Сюжеты

Генеральный директор Издательского дома «КоммерсантЪ» Андрей ВАСИЛЬЕВ: «ПОПЫТКА ТОРГАНУТЬ В КРЕМЛЕ ЛОЯЛЬНОСТЬЮ»

<span class=anounce_title2a>ОТДЕЛЬНЫЙ РАЗГОВОР</span>

Этот материал вышел в № 79 от 25 Октября 2004 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Главные редакторы газет редко дают интервью журналистам других печатных изданий. Однако за последнюю неделю шеф-редактора и генерального директора ИД «Коммерсантъ» («Ъ») Андрея Васильева коллеги заставили почувствовать себя «звездой»....

Главные редакторы газет редко дают интервью журналистам других печатных изданий. Однако за последнюю неделю шеф-редактора и генерального директора ИД «Коммерсантъ» («Ъ») Андрея Васильева коллеги заставили почувствовать себя «звездой». Повод действительно «звездный»: одно из старейших изданий новой России (в январе «Ъ» исполняется 15 лет) проиграло в Арбитражном суде города Москвы одной из крупнейших в стране бизнес-структур — «Альфа-банку» иск на беспрецедентную сумму. Теперь газета должна обогатить банк на 320 млн 505 тыс. 906 рублей 69 копеек. Иск к «Ъ» за заметку от 7 июля «Банковский кризис вышел на улицу» Васильев считает лишь способом обезопасить бизнес «Альфа-Групп», надавив на независимое издание.

 

— Вы гордитесь тем, что заметка в «Ъ» стоит более 11 млн долларов?

— Конечно! Всегда приятно попадать в Книги рекордов Гиннесса.

— Много сочувствия со стороны коллег?

— Несмотря на то что любимый завтрак журналиста — коллеги, заметки в прессе о нас даже более эмоциональные, чем наш нейтральный репортаж из зала суда.

— А бизнес вам сочувствует?

— Да, в бизнес-сообществе как раз дикое недоумение по поводу действий «Альфа-банка». Хотя, может, мне они одно говорят, а «Альфе» — другое. Но знаете, это скорее не сочувствие, это отношение наподобие: «вот маразм-то!» У меня такое ощущение, что никто всерьез не воспринимал этот иск, думали как о шоу. А оно вот так… неожиданно обернулось.

Вообще-то неприятно, конечно, что попали мы в эту историю. Все-таки с такими структурами, как «Альфа», мы родственники почти, ровесники. И если есть у нашей газеты миссия, то она — в поддержке бизнеса. Как бы лично я ни относился, какие бы отношения ни были у Фридмана и Березовского (а они плохие), все-таки мы должны быть стратегическими союзниками.

Мы так или иначе чуть ли не в каждом номере пишем об «Альфа-Групп», она была всегда одним из самых крупных наших ньюсмейкеров. Почему бизнес очень напрягся из-за этого иска? Потому что «Ъ» должен быть в хороших отношениях со всем сообществом. Однако не мы, как говорится, были инициаторами.

— А вы к иску всерьез относились?

— Знаете, когда они пропиарились, что подадут в суд, наши люди из отдела финансов напрягались. А я им говорил: да ладно, ребят, пусть пиарятся, мало ли какие у них проблемы? Мы даже не огрызались. И, честно говоря, когда я этот иск увидел, то просто обалдел! Мы ведь всегда были в теплых, хороших отношениях и с Фридманом, и с Петей Авеном… «Альфа-банк» был нашим постоянным партнером, крупным рекламодателем, в издании «Коммерсантъ-Рейтинг» — титульным спонсором. Даже когда мы готовились к суду, я по-прежнему несерьезно к этому относился. В том, что наши юристы не сработали блистательно, я тоже виноват.

— Вы заявили о своей отставке с поста главного редактора «Ъ» в мае этого года. Будь вы и сейчас главредом, пропустили бы заметку от 7 июля?

— Это абсолютно нормальная заметка. Я по редакционной сети разослал письмо, написал, что не будет никаких последствий для авторов заметки, что она была абсолютно нормальной, коммерсантовской. С авторами я разговаривал на эту тему, говорил, что по стилистике заметка мне не очень понравилась. Если бы я был редактором, то немного другие акценты бы расставил. А вот по содержанию у меня никаких претензий.

— Как вы думаете, «Альфу» обидело то, что ее сравнили в заметке с «ГУТА-банком», который испытывал в то время реальные проблемы?

— Очень обидело, да. На самом деле у нас есть документ от ЦБ по состоянию на 1 июля. За июнь отток вкладов из «Альфы» составил 1,5 млрд рублей. На втором месте по оттоку — «ГУТА». Так что сравнение с «ГУТОЙ» было абсолютно правомерным.

— Вы верите, что у вашей газеты настолько большое влияние?

— Фигня, это же просто смешно! Ну кто из мелких вкладчиков, которые забирали деньги, читает «Ъ»? Наши же читатели должны были понять из этой заметки, что кассовый разрыв покроется. А думаете, в «Альфа-банке» кто-то верит в такую влиятельность?

— Тем не менее в день выхода этой заметки вкладчики забрали 1,5 млрд рублей.

— А в предыдущий — около 800 миллионов, причем стали забирать после обеда, когда вышел пресс-релиз банка о том, что все в порядке. Это широко озвучивалось — и на лентах, и на радио. Народ ломанулся забирать деньги с середины дня 6 июля, а 7-го забирал весь день. Так что половина дня 6 июля, которую можно оценить для «Альфы» в 800 млн, как раз и означает 1,5 млрд на следующий день. А пресс-релиз банка и стал поводом для нашей заметки.

— 8 июля «Альфа» ввела 10%-ную комиссию за досрочное расторжение вкладов. Как вы оцениваете слова представителей «Альфы» о том, что банк будет покрывать эти суммы из исков к СМИ?

— Чистый популизм. Мало того, комиссия в 10% абсолютно незаконна! Так что это ситуация до первого суда. Мог найтись какой-нибудь хитрый адвокат — типа Трунова, который бы собрал всех вкладчиков вместе, и тогда страшное дело могло случиться.

— А когда произошло обострение в отношениях с «Альфой»? До заметки или после?

— Да никогда его не было, даже после заметки! Когда она вышла, мне позвонил Петя Авен, ругался по поводу акцентов, говорил, что это «не по-товарищески». При этом не говорил, что это неправильная заметка. Если хочешь по-товарищески, сказал я ему, быстро давай «Ъ» интервью. Скажи в нем все, что считаешь нужным, назови нас, если хочешь, земляным червяком. А после выхода интервью я не общался с Авеном. Не то чтобы специально — просто так получилось. Ну а после иска какие вопросы?

— Но в интервью он признал, что очереди у отделений были.

— И сказал еще, что «статья в «Ъ» и ряде других бескорыстных изданий создала панику на рынке».

— А почему тогда иск только к «Ъ»?

— Откуда ж я знаю?

— Неформально вы получали сведения от «Альфы» или близких к ним бизнесменов, сколько они собираются с вас взыскать и почему?

— Только из иска. Хотя мне передавали, что Фридман якобы сказал: либо разорить «Ъ», либо купить.

— Зачем?

— Сами они этот «Ъ», конечно, в гробу видали. Это же головная боль сплошная! Прибыльное, развивающееся предприятие, конечно, приятно купить, но в нынешней конфигурации… Что случилось с Рафом Шакировым? (Бывший главный редактор газеты «Известия», контролирующейся Владимиром Потаниным. По версии Шакирова, отставка 6 сентября состоялась из-за недовольства акционеров «плакатностью» номера от 4 сентября. В нем, напомним, были опубликованы бесланские фотографии. Ни акционеры, ни их менеджеры ситуацию никак не прокомментировали. — Н.Р.) Был, видимо, какой-то звонок владельцу, и в пять минут Рафа не стало — по совершенно невинному поводу. Причина отставки — это же абсолютная фигня! У нас в тот день фотографии были гораздо резче.

Если бы наш владелец не был в Лондоне, у него был бы, конечно, дикий геморрой с нами. Мы же действительно независимы от владельца. «Ъ» под иное не заточен, тогда сломалась бы вся конструкция. Можно судить по газете — нигде не чувствуется никакой руки Березовского. С ним мы выстроили отношения, его они устраивают. И кому здесь нужен этот актив? Каждый день читать газету, бояться, что раздастся звонок и отнимут месторождение?

— Получается, что Фридман не боится?

— Получается, что можно купить, а потом кому-то подарить. Или продемонстрировать Кремлю: посмотрите, как мы насрали «Ъ», правда, мы молодцы? Разные могут быть мотивации.

— Вы говорите о политическом подтексте этого иска. Это как-то доказуемо?

— Абсолютно нет, хотя внешне дело выглядит абсолютно заказным. Насколько я знаю, к Березовскому ездит очень много покупальщиков «Ъ». Они дают несметное бабло, которое в разы больше того, что стоит газета. Известно и то, как власть относится к имуществу опальных олигархов. В этом контексте дело выглядит абсолютно заказным.

— Среди этих ходоков к Березовскому были представители «Альфы»?

— Он сам, по-моему, говорил, что были.

— Но иск не способен разорить газету?

— Как нас можно разорить? У нас же владельцы не самые бедные люди. Хотя 11,5 млн долларов, конечно, больше, чем наша прибыль за прошлый год. А нам придется совместно участвовать в погашении этой суммы, какую-то прибыль свою вложить. Это, конечно, отразится на газете, на наших планах по развитию, пострадают журналисты — планировались бонусы, премии. А теперь — фиг.

— Насколько я понимаю, суд, рассматривая дело, обращает внимание не на финансовое состояние ответчика, а на доказанность причиненного вреда.

— Это действительно так. Но суд ведь даже не занимался причинно-следственной связью.

— То есть в суде, вы считаете, ущерб доказан не был?

— Не то что не доказан, этим в суде просто никто не занимался. Почему именно эта сумма, а не в два раза больше или в два раза меньше? Доказывать же нужно каждый доллар, а для этого нужны миллион бумаг, десять заседаний. Зря они на двадцать млн долларов иск не подали. Исходя из логики этого судебного процесса, им дали бы и двадцать.

— Вы считаете, что этот пример — образец «басманного правосудия»?

— Очень на это похоже. Это мне знаете что напоминает? Иск «ЮКОСа» к налоговой службе. В суде налоговики должны были доказать, что правильно насчитали налоги компании. Все наблюдатели, специалисты, юристы, бизнес-сообщество потирали руки — это было беспрецедентно и очень интересно. Суд же провел два заседания, одно из них — предварительное, и признал, что налоговики правы. А это ведь громадный, сложнейший процесс, сложнее, чем между нами и «Альфа-банком»!

— А у вас сколько заседаний было?

— Три — с одним предварительным. Не доказали материальный ущерб, я уж не говорю о том, что нужно было доказать, что описанные нами очереди — это порочащие сведения. Связью утверждений газеты с конкретной суммой никто не озаботился. А вот почему — не знаю.

— С Кремлем у вас действительно сложные отношения?

— Я бы не сказал. Конечно, никто в Кремле не считает нас за лучших друзей, но у нас вполне конструктивные отношения. С некоторыми чиновниками у меня просто личные, приятельские отношения. Андрей Колесников всегда ездит с Путиным, мы в пуле Белого дома, наших журналистов очень любят в Госдуме. Хотя, конечно, осознают, что мы — оппозиционные, независимые, но системных проблем у нас нет.

— Так этот иск — указание Кремля или нет?

— Нет, по моим сведениям, нет. Наоборот, «Альфа» попыталась торгануть лояльностью. Насколько я знаю, когда они предложили в Кремле такой вариант, там просто пожали плечами.

— А вы помните такие же примеры, когда так же в отношении СМИ «торговали лояльностью»?

— Вспомните, как Березовский с ОРТ расстался. По официальной версии, канал купил Абрамович. Официально пакет принадлежит ему лично или «Сибнефти», я точно не знаю. Сделка была, озвучивалась, в том числе и в «Ъ», не под ковром она происходила. А теперь, спрашивается, где Абрамович, а где Первый канал?

— Сейчас взялись за газеты?

— Я не думаю, что это Кремль инициировал. Но «Альфа-Групп» не последняя структура, очень мощная. Я повторяю: у нас нет доказательств их мотивации. Если же торгануть лояльностью входит в моду, если появляется ощущение, что, навредив независимому изданию, можешь помочь своему бизнесу, то это очень печальный факт. Тем покупщикам, которые ездят к Березовскому, самим «Ъ» не нужен. Для них это, конечно, подарочек Кремлю.

— Опровержение публиковать будете в течение 10 дней?

— Нет, мы же подадим апелляцию, так что это долгое дело. По всей процедуре мы пройдем. Другое дело, что если мы напишем опровержение, выполним указание суда, то мы нарушим Закон о СМИ. Если мы напишем, что очередей на самом деле не было, то это будет заведомая дезинформация. Тогда, видимо, можно будет подать в суд на решение этого суда.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera