Сюжеты

Джаз, трудовая книжка и героин

Кинопремьеры января-2010: на широком экране не только инопланетяне, но и живые люди

Этот материал вышел в № 02 от 13 января 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Культура

Лариса Малюковаобозреватель «Новой»

 

Новогодний артобстрел зрительских кошельков никак не угомонится, хотя «Аватар» — лидер международного проката — уже переступил заветную черту в миллиард долларов. А между тем за рекламной завесой навороченных «аватаров» и самострочных...

Новогодний артобстрел зрительских кошельков никак не угомонится, хотя «Аватар» — лидер международного проката  — уже переступил заветную черту в миллиард долларов. А между тем за рекламной завесой навороченных «аватаров» и самострочных «черных молний» на российские экраны выходят не слишком громкие, но весьма достойные картины.

«Душевная кухня». Фестивальный любимчик Фатих Акин решил расслабиться и вместо традиционной драмы из трудной жизни эмигрантов («В стену головой», «Вдали от рая») снял в ритме суол-джаза легкую (не примитивную), светлую (не сиропную), отчасти печальную (без слезливости) комедию. И ведь не прогадал, после Берлина—Канн Акина обласкала и Венеция: за «Душевную кухню» наградила режиссера призом жюри. Показ фильма совпал с выходом книжки Александра Окуня и Игоря Губермана «О вкусной и здоровой жизни», и многие идеи в них перекликаются. А губермановский гарик «Три фрукта варятся в компоте,/ где плещет жизни кутерьма:/ судьба души, фортуна плоти/ и приключения ума» — мог бы стать эпиграфом к душистому компоту, заваренному Фатихом Акином.

Захудалый гамбургский ресторанчик, уместившийся в пробитом снарядами времени пакгаузе в промзоне, принадлежит греку Зиносу Казанзакису. Здесь неизбалованные завсегдатаи охотно пожирают фастфуд, пережаренный хозяином в видавшей виды фритюрнице. На голову (точнее — спину) скромняги Зиноса градом сыпятся проблемы. Радикулит среди них — не самая серьезная. Невеста улетает в Шанхай; ресторанчик намерился отобрать псевдоприятель, насылая то налоговую полицию, то санэпидемстанцию; вышедший на побывку из тюрьмы брат-шалопай того и гляди утянет весь скромный штат ресторана за собой… за решетку. Но когда число проблем превысит критическое число, все устаканится — точно как в полосатой жизни. Или как в ресторанчике с говорящим названием Soul Kitchen. Душевная кухня, или душевная пища, согреет сердце, как в песне любимой Зиносом группы «Доорз». Или как в гариках Губермана: гармонизирует жизни труд, земную тяжесть наполняя духом легкости, усмиряя стихии и катаклизмы. Конечно, усмирить стихии и гнев налоговой инспекции поможет искусство маэстро поварского дела (Бироль Юнель), живая музыка скитающейся группы, которой негде репетировать, а также диджейская аппаратура, украденная криминальным братцем из ночного клуба. Ну а зрительский скепсис относительно сладкоголосых рождественских комедий будет развеян с первых же кадров, в которых мы встречаем непутевых, не слишком благонравных и уж совсем не киношных героев. Из тех «неместных», что шатаются по тесным обшарпанным улочкам, снимают углы в урбанистических районах Гамбурга, вытесняемых сегодня наступательным стеклянно-брусочным гламуром. Маленьких людей большого города, которые — чтоб не пропасть поодиночке — нуждаются в общем деле, застолье, музыке и в вине, которое, по мнению философических римлян, самый короткий выход из заблуждений к истине.

«Мне бы в небо». Маленьким людям из фильма Джейсона Рейтмана (его «Джуно» собрал в мировом прокате 231 миллион долларов), разбросанным по городам и весям необъятной Америки, еще хуже, чем Зиносу. Все они подпали под жесточайшее за последние десятилетия сокращение. И теперь кризис-цунами сносит с ног их жизнь, их дома, устои, благополучие семей.

Райан Бинэм (Джордж Клуни) — идеальный специалист по сокращению штатов, обаятельный, циничный и безжалостный менеджер. В его руках, как у Гермеса, жезл вестника, обвитый змеями. Посланник судьбы, он с неотразимой сочувствующей улыбкой выносит приговор сотням, нет, тысячам жертв. Но, выталкивая людей на улицу, он их компетентно обнадеживает, выпытывая неосуществленные мечты. Недаром им разработаны элитные программы «социальной лояльности». Он коммивояжер, продающий грезы.

Вся жизнь — нескончаемая командировка. Перелеты, аэропорты, таможни. Земля — с высоты птичьего полета. Унифицированная сетевая реальность: близнецы-отели, безликие рестораны, офисы, мимолетные связи. Ничего личного. Никаких привязанностей. Философия расчетливо проста: важнейшие в своей жизни вещи складываешь в один чемодан — отношения с близкими, ответственность, привязанности. И… отправляешь тяжелый груз в неведомом направлении. Сам же летишь ближайшим рейсом налегке. Единственная отрада  — накопление бонусных миль. Бриллиантовая карточка — особое почтение и возможность совершить путешествие в любую точку земного шара. Только куда и с кем? Твой дом — небо. Твоя расписанная по клеточкам бизнес-плана жизнь — лишь тщательная маскировка отутюженной и накрахмаленной пустоты.

Традиционно восхитительна работа Клуни, воплотившего на экране умное, ироничное, энергичное, убедительное, эффективное… заблуждение. Тем сложнее было начинающей актрисе Анне Кендрик. Она с блеском сыграла старательную ученицу Бинэма — Натали. Аккуратную мышку в деловом костюмчике, разбивающую лоб о непробиваемую стену системы, сооруженную между отдельным человеком и обществом потребления, где стоимость ценных бумаг выше стоимости жизни отдельного индивида.

Самое незабываемое в фильме Рейтмана — хор тех самых маленьких людей, что выживаются сегодня с окраин Гамбурга. Тех, что расплачиваются за все кризисные и социальные катаклизмы. На роли уволенных, изгоев режиссер пригласил не актеров, а реальных американцев, недавно потерявших работу. В городах, за последний год более всего пострадавших от сокращений персонала   (Детройте, Сент-Луисе),  разместили объявления в разделе «Требуется помощь»: «Мы собираемся снимать фильм о потере работы, ищем людей, которые согласны говорить честно на эту тему». Число откликов обескуражило и опечалило. Люди изливали камере свою боль, страхи, гнев, напрямую обращались к работодателям.

Любопытно, сколь оперативно американская индустрия реагирует на любые катаклизмы, социальные вызовы. В каком-то смысле «Мне бы в небо» — не только доброкачественное, мейнстримное кино, но и пилюли позитива, антивирусная вакцина в эпоху кризисной пандемии.

«Информаторы». Очередная экранизация Брета Истона Эллиса, прозванного глашатаем поколения Х. Причем бытописатель бессмысленной жизни нью-йоркских яппи и лос-анджелесской золотой молодежи, автор скандального «Американского психопата» и манифестационной «Гламорамы» согласился стать соавтором сценария. Вместе с австралийским режиссером Грегором Джорданом («Банда Келли», «Солдаты Буффало») они выпустили на экран источаемые романом алкогольно-наркотические пары. Замутили и спутали в один клубок семь историй. Сбивчивость рассказа и некоторую монотонность фильма (и романа) можно отнести на счет кокаиновых провалов в памяти, нравственной неполноценности и сексуальной неразборчивости практически всех персонажей.

Среди героев богатенькие говнюки — выпускники престижных колледжей, их распущенные блондинистые подружки, морально деградирующие предки. По окраинам шарят страшнющие бандюганы, прирабатывающие киднеппингом. Жаль, из действа как-то выпали вампиры, они в коллажном романе Эллиса на равных разгуливают с потерявшими горизонт представителями гниющего обдолбанного мирка — заката корчащейся в рок-н-ролльных конвульсиях эпохи. Где все спят друг с другом и никто никого не любит.

Сохранена главная мелодия густонаселенного романа — холодноватая тоска, отрешенность, блеск и нищета пустоты. Но моральную деградацию generation Х, пунктиром прослеженную в романе, режиссер Джордан педалирует за счет кастинга. В образах юных обкуренных красавцев и их на все готовых гуттаперчевых подружек — неприметные лощеные «натурщики». Представителей поколения «папиков» играют звезды 80-х: рядом с Микки Рурком Вайнона Райдер, Ким Бэсингер, Билли Боб Торнтон. Их прошлое, их грехи уже впечатались в их лица, их герои в отличие от примороженных детишек-марионеток давно уже не задаются вопросом, что такое хорошо и что такое плохо.

Но и в среде поколения next есть отличная работа. В роли мятущегося консьержа, спасшего украденного ребенка от гибели, несмотря на угрозы бесбашенного дядюшки (Микки Рурк), снялся Бред Ренфро («Клиент», «Способный ученик»). Один из лучших молодых актеров независимого кино. Работа в «Информаторах» стала для него последней. Его тело было обнаружено в собственном доме в Лос-Анджелесе. Причина смерти — передозировка героина.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera