ясно, что и Кремль отвернулся от фонда и консорциума.
       Тем не менее международный, а по сути — американо-голландский консорциум продолжает подготовку. Он ставит условие: если поднимать подлодку, то не позднее августа. Потом не даст погода. Но переговоры о финансировании затягиваются, и консорциум предлагает перенести операцию на 2002 год. Для Кремля это неприемлемо, потому что Путин публично обещал поднять «Курск» в 2001 году.
       Политика победила. Правительство РФ начинает искать внутренние возможности финансирования, а академик Спасский, чуя неладное, втихую связывается с «Маммутом». 16 апреля Франс ван Семерен летит в Санкт-Петербург, где Спасский собрал ведущих специалистов «Рубина» и высокопоставленных военных.
       Позднее Франс, пытаясь понять причины резкого поворота Москвы в его сторону, сведет их к пяти. Отношения между русскими и консорциумом охладели из-за агрессивного поведения последнего. Тот выдвигал все новые условия, и русских это раздражало. Для них цель была задана политическим решением Путина. Международный фонд «Курска» размахивал картинкой с европейской колбасой, которую не мог положить на московскую тарелку. Консорциум хотел полных гарантий оплаты, а в российской практике такое невозможно. Он желал четких юридических правил, не соглашался с теми, что предлагала Москва. Наконец, в России, по мнению Франса, эмоции важнее, чем расчет. Русским понравилась семейная атмосфера в «Маммуте», где в руководстве — брат, жена, дочь, где деловое доверие и мера риска основаны на личных отношениях, личной воле.
       Спасский признался в Роттердаме, что, подписывая контракт с «Маммутом», настоятельно посоветовал взять в партнеры «Смит Интернэшнл», оставшийся не у дел после неудачи консорциума. С главой этой компании Нико Бойсом он дружил со времен «Комсомольца». Опять-таки эмоциональная связь. Нико, правда, потом достойно выполнил работу партнера у бывшего конкурента.
       Спасский пошел к Путину и сказал: «Если мы хотим поднять лодку в этом году, то сможем только с Яном и Франсом ван Семеренами». Так появилась непонятная сенсация, что Россия отказалась от международного консорциума и отдала предпочтение какому-то «Маммуту». Начались переговоры об оплате, страховке, юридической базе. «Рубин» хотел строить отношения на основе российского права, «Маммут» предпочитал голландское или британское. Сошлись на шведском.
       Среди анекдотов, которые рассказал мне автор книги, есть и такой. Будто бы Спасский, подписывая контракт, сказал ван Семерену: «Вытащим «Курск» — поставлю тебе бронзовый бюст в Петербурге, не вытащим — найду в любой точке мира и самолично пущу пулю в лоб». Академик не стал подтверждать, что такое говорил. Видно, погорячился с бронзовым бюстом.
       В завершение — групповое фото в Кремле: Путин, Спасский, Франс ван Семерен, адмиралы… «Курск» отбуксирован в док.
       Какой был самый драматичный момент? На мой вопрос писатель Оффринга и академик Спасский ответили по-разному. Аналитик документов и интервью Оффринга назвал 30 сентября 2001 года, когда из-за усилившегося шторма баржу «Гигант» стало опасно раскачивать и руководители операции всерьез думали рубить тросы, закрепленные на «Курске». От подъема подлодки до весны пришлось бы отказаться. Может быть, и навсегда, как это было с «Комсомольцем». Совещание, в котором участвовали Спасский, Барсков, Франс ван Семерен и Нико Бойс, проходило трудно. Сошлись на том, чтобы ждать еще полтора суток. К счастью, погода за это время улучшилась.
       Спасский же считает ключевым момент отрыва лодки от грунта. До тех пор он не был уверен, что искореженный взрывом первый отсек отрезан. Если нет, это «резко деформировало бы процесс подъема». Когда стало ясно, что лодка идет вверх, нервы у многих не выдержали. У русских против этого есть особый технологический прием. Нарушили сухой закон.
       Участники операции гордятся успехом. По мнению Спасского, это «огромный интеллектуальный вклад в технологию подводных работ, в мировой технологический опыт». Но самое главное — впервые после «холодной войны» секретный военный объект с 22 боевыми ракетами и двумя ядерными реакторами на борту поднимало международное сообщество.
       Академик убежден, что нельзя оставлять на морском дне то, что рано или поздно может вызвать экологическую угрозу. «Всю эту дрянь надо поднимать», — произнес с высоты своих 75 лет главный конструктор советских атомных подлодок.
       А может быть, лучше, чтобы атомоходы не тонули? Но об этом на презентации почти не говорили. Пили за триумф технологии и предпринимательского риска. За подвиг тех, кто все же поднял затонувший «Курск».
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera