Сюжеты

АДМИНИСТРАТИВНЫЙ РЕСУРС КАК НОРМАЛЬНАЯ ПРАКТИКА

Этот материал вышел в № 96 от 22 Декабря 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Константин ЗАТУЛИН: Если бы не был в «команде Лужкова», потерял бы много голосов Административный ресурс — из разряда тайн, покрытых мраком. Все знают, что он есть, но о том, как именно выглядит, мнения сильно расходятся. Об этом...


Константин ЗАТУЛИН: Если бы не был в «команде Лужкова», потерял бы много голосов
       

     
       Административный ресурс — из разряда тайн, покрытых мраком. Все знают, что он есть, но о том, как именно выглядит, мнения сильно расходятся.
       Об этом таинственном ресурсе и предвыборных политтехнологиях мы разговариваем с Константином ЗАТУЛИНЫМ — депутатом Госдумы от «Единой России», победившим в Орехово-Борисовском округе Москвы. Прежде всего потому, что сам Константин Федорович не скрывает своей близости к власти, не стесняется этого и знает, что такое административный ресурс, изнутри…
       
       — У вас богатый опыт: вы четыре раза выдвигали свою кандидатуру на выборах в ГД. Теперь, после победы, поделитесь, стали ли политтехнологии более изощренными?
       — Да. Поэтому и стоимость выборов в Госдуму за это время резко возросла — примерно раза в четыре–пять с 1993 года, когда я впервые был избран депутатом. А сами выборы проходят по-разному — для тех, кто обладает всероссийской известностью, пользуется преимуществами появления на Первом, втором каналах, и для тех, кто этого не имеет.
       — «Единая Россия» практически монополизировала телеэфир…
       — Но, как известно, от бесплатных теледебатов она отказалась. Я был кандидатом от «Единой России», тем не менее на Первом и втором каналах меня практически не было.
       Лидерам единоросских списков эфир особенно не был нужен, но из-за отказа от бесплатного эфира пострадали кандидаты-одномандатники. К тому же у руководства центральных каналов есть свои предпочтения.
       — Допустим, телеэфир ни при чем, но насколько победа «Единой России» является результатом использования административного ресурса?
       — Единороссы, конечно, использовали тот факт, что президент положительно относится к партии. Вы называете это административным ресурсом, а я считаю, что это нормальная практика. Любой избранный глава государства имеет свои политические пристрастия.
       — В спорных ситуациях в ходе выборов не раз решения в округах принимались без участия окружных избирательных комиссий — исполнительной властью на местах — и почему-то на руку единороссам.
       — Это утверждение на вашей совести. Хотя, конечно, я не могу исключить того, что в ходе выборов в такой большой стране, как Россия, не найдется услужливых дураков, которые опаснее врага.
       — По-прежнему актуальны старые излюбленные приемы, как, например, фамилии-двойники. Николаев — Николаев, допустим… (от Орехово-Борисовского округа, помимо генерала Андрея Николаева, выдвигался еще один Николаев, причем тоже военный, но уже член «Единой России». — Я.С.)
       — Знаете, почему он выдвинулся? Николай Николаевич Николаев строил свои собственные планы с выдвижением именно в этом округе: у московского отделения «Единой России» и у Николая Николаева было полное ощущение, что Андрей Николаев на выборы вновь не пойдет.
       Я думаю, что и сам Андрей Николаев после избрания в 1999 году не предполагал вновь баллотироваться в округе — он ждал предложений и назначений. Летом стало ясно, что от «Единой России» в округе пойду я, Николая Николаева это не удовлетворило — он вышел из аппарата «Единой России» и пошел на выборы самостоятельно. Я вам честно скажу: я не чувствовал особо компании Николая Николаевича.
       — Но он мешал вашему главному оппоненту, значит, помог вам.
       — А знаете, сколько он набрал голосов? 3,36%. Если прибавить это к 19,11% Андрея Николаева, то получится 22,47%. Я получил 44%. Считаете, он серьезно помог?
       Кстати, вы не обратили внимания на другое. Был такой кандидат — Вадим Сухманский, аналитик предприятия, торгующего компьютерами. Выдвинут, как я понимаю, избирательным штабом Андрея Николаева. Сухманский не встречался с избирателями, отказался от бесплатных эфиров, отказался публиковать свою биографию и фото. Он не выходил из стен избиркома и строчил на меня жалобы. Заметьте: несколько десятков жалоб в комиссии, на комиссию, две попытки снять меня с выборов через суд — и ни одного вопроса Андрею Николаеву. Сухманский обслуживал интересы депутата Николаева: стратегия была в том, чтобы затаскать нас по судам (пытались даже опротестовать назначение меня советником мэра. По мнению господина Сухманского, я недостаточно для этого образован. И это — после аспирантуры МГУ).
       — А сколько Николай Николаев подал жалоб?
       — Не знаю. Знаю, что Николай Николаев подал в Московский городской суд жалобу на Андрея Николаева с просьбой о снятии того с выборов: речь шла о том, что депутат ездил на служебной машине, использовал своих штатных сотрудников, привлекал для расклеивания плакатов несовершеннолетних. И если в ходе этой избирательной кампании был употреблен административный ресурс, то я, например, употребил все свои возможности для того, чтобы Андрея Николаева не сняли с выборов.
       — Зачем?
       — Чтобы он не выглядел мучеником, которого сняли, используя суд.
       — Как именно вы ему «помогли»? То есть вы были властны снять или оставить такого же, как вы, кандидата?
       — К моему штабу обратились как к свидетелям. Мы знали, что обвинения справедливы, но ограничились минимумом показаний. Я не звонил, конечно, в суд, я с судьей не знаком, но я ко всем, кто мог иметь отношение, обратился с просьбой: если у них есть какое-то влияние, использовать его для того, чтобы Андрея Николаева оставили в кандидатах.
       — Кого вы имеете в виду?
       — В правительстве Москвы контактируют с московскими судами по определению, в силу служебных обязанностей.
       — Вернемся к политическим технологиям. Оставим административный ресурс, который, по-вашему, получается законным. А что было незаконно и кем использовалось?
       — Что касается использования технологий, особенно грязных, то, например, в Москве конкуренты «Единой России» звонили избирателям глубокой ночью и предлагали голосовать за избирателей «Единой России». Мне тоже звонили. Или, допустим, в школу пришли фальшивые письма с гербами московского отделения «Единой России», в которых директорам предлагалось пропагандировать среди учащихся достижения «Единой России» и биографии ее лидеров.
       — Насколько лично вам сыграло на руку членство в «Единой России»? Каков был бы ваш рейтинг без этого бренда?
       — За Андрея Николаева агитировали и Зюганов, и Явлинский, и Кобзон. В его пользу «снялись» кандидаты от коммунистов и от Партии жизни. Как видите, не помогло. Мне на руку сыграл тот факт, что семь лет я советник мэра Москвы. Я в курсе всех дел Москвы и знаю, что нужно москвичам, как им помочь. Я не отлынивал от встреч с избирателями и во время кампании, и до нее. До начала избирательной кампании провел в общей сложности 120 встреч.
       — В качестве кого вы проводили встречи?
       — Как советник мэра, уполномоченный представлять его в Южном административном округе.
       — Когда?
       — Например, в июле, в августе.
       — То есть в самый канун выборов.
       — В самый канун — это в сентябре.
       — И это не является использованием административного ресурса?
       — Моим главным оппонентом был депутат Андрей Николаев, председатель Комитета ГД по обороне. Его служебное положение в еще большей степени позволяло ему проводить адресную работу с избирателем все четыре года полномочий. Более того, это была его обязанность. Он ею пренебрег.
       — Ваше имя стояло в списке так называемой «команды Лужкова», за которую он агитировал голосовать. Если бы ваше имя не включили в список, насколько бы вы потеряли в процентах?
       — Существенно потерял бы. В Москве слово Юрия Лужкова, безусловно, значит очень много. Но я хочу заметить: не все, кого поддержала «Единая Россия», победили на выборах в Москве. В Университетском округе мы поддержали Герасимова, а прошел Задорнов. В Центральном поддержали Плешакова, а прошел Гончар, причем очень убедительно. Это выборы!
       — И все же, не является ли это использованием административного ресурса?
       — Юрий Лужков — избранный глава города, а не рядовой назначенный чиновник. Он сам участвовал в избирательной кампании в качестве кандидата в депутаты Госдумы и кандидата в мэры. Как он может уклониться от высказывания своего мнения в ходе избирательной кампании? И вообще неправильно близость к власти понимать как безусловный ресурс. Все зависит от конкретной власти. Если власть является убожеством, то ее поддержка — это камень на шее. Например, я трижды пытался избраться в Туапсинском округе в родном Сочи как оппозиционный кандидат.
       Не победил, но я как черт ладана боялся, что местная власть скажет обо мне, что я — ее сторонник. Это была бы отрицательная рекомендация.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera