Сюжеты

НОВЫЕ РУССКИЕ ПРАЗДНИКИ

<span class=anounce_title2a>НАШИ ДАТЫ</span>

Этот материал вышел в № 83 от 11 Ноября 2004 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Минувшее 7 ноября было дважды выходным. Во-первых, потому что воскресенье, во-вторых, потому что праздник — День Октябрьской революции. Правда, теперь его называют Днем примирения и согласия.Возможно, в следующем году день 7 ноября из...

Минувшее 7 ноября было дважды выходным. Во-первых, потому что воскресенье, во-вторых, потому что праздник — День Октябрьской революции. Правда, теперь его называют Днем примирения и согласия.

Возможно, в следующем году день 7 ноября из праздников исключат. Вместо него выходным хотят сделать 4 ноября — в память о том, как нижегородский купец Козьма Минин и князь Дмитрий Пожарский прогнали в 1612 году из Москвы поляков и литовцев.

День Октябрьской революции пострадал не в последнюю очередь потому, что новое название не прижилось. Никто так и не поверил ни в согласие, ни в примирение. Казалось бы, какая разница, по какому поводу не ходить на работу. А разница есть. И дело здесь даже не в том, что изрядная часть россиян, вместо того чтобы заслуженно отдыхать, теперь собирается под красными знаменами и даже кричит что-то нехорошее про Путина, который и отношения-то к социалистической революции не имеет никакого. А в том, что праздники, сколько бы социологи ни уверяли, что в них, кроме выходного, респонденты ничего не видят, — это реально действующий идеологический механизм государственного значения.

В XIX веке окончательно оформилось понятие «нация». Кроме этого, пришло понимание, что нация — продукт рукотворный: ни стечения обстоятельств, ни божьей воли для производства наций не нужно. А нужны для этого небольшой набор идей (национальных), которые превращают население в нацию, и… историческая травма.

Историческая травма — это событие, которое будущая нация переживает сообща, преодолевает все трудности и лишения, с ним связанные, проникается его трагизмом, приносит лучших своих представителей в жертву, формирует поколение героев-участников и заслуживает право создать вокруг этого события национальный миф.

В принципе разницы между Октябрьской революцией и историей древнего грека Кадма, который после победы над драконом вместе с воинами, выросшими из драконьих зубов, создал цивилизацию Фив, — нет.

Миф нуждается в собственных мистериях — так появляются национальные праздники.

История России трагична и знала немало исторических травм. Каждая такая травма создавала новую нацию, и хотя все они назывались русскими или на худой конец российскими, это все-таки были разные нации.

Изгнание поляков, без сомнения, — именно такая историческая травма. До того была татаромонгольская оккупация и освобождение от нее в несколько этапов, но тех, кто бился с татарами, «русским народом» называют лишь историки, да и то с оговорками. На Куликовом поле сражалась не совсем та нация, которую мы видим по завершении Смутного времени. После этого был 1812 год, также создавший «новый русский народ».

Революция 1917 года и последующая Гражданская война легли на иные национальные идеи. «Русскость» заменил «пролетарский интернационализм». Мистерии Октября обслуживали государство рабочих и крестьян, национальная солидарность сменилась на классовую. К слову сказать, с октябрем 1917-го конкурировал май 1945-го, работающий на иной, параллельно существующий концепт — советский народ, классовую природу которого не то что отменили, а как-то перестали упоминать.

У всех этих мистерий — воспоминаний об опорных исторических точках — были свои жрецы-политтехнологи. Романовы выпекали русский народ так же, как Сталин — советский.

Недавно самый главный нынешний политтехнолог Владислав Сурков заявил, что «нам нужно создать сильное государство, чтобы создать сильную нацию». И вот уже Русская православная церковь выступила с инициативой вернуться от октября 1917-го к ноябрю 1612-го. За неимением новых героических страниц решили вспомнить старые. Чем же не угодила Октябрьская революция?

У революции есть одна особенность. Ее сделали самые разные люди: русские, латыши, чеченцы, татары, евреи, украинцы… Стало быть, они создали эту страну и имеют на нее право. У победы в Великой Отечественной — та же особенность: многие помнят длинные списки Героев СССР, рассортированные по национальностям. В отличие от революции и Великой Отечественной польских интервентов гнали из Москвы в основном люди русскоговорящие. Те же, которые, к примеру, говорили на малороссийской мове, наоборот, были на стороне поляков.

Новый русский народ сейчас создают, словно гомункулуса в алхимической реторте. Новую (старую) точку отсчета для новой русской нации нам уже озвучили, теперь дело за новой национальной идеей. Может статься, что в новой нации инородцы участвовать не будут, как не участвовали в изгнании поляков и литовцев.

 

Наша справка

Праздник 7 Ноября критикуют за то, что русская революция дала отмашку «большому террору». Между тем у Минина и Пожарского были свои методы убеждения.

Земский собор единогласно принял предложения Минина и Пожарского спасать Отечество, но для этого были нужны войско и деньги. Бесплатно нижегородцы в ополчения не шли, а с деньгами местное купечество расставаться не спешило. Ссылались на то, что все деньги в обороте, или на то, что казна хранится в Архангельске, или на то, что приказчики уехали в Сибирь, а без них никак.

Козьма Минин бросил новый лозунг: «Заложим жен и детей наших, но спасем Русскую землю». Против этих красивых слов тоже никто не возражал. Тогда Минин с выборными людьми стали хватать жен и детей всех состоятельных граждан и выставлять на продажу в холопы. Выкупать их пришлось главам семейств.

Так что изгнание поляков началось со взятия заложников. Может, об этом и вспомнили инициаторы нового праздника 4 ноября.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera