Сюжеты

Школа больше не подготовка к жизни, а сама жизнь. Спасибо Гай Германике

Учитель математики Евгений Бунимович — о нашумевшем сериале

Этот материал вышел в № 04 от 18 января 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Культура

Евгений БунимовичНовая газета

 

Объявленный властью скорее для галочки Год учителя неожиданно для самой власти оказался реальностью. Все вокруг говорят и спорят не столько о пресловутом телесериале «Школа», сколько о школе — уже без кавычек. В сериале-то еще ничего...

Объявленный властью скорее для галочки Год учителя неожиданно для самой власти оказался реальностью. Все вокруг говорят и спорят не столько о пресловутом телесериале «Школа», сколько о школе — уже без кавычек.

В сериале-то еще ничего толком и не произошло, впереди десятки серий, а в обществе нашем даже несколько неожиданно для него самого происходит осознание того, что новое поколение, оказывается, выбрало вовсе не пепси, как нас долго уверяли с того же телеэкрана.

Осознание, что школа — это не подготовка к жизни, а сама жизнь. Причем весьма неприглядная. Что не все в школе сводится к ЕГЭ и поступлению в вуз. Что школа сегодня не является местом решения проблем.

Она сама стала проблемой.

И уже одним этим жесткий, провокативный телесериал «Школа», рассчитано сыгравший здесь роль детонатора, оправдан.

Да, конечно, это не столько зеркало, сколько увеличительное стекло. Конечно, это далеко не вся правда о школе.

Можно спорить о типичности показанного. Сказать, что за три десятка лет учительства сам я в общем-то не сталкивался с такой манерой разговора с собой. А в ответ можно привести пугающую (и вполне официальную) статистику подростковой преступности, наркомании, ранних беременностей и абортов, не говоря уж о курении и пиве.

Но дело даже не в этом.

Разве убийство старушек-процентщиц в Санкт-Петербурге было в достоевские времена массовым? А в гоголевские скупка мертвых душ в России была повсеместной?

Да и учителя, кстати, показаны в этом телесериале не столь уж неприглядно. Чеховский «человек в футляре» или там сологубовский Передонов были куда омерзительней. Да и в советских фильмах таких теток-училок было навалом.

А эти — совсем не худшие. Они — никакие.

Никакие — позаимствуем этот точный диагноз из словаря современных тинейджеров.

Вообще, если посмотреть попристальней, у них есть что позаимствовать, у наших подростков. Они хотя бы активны, все время о чем-то спорят, ругаются, бунтуют. Бессмысленно и беспощадно — не потому что это бунт русский, а потому что гормональный. Этот бунт тинейджеров не знает сегодня национальных границ. То же самое фиксирует камера и в недавнем каннском триумфаторе — блестящем французском фильме «Класс», и в точном американском «Слоне».

А вот учителя в нашей «Школе» если и спорят, то редко и очень вяло. Они уже смирились со своим положением, со своим поражением.

В предыдущей фразе кавычки не случайны — знаю, что есть совсем другие школы и совсем другие учителя.

Да и не так уж все безнадежно. Хотя бы потому, что все это не ново.

И в мои ученические времена школьники и курили, и пили. И даже целовались. А кое-кто — прости господи — и не только целовался.

И в мои ученические годы фильмы о школе вызывали шумные споры, возмущение и даже шок. Причем как раз те, которые приводятся сегодня противниками сериала как светлая классика и образец — хрестоматийные «А если это любовь?», «Доживем до понедельника», позже — «Пацаны», «Чучело»…

О самом сериале писать как-то странно, посмотрев только пару первых серий. Похоже, талантливая работа. И дело тут не только в юной звезде Валерии Гай Германике, успешно тиражирующей свою однажды счастливо найденную манеру. Дело в сценарной умелости А. Родионова, В.   Дурненкова, Ю. Клавдиева (кто там еще?), по-мичурински ловко скрестивших приемы нашей новой драматургии жесткого документа, царящей в модных театральных подвалах типа «Тетра.док» или «Практики», с простыми характерами и манипулятивными приемами профессионального телевизионного мыла. И не забывших при этом упомянутые заморские «Класс», «Слон» и проч.

Теперь о зрителе.

Сериал очевидно устремлен к завоеванию тинейджерской аудитории, не скрывает расчета на популярность и даже культовость в этой среде.

И вот тут — главная опасность, серьезный риск.

Много раз описанная психологами особенность подросткового возраста — это стремление к прямому подражанию, копированию. Не случайно заправилы моды шьют на взрослых малыми сериями, а на тинейджеров — потоком. Отроки всех времен хотят точно такие же джинсы (отроковицы — еще и со стразами), кроссовки или мобилу, как у авторитетных ровесников.

И если телеребята такие крутые, что их каждый день крутят по ящику, да еще и на первой кнопке, то в этом очевидное социальное одобрение.

А значит, и руководство к действию, инструкция по стилю поведения.

Герои на телеэкране только и делают, что курят в школьной раздевалке, пьют пиво и хамят учителям, а ты еще нет? Наверстывай! Мы идем к тебе!

Кто-то очень точно заметил, что не случайно дозы лекарств для детей и взрослых — разные. Передоз самого полезного и эффективного лекарства может и убить.

Но это вопрос скорее не к авторам, а к Первому каналу, выбравшему такую тотальную рекламу своего детища. Они-то, телепрофи, отлично понимают особенности ящика, который, в отличие от кино, куда надо хотя бы собраться, недешевый билет купить, не говоря уж о книгах или театре, всегда здесь, с тобой, в тебе, в кишках… Они-то, телепрофи, только рейтинг свой возбуждают с подростковой резвостью да скандал расчесывают.

«Общество разделилось на два непримиримых лагеря!»

Вроде бы и впрямь так — даже правящей партии разрешили иметь разногласия по этому отдельному вопросу. Но стоит ли тут смаковать именно непримиримость? Ведь в эту школу каждый день ходят дети и внуки и тех, кто «за», и тех, кто «против». Значит, нет иного выхода — надо садиться за один стол и вместе думать, что нам делать не со «Школой», а именно со школой. Общественное управление которой даже законом предусмотрено.

P.S. На одном педагогическом сайте я прочитал горькое письмо учителей все по тому же поводу. Коллеги пишут, что хотя бы в Год учителя «мы, честно отдающие душу и силы своему любимому делу и детям, хотели бы получать от общества более взвешенные оценки своего труда и благожелательное отношение». Тоже правы.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera