Расследования

АРИФМЕТИКА ПОТЕРЬ. ОТВЕТЫ НЕ СХОДЯТСЯ

<span class=anounce_title2a>РАССЛЕДОВАНИЯ</span>

Этот материал вышел в № 94 от 15 Декабря 2005 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

 

Газетный вариант. Полностью доклад Александра БАБЁНЫШЕВА — на сайте «Новой» www.novayagazeta.ru У каждого месяца есть метка. Ноябрь — декабрь в нашей новейшей истории — это метка войны. В 1994 году в эти дни политические авантюристы ввели...

Газетный вариант. Полностью доклад Александра БАБЁНЫШЕВА — на сайте «Новой» www.novayagazeta.ru

 

У каждого месяца есть метка. Ноябрь — декабрь в нашей новейшей истории — это метка войны. В 1994 году в эти дни политические авантюристы ввели в Чечню войска, и началось смертоубийство. Бомбометание по жилым кварталам, вместе с солдатами горели танки, людей разносило в клочья, и они навсегда уходили в без вести пропавшие.

Сейчас те же дни 2005 года. Война продолжается, невзирая на парламент, президента и правительство.

Сколько народу погибло в Чечне за прошедшие 11 лет? Сколько осталось? У чиновников — свои цифры. У военных — свои. У боевиков — третьи, в зависимости от целей считающих. Никаких корректных цифр, вызывающих доверие, нет. Уже 11 лет. НИКТО НЕ ЗНАЕТ, СКОЛЬКО на самом деле погибло граждан России.

Мы представляем вам первое научное исследование потерь, проведенное Александром БАБЁНЫШЕВЫМ — социологом, проживающим сейчас в США.

 

Почему нельзя доверять переписи 2002 года?

Результаты переписи по Чечне и Ингушетии противоречат здравому смыслу. Всероссийская перепись 2002 года, к сожалению, учитывала лишь постоянное население, лишив демографов возможности проконтролировать повторный счет, возникающий из-за двойного учета одних и тех же людей — по месту нахождения и по месту постоянного проживания. Результатом стало огромное преувеличение численности населения на территории Чечни и Ингушетии. Видимо, в нем оказались заинтересованы сами жители, рассчитывавшие на получение компенсации за потерю имущества и различных пособий и потому причислявшие себя сразу к нескольким местам постоянного проживания (лагерю беженцев, родной деревне, городу Грозному, где появилась возможность занять квартиру, к Москве или Краснодару, куда уже переехали некоторые родственники и собираются переселиться другие). Местные власти, бюджет и престиж которых прямо зависят от числа граждан, находящихся под их опекой, скорее всего, также приняли активное участие в искажении результатов переписи. Об одной из оценок ошибки переписи сообщает активист «Мемориала» А. Черкасов: в Шалинском районе при населении в 104 тысячи человек «мертвые души» составляли 27ё .

Для того чтобы в этом убедиться, достаточно сравнить численность одних и тех же поколений жителей Чечни и Ингушетии по переписям 1989 и 2002 годов. С этой целью данные переписи 2002 года были перегруппированы таким образом, чтобы можно было сопоставлять данные, относящиеся к одним и тем же поколениям. Сравниваются, например, те, кто имел возраст 0—4 года в момент переписи 1989 года (она проходила в январе), и те, кто имел возраст 14—18 лет в октябре 2002 года, когда проводилась следующая перепись, потому что это одни и те же поколения, родившиеся в 1984—1988 годах.

Выполненное сопоставление показывает, что на территории Чечни и Ингушетии численность поколений 1959—1988 годов рождения между переписями 1989—2002 годов либо увеличилась, либо практически не изменилась. Хотя она должна была сократиться из-за естественной смертности в течение 14 лет, почти поголовного бегства русскоязычного населения и выезда чеченцев в другие регионы страны и за рубеж.

 

Какими были потери от повышенной смертности?

Очевидно, что гипотеза неизменной смертности (в Чечне. — Ред.)неоправданно оптимистична. Ведь смертность росла даже в России в целом.

Во-первых, используемые таблицы смертности населения Чечено-Ингушетии 1989 года включают 25% русских и русскоговорящих городских жителей с более низким уровнем смертности. Бегство из республики этих людей увеличило уровень повозрастной смертности.

Во-вторых, в расчете предполагалось, что половозрастной состав выехавших и въехавших в Чечню и Ингушетию чеченцев и ингушей одинаков и соответствует структуре населения Чечено-Ингушетии 1989 года. Однако весьма вероятно, что эмиграция уносила с родины более молодую часть населения и его относительное постарение вело к росту смертности, что не учтено в расчете.

В-третьих, население несло большие прямые потери от боевых действий, от которых пострадали все жители республики, хотя и неравномерно: сильнее всего они повлияли на численность мужчин 18—50 лет.

В-четвертых, разрушение социальной и экономической жизни страны привело к повышенной смертности во всех возрастных группах, особенно у людей пожилого возраста.

Попытаемся оценить дополнительные потери населения Чечни, связанные с военными и сопровождающими их обстоятельствами.

Существует большое количество сильно преувеличенных оценок повышенной убыли чеченского населения от боевых действий. Говорят о 40 тысячах погибших во время бомбежек Грозного в 1995 году, о 75, 100, 250 тысячах убитых. Последняя цифра принадлежит Ахмеду Закаеву, он сообщает ее в фильме, показанном в апреле 2005 года по американскому телевидению. Председатель Госсовета Чечни Таус Джабраилов 15 августа 2005 года заявил, что в Чечне было убито 160 тысяч человек, в том числе более 100 тысяч не чеченцев. Эти оценки без указаний на методику расчета остаются лишь предположениями.

Единственной попыткой обоснованной оценки потерь был опрос беженцев, проведенный группой Сергея Ковалева в 1995 году. На его основе сделан вывод о гибели в Грозном 25—29 тысяч мирных жителей. В пропорции к численности населения это примерно в 3 раза больше, чем потери жителей Берлина при штурме в 1945 году, хотя по плотности населения, по количеству использованных боеприпасов, по численности сражавшихся армий и их потерям Грозный во много раз уступает Берлину. (По данным историков, в ходе боев за Берлин было убито около 84 тысяч мирных жителей — 3% от остававшегося в городе гражданского населения, кроме того, 20 тысяч умерли от инфарктов и 6 тысяч покончили жизнь самоубийством2 ).

Результат группы Ковалева был принят многими общественными и даже российскими правительственными организациями. Между тем надежность этой оценки невелика, поскольку неизвестны самые важные параметры выборки (пол, возраст, национальность погибших, места, даты и причины их гибели). Без этих сведений результаты расчета не являются достоверными.

Важным фактом, который необходимо принимать во внимание, является соотношение между числом убитых и раненых. Во Второй мировой войне довольно устойчивой была пропорция: трое раненых на одного убитого. В чеченской войне доля раненых должна быть не меньше, поскольку в борьбе с боевиками Российская армия часто прибегает к бомбовым ударам и артиллерийским обстрелам по площадям. Известно, что при обстреле ракетами рынка в Грозном в 1999 году погибли сто и были ранены несколько сотен мирных жителей. Сообщается также, что при бомбардировке Шали кассетными бомбами 55 человек были убиты и 186 ранены. При штурме Грозного в январе–апреле 1995 года, по данным Генштаба ВС, погибли 1426 российских солдат и 4630 были ранены. Потери воздушно-десантных войск составили 244 человека убитыми и 909 ранеными, внутренних войск МВД — 60 убитыми и 294 ранеными и т.д.3.

Если исходить из этих соотношений, при 25—29 тысячах убитых в Грозном почти все оставшиеся в живых горожане должны были быть ранены, а несколько десятков тысяч людей стать инвалидами. Однако это не так: не появляется никакой информации о раненых и инвалидах на улицах Грозного. Молчит и статистика населения.

По данным переписи 2002 года, доля людей, получающих пенсию по инвалидности в Чечне, составляет 2,3% всех лиц, имеющих один источник дохода. В соседних республиках она больше: в Ингушетии — 3,3%, в Северной Осетии — 3,4%, в Дагестане — 4%. Нет различий ни у мужчин, ни у женщин, ни в трудоспособных возрастах, ни у пенсионеров, ни в селе, ни в городе. Можно было бы предположить, что населению просто не позволяют получить полагающиеся ему пенсии. Однако это не так. Перепись 2002 года свидетельствует, что государство раздает пенсии и пособия чеченцам щедро. Отсутствие данных об инвалидах войны говорит о том, что число их невелико и, вероятно, скрадывается погрешностью переписи. Из этого следует, что и число раненых, и связанное с ним число убитых при обстрелах и бомбардировках было не столь большим, как предполагают авторы некоторых оценок.

 

Военные потери мужского населения

Возможно подсчитать потери мужчин по повышенной доле вдов. Сравним процент вдов среди женщин различных возрастов в Чечне и Ингушетии с соответствующими данными по Дагестану, близкому к Чечне по демографическим параметрам, матримониальным и семейным традициям. Избыточную долю вдов в Чечне и Ингушетии естественно рассматривать как следствие гибели их мужей, а мужские потери рассчитываются как произведение избыточной доли вдов на число женщин данного возраста.

Естественно также считать, что все потери относятся к мужскому населению Чечни, потому что повышенное число вдов в Ингушетии связано с пребыванием там чеченских беженцев.

Таким образом, повышенная убыль женатых мужчин в населении Чечни составляет, по нашему расчету, 18 186 человек. Но какая-то часть вдов не дожила до переписи в силу естественной смертности. Число таких случаев — 1269 — получаем, рассчитав, сколько женщин должно было умереть, исходя из таблицы смертности 1988—1989 годов, за семь с половиной лет с начала первой чеченской войны, чтобы число выживших составило 18 186. Соответственно число мужских потерь также увеличится на 1269 человек и составит 19 455 человек.

Расчет позволяет судить о потерях женатых мужчин. Но ведь гибли и неженатые. Если принять, что шансы гибели женатого и неженатого мужчины одинакового возраста равны, то получаем общую оценку мужских потерь, представленную в табл. 2. В нее перенесены оценки потерь женатых мужчин из табл. 1 с поправкой на смертность вдов. Общая повышенная убыль мужчин составляет 31189 человек4.

 

Потери женского и детского населения

Потери женщин, приводящие к овдовению мужчин, можно оценить тем же методом, каким выше оценивались мужские потери: по повышенной доле мужчин, ставших вдовцами. В возрастных группах 25—54 года число вдовцов в Чечне и Ингушетии в два-три раза превышает число вдовцов в Дагестане.

Как и в случае со вдовами, рассчитаем число вдовцов, умерших за период 1995—2002 годов, при условии, что 2554 вдовца дожили до переписи. Оно составит 270 человек. Повторные браки овдовевших мужчин более вероятны, чем овдовевших женщин, поэтому следует внести соответствующую поправку по разнице в долях женатых мужчин между соседними возрастными когортами.

Поскольку потери женщин от боевых действий произошли главным образом в результате бомбардировок и артиллерийских обстрелов, введем поправку на совместную гибель мужа и жены в размере 10% (255 человек). Общая убыль замужних женщин от боевых действий составит тем самым 3440 человек.

При таких же повозрастных коэффициентах смертности, как у замужних, незамужние женщины потеряли бы 1100 человек. Общие потери женского населения, стало быть, оцениваются в 4540 человек.

Дети до 14 лет пострадали заметно меньше, чем взрослое население, их спасали в первую очередь. Оценкой детских потерь может служить повышенная убыль замужних женщин 16—29 лет, которые в начале войны в Чечне сами были детьми 9—21 года. Повышенная убыль этих женщин меняется от 0,03% до 0,4%. Поскольку численность замужних и их потерь в возрастах 16—19 лет не слишком достоверна, принимаем для расчета потерь детей среднее значение повышенной убыли женщин 20—29 лет. Оно будет равно 0,21%. Следовательно, из 292 тысяч детей младше 14 лет погибли в ходе боев около 615.

 

Общие потери

Таким образом, рассчитанные военные потери населения Чечни составляют:

Эта оценка включает военные потери (в них входят погибшие в боях, жертвы бомбардировок и обстрелов, исчезновение мужчин в результате облав при проверке документов и арестах, жертвы расправ со стороны боевиков), а также некоторую часть повышенной смертности населения от ухудшения условий жизни.

Поскольку «нормальная» смертность мужчин в возрасте до 40 лет сравнительно невелика, повышенная убыль от болезней также не будет для них значительной, и можно предположить, что убыль мужчин в этой группе связана в основном с боевыми действиями.

У 45—54-летних в боевые потери включены 70%. У поколений в возрасте 55—69 лет медицинские и боевые потери делятся пополам, а в возрасте старше 70 лет все потери считаются вызванными болезнями.

Таким образом, с военными действиями связаны потери 26 808 мужчин, а с повышенной смертностью от болезней — 4381. У женщин на боевые действия приходится 3990 человек, а на медицинские потери — 550 человек. Повышенная убыль детей связана с военными действиями.

Эти оценки получены в основном на основе анализа числа вдов и вдовцов. Но есть все основания предполагать, что число вдов и вдовцов по результатам переписи преувеличено в такой же степени, как и число женщин и мужчин в соответствующих возрастах. Поскольку почти все потери от боевых действий укладываются в возрастной интервал 17—63 года, преувеличение переписью численности вдов и вдовцов может быть принято в размере 30%. В этом случае потери от боевых действий составят не 36,3 тысячи человек, а порядка 25 тысяч. Вероятно, большинство женщин погибли не в боевых столкновениях, а при бомбардировках и ракетных обстрелах населенных пунктов. Можно предположить, что примерно такое же количество мужчин погибли подобным же образом. Сюда же относятся и потери детей. Таким образом, потери мирных граждан составят около 8,5 тысячи человек, а потери боевиков — 16,5 тысячи. В последнюю цифру входят и потери чеченцев, воевавших на стороне федеральных сил. Потери добровольцев и наемников, воюющих на стороне чеченских сепаратистов, в расчете не учтены.

Наряду с военными потерями население Чечни понесло людские потери от разрушения социальной и экономической жизни страны, исчезновения лекарств, врачей, привычной работы, нормальных жилищных условий, необходимых продуктов питания и других такого же рода причин. Подлинные размеры этих потерь трудно оценить, но они, несомненно, превышают убыль от боевых действий. По ориентировочной их оценке, все потери от ухудшения условий жизни будут равны 40 тысячам (около 4% от численности населения).

 

Общие потери населения Чечни и Ингушетии

Боевые потери включают как собственно боевиков, так и потери чеченцев, сражавшихся на стороне федеральных войск, убитых террористами милиционеров и административных работников, репрессированных противников режима Дудаева — Масхадова. По сообщениям печати, численность этой группы составляет примерно 1000—1500 человек. В боевые потери также входят лица, арестованные при зачистках и пропавшие без вести. Судя по картотеке «Мемориала», их число достигает 2—3 тысяч человек. В боевые потери не включены иностранные наемники и добровольцы, погибшие в боях в Чечне, — ориентировочно 500—1000 человек.

Потери русскоговорящего населения относятся только к русским, оставшимся в Чечне и Ингушетии. Потери сотен тысяч русских, бежавших из Чечни, как бы эмигрировали вместе с ними. Мне представляется некорректным объединение потерь жертв преследований, изгнанных с родины, с потерями их гонителей. Русскоязычное население Чечни не было активной стороной в разразившемся конфликте.

Грозный при штурме 1994—1995 годов был в двести раз увеличенным «Норд-Остом», в котором над головами беспомощного русского населения выясняли отношения чеченские сепаратисты и российские государственники.

Если говорить о потерях населения России в чеченском конфликте, то они включают 12—15 тысяч солдат Российской армии и 7—10 тысяч гражданских лиц, убитых в ходе военных действий, при террористических акциях, при захвате заложников. Так что военные потери российской и чеченской стороны приблизительно одинаковы.

 

1 А. Черкасов. Книга чисел и утрат. Книга страшного суда. (www.memo.ru)

2 Martin Sorge, The Other Price of Hitler's War, 1986.

3 Анатолий Куликов, Сергей Лембик. Чеченский узел. Хроника вооруженного конфликта. 1994—1996 гг. М. 2000, с. 113; Н.Н. Новичков, В.Я. Снеговский, А.Г. Соколов, В.Ю. Шварев. Российские вооруженные силы в чеченском конфликте: анализ, итоги, выводы. Париж — Москва. 1995, сс. 125—126.

4 Предварительные результаты оценки потерь были помещены на сайте «Мемориал-Кавказ» в декабре 2004 года.

 

От редакции

Подготавливая этот материал к публикации, мы вынуждены были его существенно сократить, оставив в основном выводы автора и упустив математические и статистические обоснования расчетов. Сделано это было исключительно из-за специфичности научного текста и его объемов.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera