Сюжеты

АТОМ СТРАХА

<span class=anounce_title2a>СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ</span>

Этот материал вышел в № 85 от 18 Ноября 2004 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Спустя неделю после «аварии» на Балаковской АЭС в саратовских аптеках появился йод, а в магазинах — красное вино. Город затих без окончательной уверенности в том, что с профилактикой пора кончать. Многие предпочитали перестраховываться. На...

Спустя неделю после «аварии» на Балаковской АЭС в саратовских аптеках появился йод, а в магазинах — красное вино. Город затих без окончательной уверенности в том, что с профилактикой пора кончать. Многие предпочитали перестраховываться. На всякий случай. Типа Чернобыля.

 

Лопнувшая на АЭС труба выброс все же дала. Сработала точнее ВЦИОМа на предмет выяснения у населения личных отношений с властью. Оказалось, что отношения таковы, что разумнее накормить ребенка йодом и довести дело до язвы, чем поверить в слова с экрана. Но шанс у местной власти и администрации АЭС объясниться с населением так, чтобы поверили, был. Минимальный, но был.

В точке отсчета паники — в 200-тысячном Балакове — к форсмажорному событию на АЭС отнеслись спокойнее, чем в Саратове. Но не в силу давней привычки совместной жизни — просто имеют балаковцы источник информации, которому верят. Главный редактор местного независимого телеканала «Свободное телевидение» Александр Наумов считает, что если бы удалось ему уговорить пресс-службу АЭС и снять сюжет о плановых учениях МЧС на реакторе, практически совпавших по времени с инцидентом на станции, то и переполох в городе, сработавший детонатором паники на весь регион, удалось бы минимизировать.

«Я накануне учений звонил в пресс-службу станции, доказывал, что нужно снять несколько сюжетов об учениях. Там отмахнулись», — говорит Наумов. Отмахнулись, как потом выяснилось, опрометчиво. Потому что, когда рванула труба, жители вспомнили, что накануне бегали в районе АЭС какие-то типы в противогазах, а около местного ДК, где, как пояснили позже, проходил конкурс патриотической песни, сбились в стаю десятка полтора черных «Волг». Сопоставили…

В дни паники «Свободному телевидению» все же дали вместе с НТВ и «Россией» снять сюжет с места прорыва трубы. Наумов его тут же вечером дал в эфир. Местные жители «СТВ» верят больше, чем НТВ. Поэтому успокоились быстрее, чем область. А репутацию свою в Балакове эстэвэшники честно заработали. С риском для жизни.

Пару лет назад в здание редакции ночью стреляли из гранатомета: припугнуть независимых хотели. Повредили крышу, но не принципы.

Когда страсти по атому слегка улеглись, Наумов предложил руководству АЭС снять бесплатно фильм об остановленном блоке с подробными комментариями. На станции идеей опять не воодушевились. Наумов все объясняет просто: «В пресс-службе станции не на информацию работают, а на репутацию директора». Но во вредительстве администрацию станции не упрекнешь: отсутствие навыка общения с гражданами не есть вредительство. Если, конечно, не брать в расчет человеческий фактор.

Балаковская АЭС, по утверждению специалистов, — самая безопасная в мире и самая мощная в России. А информационное поле вокруг этого монстра отечественной энергетики непаханое. Да и Чернобыль никто не забыл. Но разве это аргумент?

Как будут спасаться местные, случись на АЭС, не дай бог, авария, я все же узнала из двух источников. От директора Балаковского интерната для детей с нарушениями развития Оксаны Седовой и от начальника штаба ГО Балакова Алексея Романенко.

У Седовой 238 детей. Из средств защиты — противогазы. Но обучить детей правильно, по инструкции эвакуироваться невозможно. «Они же не такие, как все. Пугаются и плакать начинают. Нам учения противопоказаны… Хотя, конечно, персонал знает, что делать при пожаре…». Что делать Оксане, если случится выброс на станции, никто не объяснял. Нет такого положения, по которому нужно ущербным гражданам уделять особое внимание в плане обучения спасению их жизней. Или хотя бы нервной системы.

А Романенко уверен, что и не нужны какие-то особые инструкции. Если чрезвычайная ситуация и наступит, то 48 бойцов его ведомства, ответственные за гражданскую оборону, ситуацию в 200-тысячном городе возьмут под контроль. Так и сказал Романенко: «Паника может возникнуть на пожаре. А при ЧС у нас четко разработана система оповещения. Тексты составлены. Транспортом для эвакуации обеспечим. Вывезем всех за 30 километров».

Романенко — оптимист. В Балакове отключены радиоточки в частном секторе, мост, предназначенный для эвакуации, — в аварийном состоянии, а последние учения с гражданами Балакова проводили в 89-м году. Паника не пройдет?

Саратовцы, как это ни пародоксально, в дни псевдоаварии струхнули посерьезнее балаковцев. Своего Наумова у Саратова нет, верить некому. А общение ответственных саратовских лиц с народом только усугубляло панические настроения.

Губернатор Аяцков отсутствовал по уважительной причине — был в отпуске. Директор Балаковской АЭС Ипатов уезжал в Москву. Объясниться с людьми в сумасшедший день 4 ноября оба так и не удосужились. Оно, конечно, кто ж поверит Аяцкову в Саратове? Особенно после того, как одержимо лоббировал он в правительстве строительство пятого и шестого блоков АЭС, против которых на референдуме в 93-м проголосовали 73 процента балаковцев. И строительства первого в России завода по уничтожению химоружия в поселке Горный, принесшего области 4,5 миллиарда рублей из федерального бюджета, губернатор тоже добивался с невероятным пылом.

Но в эти дни был у обоих шанс продемонстрировать уважение к электорату. Хотя бы из соображений практической выгоды, которую приносят популистские ходы. Не воспользовались.

Молчали все ведомства, которые могли внести хоть какую-то ясность в ситуацию. Областное министерство здравоохранения на второй день паники, когда в больницы стали уже попадать первые отравившиеся йодом, в областные газеты прислало пресс-релиз с информацией о профилактике гриппа и мигрени.

Я позвонила в министерство уточнить, поступала ли в эти дни горожанам более актуальная информация. На том конце после долгих перешептываний меня переадресовали в Центр медицины катастроф. Руководитель центра Дмитрий Тожегев ответил исчерпывающе: «На случай аварии на АЭС у нас есть листовки. Еще со времен Советского Союза в них написано, что делать». Листовки было рекомендовано искать в поликлиниках. «А на случай паники есть у центра план действий?» — поинтересовалась я. «Нет», — ответил Тожегев.

Пресс-секретарь областного МЧС Виктор Бычков по-военному бодро отрапортовал, что он исправно оповещал о ситуации на АЭС местные СМИ и что выступление по телевидению министра по делам ГО и ЧС Саратовской области Александра Рабаданова было исчерпывающим. Да понятное дело, что все инструкции были соблюдены. Но ситуация в городе не подпадала под инструкции. И каждый действовал, исходя из собственного понимания. Вот я и спросила Бычкова: а лично он что принимал в эти дни? «Коньячок», — ответил Бычков. Но вот корреспонденту газеты «Саратов», по ее личному признанию, он на всякий случай рекомендовал подстраховаться йодомарином.

Официальные комментарии о случившемся горожане услышали только в середине дня пятого ноября.

Информационный вакуум в городе поддерживали и местные газеты. В выпусках за пятое ноября нет даже короткого сообщения о происходящем в городе, хотя пресс-релизы с самой АЭС, из МЧС были отправлены. Лишь в одной газете в сводке погоды были даны показания радиационного фона.

На главной улице Саратова я выбрала наугад молодого мужчину цветущей наружности, воплощение, как мне показалось, здравого смысла, и спросила: «А вы поверили в то, что на АЭС не было выброса?». Сергей ответил: «А кому верить? Этим, что ли? Я пока у друга счетчик не взял и сам дома и на улице фон не померил, так все йодомарин пил». Потом Сергей подумал и заметил: «Ну, может, если бы специалисты по телевизору выступили — те, кто на станции работает, или врачи, я, может, и прислушался бы…».

Один из тех, к кому горожане, может быть, и прислушались бы, — Алексей Горюн, главный инженер спецкомбината «Радон», занимающегося мониторингом и обеспечением радиационого контроля в регионе, к эфиру допущен не был. Четвертого днем после шквала звонков из соседних областей и предприятий города он дозвонился в приемную губернатора и стал доказывать, что необходимо дать комментарии. На том конце провода услышал спокойный ответ: «А зачем? Мы никаких заявлений не делали — нам и опровергать нечего…».

Днем позже главный инженер поехал вслед за полпредом Сергеем Кириенко в Балаково на станцию. Мониторил фон по дороге и вез подробный доклад о радиационной обстановке в регионе.

Сергей Владиленович с докладом не ознакомился. Лишнее это.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera