Сюжеты

Мяч и меч Натальи Трауберг

40 дней назад ее не стало

Этот материал вышел в № 47 от 8 Мая 2009 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Писать о Наталье Трауберг очень легко: счастье, что встретил человека, умевшего думать столь ясно, ответственно и нежно. Но и крайне трудно: ее личность и труды требуют долгого осознания, этим должны заниматься многие люди, и куда более...

Писать о Наталье Трауберг очень легко: счастье, что встретил человека, умевшего думать столь ясно, ответственно и нежно. Но и крайне трудно: ее личность и труды требуют долгого осознания, этим должны заниматься многие люди, и куда более эрудированные в разных областях, чем я. Есть для меня третья причина, делающая задачу говорить о Наталье Леонидовне почти неразрешимой. Она была глубоко верующим человеком, в последние годы доминиканской монахиней в миру, а я — сознательный агностик. Думать о Наталье Леонидовне, не задумываясь о ее духовной практике, невозможно. Соответственно — я тут же рискую ступить на чужое для меня и очень опасное минное поле.

Впрочем, так ли это? Митрополит Антоний (Блюм), которого НТ очень ценила, написал: «Сфера Бога опасна». Не надо лезть туда, не задумавшись о последствиях, и это касается как верующих, так и агностиков, а также даже атеистов. Мы все рискуем, вне зависимости от ответа на вопрос «Како веруеши?».

Кроме того, НТ любила цитировать очень близкого к святости (что это такое, понять просто, если есть легкое сердце и ясный ум) францисканца о. Станиславаса Добровольскиса, наставлявшего ее, как воспитывать дочь: «Пусть молитвы не знает, но туфельки ставит ровно».

Вот и Трауберг никогда не пыталась меня поставить на путь, который считала истинным, хотя, возможно, жалела меня в моем неверии. Ну а я считаю, она — высочайший образец христианского миросознания для агностиков, буддистов, мусульман, анимистов, да и для христиан всех исповеданий тоже. 

Я думаю и верю, что Наталья Трауберг потратила жизнь на то, чтобы построить мост между различиями и противоположностями; похоже, этому понтифексу (строитель мостов, лат.) удалось сделать невероятно много, чтобы берега соединились, а люди, зайцы, собаки, кошки, птицы, ангелы и прочие существа ходили по нему со страхом, но без суеверной опаски.

Этот мост она, как подобает правильному мостостроителю, строила и с двух концов, и с середины.

Она — звезда плеяды русских переводчиков, без которых мы не смогли бы понять смысл других культур. Переводила многих замечательных писателей — с английского, французского, испанского, португальского — но ее главное достижение, пожалуй, это трансляция на русский текстов Честертона, автора вроде бы из второго ряда, но не менее интересного, чем Флобер — Пруст — Джойс. Чтобы в этом убедиться, следует положить слева «Napoleon of Notting Hill», справа — «Наполеона Ноттингхиллского», сравнить, и все понятно: НТ удалось, стоя на щелястом мосту филологии, передать по-русски отсветы закатного английского солнца, милого и жуткого, — того, каким бредил этот страннейший писатель, джентльмен, анекдотист и рыцарь веры.

Тот, кто не может сравнить английский и русский тексты, должен принять вышесказанное на веру.

Или — прочитать книгу «Сама жизнь», вышедшую в свет незадолго до смерти Натальи Трауберг. Это, по сути, современный аналог «Apologia pro vita sua» Джона Генри Ньюмена, и в ней очень просто и немыслимо тактично («туфельки ставить ровно») рассказано о ее страшной и счастливой жизни. О кошмаре советского режима и о воспринятой от бабушки и няни светлой православной церковности. О фарисействе и саддукействе. О том, как люди и языки отличаются друг от друга. О том, почему она перешла под омофор Римской церкви. О жаре, о морозе и теплохладности. И о том, как справляться с мороком противоположностей, не отказываясь от фундаментальных ценностей, без которых никому — никуда.   

Четыре года назад, оказавшись на несколько месяцев в Риме, я неоднократно раз ходил в церковь Св. Сабины, главный алтарь доминиканцев, и ставил свечку за здоровье Натальи Трауберг, уже тяжело болевшей. Там, сквозь закрытые не стеклом, а селенитом окна разливался мягкий свет. Что-то тихо читал священник в белом облачении. Во дворе церкви сияли укутанные темной листвой медно-золотые апельсины.

Помогла ли свечка агностика? Не знаю.

Знаю другое. Когда Наталья Леонидовна дарила свои книги моей жене и мне, она их всегда подписывала «Никите, Саше, Яше, Пете».

Яков и Петр — это наши пес и кот. То есть она уравнивала всех дышащих и считала, что четвероногие тоже могут читать книги, как двуногие, хотя наверняка по-другому. Здесь можно вспомнить о святом Франциске, проповедовавшем птицам.

Дело в том, что он вовсе не был благостным эксцентриком, как представляется многим. Вот и Наталья Трауберг, находясь на невероятно широком горизонте веротерпимости, всегда была верна исконной традиции христианства, не всегда благорастворяющейся в воздухах, рационалистически корректной и бросающей милые отсветы на лица верных. В своих мнениях она не только перебрасывалась сверкающими множеством смыслов мячиками, но и отсекала ненужное безжалостным мечом.

Этим веселым фехтованием и смертельным спортом нам придется снова и снова заниматься, и спасибо Наталье Трауберг за предварительную тренировку.  

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera