Сюжеты

УШЕЛ ПОЭТ ЮРИЙ КУЗНЕЦОВ

Этот материал вышел в № 87 от 20 Ноября 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

К нему относились по-разному. Апологеты чуть ли не обожествляли (так и самим, глядишь, можно пристроиться в апостолы), противники доходили до того, что называли вурдалаком. В 80-е годы в «Литгазете» шла многомесячная дискуссия, по сути...


       
       К нему относились по-разному. Апологеты чуть ли не обожествляли (так и самим, глядишь, можно пристроиться в апостолы), противники доходили до того, что называли вурдалаком. В 80-е годы в «Литгазете» шла многомесячная дискуссия, по сути дела, вокруг одной его строчки: «Я пил из черепа отца...». Кто-то понимал ее буквально, кто-то — символически.
       Но бесспорно: Юрий Кузнецов стал одним из самых ярких явлений в поэзии эпохи застоя. Выход каждой его новой книги — «Во мне и рядом — даль», «Край света — за первым углом» — становился поэтическим событием.
       Впервые он поразил читателей еще в 1968 году своей «Атомной сказкой»:
       
       Эту сказку счастливую слышал
       Я уже на теперешний лад,
       Как Иванушка во поле вышел
       И стрелу запустил наугад.
       Он пошел в направленьи полета
       По сребристому следу судьбы.
       И попал он к лягушке в болото,
       За три моря от отчей избы.
       — Пригодится на правое дело! —
       Положил он лягушку в платок.
       Вскрыл ей белое царское тело
       И пустил электрический ток.
       В долгих муках она умирала,
       В каждой жилке стучали века.
       И улыбка познанья играла
       На счастливом лице дурака.
      
       Многие тогда восприняли эти стихи как научно-техническую контрреволюцию. На самом деле вопрос-то в них ставился куда глубже...
       Когда после августа 1991-го писатели категорично поделились на «демократов» и «патриотов», Юрий Кузнецов оказался во втором лагере — да не просто так, а в качестве одного из немногих знамен (наряду с Распутиным и Беловым). Эти идеализация и идеологизация явно вредили поэту. А писательский раскол привел к тому, что «демократы» практически перестали читать «патриотов». Так что фигура Юрия Кузнецова для большинства читателей ушла в тень...
       Но никуда не делись его лучшие стихи — такие, например, как «Отец космонавта», — и весь сюрреалистически-трагический мир его книг.
       А рифмованную идеологию мы и у Тютчева-то не перечитываем.
       Ушел поэт. Остается все лучшее, что он написал.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera