Сюжеты

КРЕМЛЕВСКИЙ ДИГГЕР НЕ ПРОШЕЛ ФЕЙС-КОНТРОЛЬ

Этот материал вышел в № 87 от 20 Ноября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Генеральный директор НТВ Николай СЕНКЕВИЧ: «...Впредь подобные вещи я буду снимать» Все знали, что рано или поздно это произойдет. Весь вопрос был только в том, когда и где. И вот, пожалуйста. На единственном еще считавшем себя независимым...


Генеральный директор НТВ Николай СЕНКЕВИЧ: «...Впредь подобные вещи я буду снимать»
       
       Все знали, что рано или поздно это произойдет. Весь вопрос был только в том, когда и где. И вот, пожалуйста. На единственном еще считавшем себя независимым канале — НТВ да еще в самой несовместимой с понятием «цензура» программе — «Намедни».
       Суть проблемы проста: гендиректор НТВ Николай Сенкевич запретил выпускать в программе Леонида Парфенова «Намедни» сюжет о книге Елены Трегубовой «Байки кремлевского диггера», который уже был подготовлен к эфиру.
       На первый взгляд, ничего страшного. Подумаешь, сюжет?! Коллеги-журналисты знают, как часто могут «слетать» уже запланированные тексты.
       Но чтобы уже готовые материалы не проходили из-за чьих-то представлений о пошлости и хамстве, это уже что-то из советских времен. Впрочем, в советские времена газеты с пустыми полями и программы с черными квадратами не выходили, потому что вовремя подвергались «литовке». На НТВ же цензура еще не институализирована. Хотя все предпосылки к этому есть. По словам сотрудников студии «Пилот-ТВ», которые производят программу «Красная стрела», с приходом на НТВ им нужно получать по четыре визы, чтобы острые на язык Хрюн и Степан, не дай бог, не сказали в эфире ничего лишнего. Так что ситуация с «Намедни» — лишь следствие давно назревшей проблемы.
       «Намедни» — программа о главных событиях и явлениях за неделю, как сами позиционируют себя журналисты, не могла не обратить внимания на событие, получившее общественный резонанс. В «Намедни» был подготовлен сюжет о скандальной книге длительностью три с половиной минуты.
       Леониду Парфенову позвонил гендиректор НТВ Николай Сенкевич и запретил давать сюжет в эфир. «НТВ не отхожее место, где есть место хамству и пошлости», — заявил Сенкевич в интервью «Эху Москвы». По его мнению, от снятия сюжета острота последнего выпуска «Намедни» ничуть не уменьшилась: «Столь уважаемая программа Леонида Геннадьевича слишком изысканна и слишком взвешенна, чтобы скатываться до такой пошлости». Обвинения в нарушении свободы слова гендиректор НТВ также отрицает: «Есть свобода слова, а есть словоблудство, хамство и пошлость. Это две большие разницы. Впредь подобные вещи я буду снимать». От дальнейших комментариев глава НТВ отказывается, пресс-служба поясняет, что он уже все сказал.
       Сам Леонид Парфенов не стал скрывать, что сюжет не вышел по политическим причинам, и прямо заявил в программе о том, что его пришлось вырезать по указанию руководства канала. Однако к публичной порке отнесся спокойно и в суд на руководство подавать не собирается.
       Наибольшее возмущение поступок гендиректора вызвал в Союзе журналистов России. В журналистской среде поступок Сенкевича расценили как акт политической цензуры. По мнению секретаря Союза журналистов Михаила Федотова, в действиях Сенкевича не было бы ничего противозаконного, если бы он был главным редактором телепрограммы «Намедни» либо ее учредителем. Однако пост гендиректора, который занимает Сенкевич, не дает права вмешиваться в редакционную политику авторской передачи. В понедельник Союз журналистов России направил письмо в Генпрокуратуру России с просьбой рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении гендиректора телекомпании НТВ Николая Сенкевича по статье 144 Уголовного кодекса России («Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналиста»). Максимальное наказание по этой статье — три года лишения свободы.
       Кроме иска Союза журналистов, Сенкевичу, возможно, придется явиться в суд и по другому поводу. Автор злополучной книги Елена Трегубова вместе с издателем рассматривает возможность подачи на Сенкевича в суд за то, что гендиректор НТВ назвал ее книгу пошлостью, словоблудием и хамством. Однако, как сказала Трегубова «Новой газете», она сама не уверена, что прибегнет к таким мерам: «Я не настолько доверяю нашей судебной системе. А учитывая всю политическую подоплеку этой ситуации, вряд ли приходится рассчитывать на справедливый исход». Сама Елена Трегубова также считает, что причина запрета на показ сюжета в эфире чисто политическая. «Сомневаюсь, что это была идея Сенкевича. Тем, кто читал книжку, не надо ничего объяснять. А тем, кто не читал, могу сказать, что мне звонили многие уважаемые люди и благодарили. А что до объяснений Сенкевича, то я уверена, что вкусу и чутью Парфенова зритель доверяет больше, чем безвестному Сенкевичу. Меня просто удивляет непрофессионализм моих цензоров», — сказала Трегубова «Новой газете».
      
       Надежда ПРУСЕНКОВА
      
       
ДОСЛОВНО
На сайте интернет-издания «Утро.ру» в понедельник появился материал, найденный на форуме программы «Намедни». По словам собеседников, видевших эту информацию, она соответствует тому самому сюжету, который был запрещен руководством телеканала.
       
       Л. Парфенов: «Самая скандальная книжка года. Причем политически скандальная — «Байки кремлевского диггера» Елены Трегубовой. Журналистка четыре года, три — при Ельцине и год — при Путине, работала от разных изданий в так называемом кремлевском пуле — группе корреспондентов, всюду сопровождающих главу государства. За это время можно увидеть многое не предназначенное для печати, завязать разные неформальные знакомства. Ударная сцена в книжке: Путин, тогда еще глава ФСБ, приглашает Трегубову отметить День чекиста в японском ресторане.
       Хотя подписок о неразглашении кремлевские журналисты не дают, такие откровения публикуются впервые. Даже при репутации Трегубовой как журналистки бесшабашной политической книжки про чужие тайны никто не ждал».
     
       Е. Трегубова (автор книги): «Я ровно так, как написала, советовалась со своим папой: идти мне или не идти на встречу с Путиным. И ровно так, как там и описано, получила ответ, что Лаврентий Павлович Берия тоже девушек иногда приглашал в ресторан, только потом их никогда больше никто нигде не видел».
      
       Цитата из книги:
       « — Давайте вместе отпразднуем День чекиста в каком-нибудь ресторане? — неожиданно предложил мне Володя Путин. Я сидела у него после интервью и судорожно пыталась понять, что же пытался сделать главный чекист страны: завербовать меня как журналиста или закадрить как девушку.
       — Отличная идея! Только, Володь, давайте не приурочивать это к вашему профессиональному празднику, а просто пообедаем и поболтаем».
      
       Е. Трегубова (смеется): «Нет, на самом деле в то время для меня это была моя самая любимая еда — сырая рыба. Будете смеяться. Я приехала из этого ресторана с подарком от Владимира Владимировича Путина. И, естественно, коллеги распивали сакэ за его здоровье. В этом странном густонаселенном подземелье кремлевском ты забываешь, что мир немного шире, чем Кремль. Когда наш президент, выбравшись в Италию, вдруг начинает упрекать западных журналистов в том, что они чуть ли не берут деньги от «ЮКОСа» за свои вопросы, это попросту показывает, что здесь, вокруг президента, журналисты, которые близки к телу, они не за деньги статьи не пишут. И нашего президента трудно упрекать. Действительно, у него такой жизненный опыт. В Кремле у них вот так! Но мир действительно немножко шире, чем Кремль».
       
       Цитата из книги:
       «На пресс-конференции в Стокгольмской ратуше Дедушку несло по полной программе. Ельцин отвечал не на те вопросы, мимика его все больше расплывалась, и под конец, запнувшись за шнур микрофона, он пошатнулся и прямо на трибуне начал падать.
       <…> Вера Кузнецова, работавшая в «Известиях», дергала за рукав Татьяну Дьяченко и, как контуженная, орала: «Но ведь это же п….ц! Таня! Это же п….ц! Что ж теперь с этим делать?».
       Выглядевшая абсолютно хладнокровной Татьяна предпочла не комментировать эту свежую мысль».
        
       Е. Трегубова: «Все его воспринимали как такого родного дедушку. Правда. И до слез переживали, когда в Стокгольме происходил этот кошмар. Вот это, пожалуй, и отличало нас главным образом от кремлевских чиновников. Потому что им было наплевать, им было главное, как это отпиарить, да. Пока им был Ельцин нужен, они пиарили, что нам все это примерещилось, что на самом деле он суперздоров. Потом, когда им перестало это быть нужно, они стали говорить, что он невменяем, а администрация сплошь из героев состоит».
     
       А. Волин (в 1996–1998 гг. — замглавы управления по связям с общественностью президента РФ): «Проблема этой книги для журналистов, что никакой из сроков давности здесь, конечно же, не прошел. И в ряде случаев, наверно, сейчас ньюсмейкеры, общаясь с журналистами, станут куда более осторожными».
     
       Е. Трегубова: «Ельцин-то действительно рисковал потерять власть. Против него боролись некоторые телеканалы там, многие СМИ там, и печатные и непечатные, да. Были олигархи, которые грозили проплатить народные волнения. Получилось смешно. Ведь тогда ставили главную задачу, чтобы у власти не оказался Примаков. А теперь партия Лужкова — Примакова бывшая влилась плавно в правящую партию, которая поддерживает Путина. То есть как-то не понятно, за что боролись, да. Я не уверена, что если произойдет падение цен на нефть глобальное, что Путин все-таки выберет путь глобальных реформ, на которые он так до сих пор и не решился, а не попытки государственного регулирования».
       
       М. Маргелов (в 1997–1998 гг. — глава управления по связям с общественностью президента РФ): «Главный герой книги ясен — это журналистка Елена Трегубова, которая в книге красавица, умница, тонко чувствует гармонию, великолепно разбирается в искусстве, интеллигентна. Все остальное — фон. Фон — политики, фон — Кремль, фон — кремлевские хитросплетения, фон — реальности современной эпохи».
        

       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera