Сюжеты

АВТОКЛАВА

Этот материал вышел в № 82 от 03 Ноября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Бабе Клаве — семьдесят, а она нет-нет да и разгонится до ста двадцати У Клавдии Сергеевны был выбор: штопать халаты или чинить мотор, жить на одну пенсию или податься в мафию. Она подалась в мафию. Хотя и пенсию получает… В городе Курске...


Бабе Клаве — семьдесят, а она нет-нет да и разгонится до ста двадцати
       

      
       У Клавдии Сергеевны был выбор: штопать халаты или чинить мотор, жить на одну пенсию или податься в мафию. Она подалась в мафию. Хотя и пенсию получает… В городе Курске десять мафий. Мафия — это таксисты-частники, или «шашечники». Крестный отец выгоняет левых и делит территорию для своих. Ночью каждая мафия зажигает на своем участке особый цвет — белый, желтый или серый. Около Центрального рынка — ядовито-зеленые шашечки. Место хлебное. Рядом — боулинг, ночная дискотека «Гринн», кинотеатр, Красная площадь. На точке заправляет «мать», или баба Клава. Она прожила семьдесят лет и успела 41 раз объехать земной шар по окружности. Клава установила фиксированную таксу: сто рублей (до окраины) и «накинь полтишок» (за город). Кроме нее — на точке пенсионер дядя Слава и пятеро пэтэушников. Баба Клава, если ей перечат, говорит сиплым басом, а в остальное время втягивает вишневый табак.
       
       Семь утра. У входа на рынок тормозит «Ауди» цвета «мокрый асфальт»… Парень с мелированной шевелюрой уперся локтем в капот… Баба Клава протягивает парню сигарету… Десять минут беседуют… Мелированный улыбается и заводит хриплый мотор.
       — Ну молодец, свалил, — цедит сквозь зубы дядя Слава. — Он с Черняховки. И приперся аж сюда, не лень было!
       Группа бабы Клавы в сутки перевозит сто человек. Утром и вечером все торговцы берут такси. Конкуренты бабе ни к чему. Чтобы новичку попасть на Центральный, нужно не только «отстегнуть» Клаве, требуется рекомендация от хорошего, авторитетного человека. А если у тебя нет хорошего, авторитетного, плати сто долларов в месяц за аренду — и работай на здоровье.
       «Шашечников» в Курске знают хорошо, поэтому никто лишний раз в «бизнес» не суется. За желание «побомбить» (заработать перевозками на своей машине. — О.Г.) прощают только новичков и приезжих. Остальные утром находят покалеченный автомобиль. Объяснение для всех одно — местные скинхеды устраивали вечеринку. Баба Клава — не будем врать — такого не допускает. Улаживает все тихо, «по дипломатии».
       Есть конкурентки. Точку на Красной площади держит сухопарая Леонидовна пятидесяти лет. Она успела выслужиться: уже давно не ездит, а контролирует чужую работу по телефону. Ее таксисты-шкафы развозят только «випов»: под боком — областная Дума и гостиница «Октябрь» (для иностранцев).
       У бабы Клавы с Леонидовной договор: поделили два ряда на трассе. По ночам из «Гринна» выходят бритоголовые в бежевых пиджаках. Это клиентура Леонидовны. Ночью с них можно спросить больше двух сотен. А баба Клава со своей бригадой катает челноков и случайных прохожих.
       
       Раньше и Клава работала ночью. Теперь здоровье не позволяет да и страшновато. Один раз пришлось везти наркомана. Намотали с ним три километра — за углом завыла сирена. На окраине наркоман надавил бабе Клаве на шею: давай, мол, дальше езжай. Так и колесили, пока менты не отвязались. К утру у наркомана начались судороги. Выпрыгнул из машины, давай головой об асфальт биться. Баба Клава воспользовалась временной слабостью наркомана и дала по газам.
       С тех пор Клавдия Сергеевна всегда берет газовый баллончик и монтажку, а клиентов «садит» только вменяемых (алкоголиков она «насквозь видит» и оставляет пэтэушникам). Вменяемые любят кататься с бабой Клавой. Хоть иной раз она и разгоняется на 120 километров в час, а едет все-таки уверенно, спокойно. Только на кочках чертыхается.
       Вечером баба Клава передает дежурство дяде Славе, а сама едет домой в центр. Но дома ей тоскливо. По телевизору предпочитает новости. А обсудить не с кем. Соседки заняты внуками и смотрят сериалы. А баба Клава сериалы не выносит: «Очень уж любят они там жаловаться».
       Клава не жалуется. Только социалистическую молодость вспоминает с умилением. Хоть и ездила на «кавзиках» и «пазиках», зато не было конкуренции. Откатала больше сорока лет — почти никому грубого слова не сказала. Люди были добрее, веселее, люди любили ездить на большой скорости, с ветерком, люди любили… А теперь только ругань на дороге. Молодежь «подрезает» и хамит, не смотрит, что пожилой человек за баранкой.
       …Когда баба Клава была юной, отец-инженер иногда брал ее в Москву. В Москве Клаве нравилось. Там не было ни грязных желтых двориков, ни тяжелых ухабистых дорог.
       Клава с утра уходила в школу и училась очень хорошо, потому что хотела когда-нибудь переехать в Москву работать инженером. Закончила девять классов… и пошла на швейную фабрику «Курский трикотаж». Шила халаты для медсестер городского диспансера. Сменила судьбу по объявлению: «На водительские курсы набираем молодых и способных». Отец тогда взбунтовался: «Стыд-то какой! Соседи теперь небось за дурочку принимать будут!». За такую Клаву, правда, не принимали — только головой покачивали: ну совсем у девки, мол, крыша съехала.
       Недель через пять Клава рассекала по курским ухабам на почтовой машине — развозила бандероли.
       А потом началась зима. И Клава перешла на «ПАЗ» в государственный таксопарк. «ПАЗ» сначала не поддавался. Кряхтел и пыжился. А на холоде замерзал. По ночам Клава возилась с мотором. Мужчины, конечно, помогали. И запчасть ввернут, и под капот заглянут с удовольствием. Ухаживали. Утром на капоте лежали свечи или масляные фильтры.
       …Так и дожила Клава до семидесяти лет.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera