Сюжеты

ШТАБНЫЕ МУЧЕНИЯ

Этот материал вышел в № 92 от 09 Декабря 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В актовом зале Росагропромстроя, где расположился избирательный штаб КПРФ, три десятка журналистов откровенно скучали. На большом белом экране без конца крутили канал «Спорт». Новости не включали. А на входе всем раздавали листовки,...


       
       В актовом зале Росагропромстроя, где расположился избирательный штаб КПРФ, три десятка журналистов откровенно скучали.
       На большом белом экране без конца крутили канал «Спорт».
       Новости не включали. А на входе всем раздавали листовки, доходчиво объясняющие, что правительственные каналы смотреть не стоит, потому что они неприкрыто агитируют за «Единую Россию». Поскольку неправительственных каналов вроде бы и нет, со «Спортом» смирились.
       Куликов, секретарь КПРФ по идеологии, с придыханием озвучивал результаты альтернативного подсчета: «КПРФ стабильно держит второе место, лишь кое-где на пятки наступает ЛДПР».
       Минут за пятьдесят до конца голосования Куликов уже был озадачен: по Дальнему Востоку «ЕдРо» укатилось далеко вперед, а ЛДПР приблизилась к коммунистам на расстояние статистической погрешности.
       Еще через полтора часа совсем уж сокрушительный удар: выясняется, что, по официальным результатам, ЛДПР обошла коммунистов. И все журналисты начинали неделикатно пялиться на выступление Жириновского по первому каналу. Штабные с удрученным видом откочевали в столовую, от неожиданности даже перестали пить водку, переориентировались на сосиски с зеленым горошком. Прорвало секретаря Московского горкома КПРФ Александра Куваева.
       — На избирательных участках бюллетени вбрасывают, мертвые души в списки вносят… кое-где вообще уже вся комиссия пьяная. В одном психиатрическом учреждении избирателям, чтобы не утруждались, дали бюллетени с галочками напротив «Единой России».
       Когда появился Зюганов, на него была страшно смотреть: на фоне его румянца даже интенсивно бордовый галстук смотрелся как-то бледненько. Отшивая журналистов, он пообещал подбить к среде собственные результаты и категорично отказался признавать официальные цифры. «Бог их за это накажет», — бросил непонятно кому лидер коммунистов.
       Словно утешая его, пожилой фотограф в красном шарфе сказал:
       — ЛДПР – это вроде как «против всех». Если бы вместо «против всех» последний пункт назывался «чтоб вы все сдохли», то за это 90% проголосовали бы.
       Ольга БОБРОВА
       
       Штаб «ЯБЛОКА» работал в центре Москвы, на Пятницкой улице, в трехэтажном особняке с мансардой.
       Около 8 часов вечера в штаб приехали Григорий Явлинский. К 9 часам в мансарде здания, где был оборудован пресс-центр, собрались около ста российских и иностранных журналистов.
       Похоже, журналисты ожидали увидеть в штабе «ЯБЛОКА» нечто вроде Смольного в октябре 17-го из кинофильмов 30-х годов. Полупустые комнаты, атмосфера спокойного ожидания, похоже, вызывали разочарование.
       Лидер «ЯБЛОКА» напомнил, что, по данным независимого мониторинга, во время избирательной кампании «ЯБЛОКО» присутствовало в эфире Первого канала и РТР в 15 раз меньше, чем «Единая Россия».
       Комментируя итоги выборов, Явлинский заметил, что, если людям не платят зарплату, но у них есть свет и горячая вода, они голосуют за коммунистов, если же нет света и горячей воды, как во Владивостоке, — голосуют за Жириновского.
       Поначалу невысокий процент никого не испугал: считали Сибирь, и была надежда, что, когда дойдет до Москвы и Питера, 5-процентная планка будет преодолена, но к полуночи «яблочные» голоса замерли на отметке 4,2%.
       К трем ночи первый заместитель председателя партии Владимир Лукин сказал, что, если «ЯБЛОКО» не попадет в Государственную Думу, партия «продолжит жизнь для демократически мыслящих людей, преодолеет ошибки и будет стремиться к победе».
       Постепенно люди свыкались с цифрой 4,2 и с тем, что «ЯБЛОКО» в Думу не проходит. После шести часов утра исчезли последние надежды. Хотя вопрос — как может цифра не меняться на протяжении всей ночи ни на одну десятую — остался.
       Юрий ШЕЙН
       
       Не привычно пришедшие на выборы пенсионеры, а непришедшие молодые решили судьбу. Им СПС не смог доказать своей правоты. Пришедшие пенсионеры не интересовались реформой армии, они давно отслужили. Равно как не имели собственного бизнеса и не собирались учиться по европейским стандартам.
       В ночном штабе Союза правых сил не было и следа возможной паники и перевернутых лиц аппарата. Они ждали предсказанного ими же накануне результата. Это предсказание было не предвыборной страшилкой.
       На вопрос «Новой газеты», не преувеличивает ли он опасности управляемых со Старой площади новоявленных защитников русских и бедных, Анатолий Чубайс ответил следующее: «Успех Рогозина и Глазьева приведет к трансформации этой политической силы. За ними стоит не самая лучшая часть прокуратуры, ФСБ, управленцев и государственного бизнеса. Поэтому успех этих ребят куда как опаснее успеха политически одинокого и именно потому полностью управляемого Жириновского».
       Впрочем, оптимизма лидеры СПС не теряют. Держа в руке стакан кислой минералки взамен неуместного теперь шампанского, Чубайс объявил СПС долгоиграющей политической силой, видавшей и успехи и поражения и готовой уйти из Думы для перегруппировки сил, с тем чтобы вернуться вновь.
       P.S. Мой тесть Владимир Семенович Ожогин окончил войну под Кенигсбергом, успев подбить шесть «тигров». Трезвый и веселый человек, он был последовательным антисталинистом, после 1991 года всегда голосовал за демократов. И в этом был не похож на большинство пенсионеров, голосующих за коммунистов и Жириновского. Он умер около полутора лет назад, но в это воскресенье супруга нашла его имя, как обычно, рядом со своим в списке для выдачи бюллетеней. Так что, скорее всего, на этот раз покойный тесть проголосовал за «партию власти». У него просто не было выбора.
       Валерий ШИРЯЕВ
       
       Блок «Родина» подводил итоги в гостинице «Аэрополис». «Напряженная атмосфера», «томящее ожидание», «суровые будни» — эти фразы звучали в прямых включениях телеэфира из главного штаба «Родины».
       Но у штабных работников настроение было совсем другое. Они держались так, будто все знали заранее. Из-за плотно закрытых дверей в узкие коридорчики гостиницы просачивался водочный дух.
       В кабинетах царило веселье, в коридорах — пытались работать.
       В промежутках между прямыми телеэфирами лидеры блока делились с журналистами: «по-другому и быть не могло», пытаясь при этом соблюдать дистанцию и казаться сдержанными.
       Виктор Геращенко говорил о том, что электорат коммунистов «уходит из этого мира в мир иной». Дмитрий Рогозин утверждал, что «за оппозицию голосуют только те, кто уже готов обернуться в белую простыню и ползти на кладбище».
       На вопрос, кто же все-таки избирает «Родину» и откуда взялся его электорат, никто так и не смог ответить. Правда, Глазьев пытался поделить избирателей на людей «эмоциональных» и «думающих».
       На мониторе ВЦИКа процент «Родины» подрастал, суждения рядовых членов «Родины» становились уверенней и безапелляционней. Лидеры, напротив, подобрели. Коммунисты вдруг превратились в «наших товарищей по интересам», фантазии на тему «какой из финансовых комитетов Думы я бы создал под себя», звучали все громче.
       При этом все как-то сразу забыли, что бывший член фракции КПРФ Глазьев — и есть главный виновник распада левой оппозиции. Ярый борец с партноменклатурой Геращенко — бывший председатель Центробанка, а Дмитрий Рогозин в свое время тщетно пытался пристроиться в «Единую Россию». Тогда он называл это — «быть в активной обойме».

       Когда стало ясно, что «родинцы» не просто дотянулись до 5%, а с хорошим запасом их перевалили, они совсем расслабились. Двери кабинетов пооткрывались, из них посыпал народ. Появилось много бутылок и бутербродов с колбасой.
       Ирина ГОРДИЕНКО
       
       "Новая газета" № 92

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera