Сюжеты

ОДИНОКИЙ СПЕЦНАЗ ПРОТИВ ВСЕХ

Этот материал вышел в № 97 от 25 Декабря 2003 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Наш специальный корреспондент Марат Хайруллин оказался в центре операции по уничтожению боевиков (Окончание. Начало в № 96) Нечто подобное мы ожидали давно — не очень трезвый, то есть еле держащийся на ногах милиционер, брызгая слюной,...


Наш специальный корреспондент Марат Хайруллин оказался в центре операции по уничтожению боевиков
       

      
       (Окончание. Начало в № 96)
      
       Нечто подобное мы ожидали давно — не очень трезвый, то есть еле держащийся на ногах милиционер, брызгая слюной, требовал, чтобы мы немедленно убирались. При этом представился пресс-секретарем дагестанского министра внутренних дел Хабибом. Еще вчера в штабе операции им и не пахло — мы свободно общались с генералами и бойцами, соблюдали дистанцию и не путались под ногами. Но вот появился этот милицейский клерк с каким-то секретным приказом, и работать журналистам стало совершенно невозможно.
       Да и трансформация всего хода операции происходила на глазах. На пятый день штаб операции перенесли дальше в горы — в аул Мекали. Огромные силы, которые военные и пограничники пытались подтянуть в район боевых действий, безнадежно застряли перед Генохским перевалом. А бойцов Железноводского пограничного отряда самих пришлось спасать из снежного плена, в который они попали на высоте три тысячи метров. Из более чем двадцати единиц легкой бронетехники (БМП и БТРы) ни одна машина не дошла до места. Семь безнадежно поломавшихся БТРов Буйнакской бригады бросили на дороге. Один из них в районе Гимри (совсем недалеко от Буйнакска) подвергся нападению неизвестных. Охранявший его боец погиб от огнестрельных ранений, второй с проломленной головой лежит в больнице.
       На месте же непосредственных событий неразбериха достигла своего апогея. Сообщения о боевиках вдруг начали поступать с разных сторон. Подступы к Мекали заставили охранять республиканских омоновцев — это чуть ли не единственное боеспособное подразделение в распоряжении штаба операции. Исключая, конечно, неполную роту спецназа ГРУ. Но им пришлось пережить в лесу снежную бурю, и они тоже сильно потрепаны. Кроме того, второй день подряд спецназ несет необъяснимые потери…
       Чуть позже подтянулась группа оперативного реагирования ГРУ из Ведено. Мы их случайно заметили на вертолетной площадке в Мокохе. Серьезные, спокойные мужики, тихо сидящие в стороне, — их работа вызывает много нареканий в Чечне, но на сегодняшний день это, возможно, единственное российское военное подразделение, профессионально подготовленное для борьбы с противником в горах. Кажется, они единственные, кто понимает, какой серьезный противник им противостоит.
       В отличие от них штабная обслуга охвачена шапкозакидательскими настроениями и все эти дни твердит о каких-то десяти виртуально убитых боевиках. Но ни одного трупа так и не было предъявлено общественности. Зато при первых же потерях вся эта компания, гордо именующая себя «командованием операции», впала в откровенную панику и выгнала совершенно не приспособленный для боевых действий в горах ОМОН охранять подступы к селу.
       В довершение всего три генерала, руководящие операцией (главный милиционер республики, главный пограничник округа и командующий военными силами региона), не очень ладят между собой, и это мгновенно начало сказываться на отношениях между подразделениями. Стоит прибавить, что у силовиков испортились отношения и с местным населением. Сначала военные пытались разбомбить село Галокли, затем с их стороны посыпались обвинения местных жителей в вахабизме и пособничестве боевикам. В конце концов силовики втихаря арестовали одного из шауринцев — Ахкубека Малаева, предупредившего пограничников о боевиках, и отправили его в Махачкалу — вроде как заподозрили в том, что он нарочно зазвал пограничников в засаду. Это вызвало настоящий взрыв возмущения…
       Вот уже почти неделю в 11 селах района не работают школы — в большинстве из них разместились военные. Их кормит главным образом местный люд, и без того живущий на грани выживания. Если военные лишатся поддержки очень сплоченной местной общины, то перспективы успешного завершения операции станут более чем туманны.
       …Вот и в довершение всего этого передо мной стоял выпивший Хабиб и пытался мешать работе. Вообще пьянство процветает в штабе (если уж пресс-секретарь не постеснялся предстать перед нами в таком виде). С одного выпившего на холоде милицейского майора генерал Омаров (заместитель министра) сорвал погоны и затолкал в автомобильную яму, но, видимо, сухой закон не распространяется на личную обслугу начальства. Но меня злило даже не это… Этот Хабиб присвоил себе право единолично информировать страну да и весь мир о ситуации в ущелье. Наличие какого-то секретного приказа позволяет ему безнаказанно лгать и утаивать правду.
       И, кроме того, нервозность пресс-секретаря свидетельствовала о том, что дела идут не просто плохо, а очень плохо.
       
       Кровавый дембель
       Погранзастава в Мокохе, относящаяся к Хунзахскому отряду, создана после развала Союза. Местные жители отдали погранцам единственную большую полянку в округе, на которую мог сесть вертолет. (Раньше ее использовали для народных гуляний и спортивных состязаний.) Несколько десятков пограничников занимались главным образом заготовкой пиломатериалов. Местные жители не припомнят даже простых стрельб. Ни о каком патрулировании границы не могло быть и речи — застава расположена в нескольких десятках километров от границы с Грузией. То есть пацаны, служившие в этом потенциально опасном регионе, были элементарно не подготовлены.
       И не очень понятно, почему командир решил, что он один с семью необстрелянными бойцами может справиться даже с пятью диверсантами. Военные утверждают, что при получении сигнала о нарушении границы капитан в любом случае был обязан выдвигаться в сторону противника, но самым разумным решением было бы удерживать дорогу в районе аула Шаури, а не ехать на ночь глядя по скользкой от гололеда недостроенной дороге, которая — идеальное место для засады.
       Кроме того, известно точно, что за неделю до событий со всех застав округи было снято лучшее оружие и отправлено в Хунзах. Зачем это было сделано — непонятно, но сами погранцы утверждают, что это как-то связано с передачей их в ведение ФСБ.
       Но если марш-бросок ребят, подставивших себя под пули, можно списать пусть и на безрассудную до глупости, но храбрость и действительно героическое желание исполнить свой долг, то все последующие действия военных, пограничников и милиционеров не поддаются вообще никакому логическому анализу. Один из местных охотников, которого военные привлекли для разведки местности, утверждает, что они видели боевиков с вертолета уже в первые дни операции.
       — Когда я попросил, чтобы летчик открыл огонь, он ответил коротко: «Нет приказа», — говорит Иса.
       Среди местного населения ходит слух, что уже в первые дни республиканский ОМОН готов был вступить в прямой бой с бандитами, и вновь военные, номинально руководящие операцией, не позволили этого сделать. Вроде как именно поэтому у министра Адильгерея напряженные отношения с федералами.
       Бог его знает — на войне всегда много слухов, только вот поведение командира дагестанских омоновцев Героя России Загитова явно свидетельствует о том, что у него связаны руки. Он, правда, объясняется полунамеками и откровенно избегает общения, но все равно понятно: его люди рвутся в бой. Пока тщетно. Повторюсь: кроме его бойцов и спецназа ГРУ, я не видел в долине иных боеспособных подразделений, которым по силам справиться с людьми, засевшими в горах. Почему командование не использует все имеющиеся в наличии силы, чтобы дожать боевиков, неизвестно.
       
       Снежные призраки
       Самые загадочные события начались в ночь с пятницы на субботу, когда на долину обрушился снежный буран, — накануне так вьюжило, что не было видно даже ладони вытянутой руки. Говорят, что бойца спецназа подстрелили около четырех утра. Пуля попала в лоб, причем не было слышно звука выстрела. Сделано это было настолько чисто и профессионально, что никто так и не смог понять, откуда стреляли.
       Дальше события развивались по нарастающей: примерно в полдень субботы начали поступать сообщения о том, что боевиков засекли сразу в нескольких местах. Судя по переговорам портативных раций, среди военных началась настоящая паника. В самих же Мекали можно было наблюдать, как здоровенные дяденьки-военные переживают и изводят себя за тройным кордоном охраны. Тем не менее если уж не паниковать, то тревожиться точно было от чего — одно из сообщений о боевиках пришло из села Хоботли, которое находится в глубоком тылу. Получалось, что боевики выскочили буквально за спиной военных, и сил прикрыть это направление у них уже просто не было — все ущелье охраняют менее взвода необстрелянных пацанов.
       Ситуацию удалось обсудить с одним из офицеров, непосредственно участвующим в поимке боевиков. Наши выводы совпадали: боевики разделились на несколько групп и начали кружить, пока основной отряд уходил из-под удара. Судя по всему, в основном отряде было нечто важное, что нужно было любой ценой переправить за границу. В данном случае я считаю, что это Абу-Валид — один из лидеров террористов.
       

       Дагестан, Цунтинский район

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera