Сюжеты

Обезьяны не разговаривают. Потому что не о чем

Этот материал вышел в The New York Times (22.01.2010)
ЧитатьЧитать номер
Общество

Психолог Клаус Цубербюллер идет по лесу Тай в африканской стране Кот-д'Ивуар и слышит, как перекликаются между собой мартышки-дианы. Он различает значения криков: вот мартышка увидела леопарда, вот другая заметила еще одного хищника —...

Психолог Клаус Цубербюллер идет по лесу Тай в африканской стране Кот-д'Ивуар и слышит, как перекликаются между собой мартышки-дианы.

Он различает значения криков: вот мартышка увидела леопарда, вот другая заметила еще одного хищника — венценосного орла. «Наш опыт раз за разом показывает, что количество информации, передаваемой ранее неизвестными способами, огромно. Это заставляет призадуматься», — рассказывает доктор Цубербюллер, психолог из шотландского Университета Сэнт-Эндрюс.

Владеют ли обезьяны и мартышки тайным языком, который пока не удалось расшифровать? И если это так, поможет ли он понять, как развивались языковые способности человека? Биологи подходят к этой проблеме двумя разными способами: они изучают крики диких зверей и пытаются научить их человеческой речи.

Ученые потратили огромное количество сил, пытаясь научить шимпанзе говорить: голосом или жестами. Репортер New York Times Бойс Ренсбергер, понимающий язык жестов, в 1974 году провел, наверное, первое в истории интервью с представителем другого вида. Он общался с шимпанзе по имени Люси, владевшей языком жестов. «Она пригласила меня залезть на дерево, но я вынужден был отказаться», — рассказывает Ренсбергер, работающий теперь в Массачусетском технологическом институте.

Впрочем, за редким исключением попытки научить животных человеческому языку ни к чему не привели. Несмотря на способность к выразительному общению (например, собаки могут сообщать нам о своих желаниях), животные не связывают звуки в предложения.

Стратегия изучения звуков диких животных дала большие результаты. В 1980 году было обнаружено, что зеленые мартышки распознают тревожные крики, обозначающие присутствие конкретных хищников, и даже на магнитофонные записи этих криков. Они прыгали в кусты, услышав крик, связанный с леопардом, смотрели на землю в ответ на крик «змея» и следили за небом, услышав про «орла».

Заманчиво было бы предположить, что зеленые мартышки воспринимают эти крики как слова «леопард», «змея» и «орел», но это не совсем так. Мартышки не сочетают эти сигналы с другими звуками, которые придавали бы им новое значение. К примеру, они не модулируют тональность, чтобы сообщить о расстоянии, на котором находится опасность.

Некоторые виды, возможно, могут производить звуки, чем-то напоминающие человеческую речь. В декабре доктор Цубербюллер сообщил, что мартышки Кемпбелла, которые водятся в лесах Кот-д'Ивуар, могут изменять отдельные крики, прибавляя к ним суффиксы.

К примеру, при виде леопарда мартышки Кемпбелла издают тревожный крик «крак». Но если они прибавляют к нему звук «-уу», он становится предупреждением о присутствии любого хищника. Один из контекстов, в которых встречается зов «крак-уу», — когда мартышки Кемпбелла слышат предупреждение о леопарде, исходящее от мартышки-дианы.

Еще поразительнее то, что мартышки Кемпбелла могут сочетать два разных крика, которые вместе приобретают новое значение. У самцов мартышки в ходу зов «Бум-бум», означающий «Я здесь, иди ко мне».

«Когда за «бумами» следует несколько криков «крак-уу», их сочетание означает «Посторонись! Дерево падает!», — говорит доктор Цубербюллер.

Мозг у человекоподобных обезьян больше, чем у мартышек, и, казалось бы, должен быть способен производить больше сигналов. Но если шимпанзе и пользуются продуманной системой сигналов, их человеческим родственникам пока не удалось ее расшифровать.

Мартышки и обезьяны обладают многими способностями, необходимыми для появления языка. Они слышат и интерпретируют звуки подобно людям. Они могут производить примерно такие же звуки, как люди. Но они не могут свести их воедино.

Почему же приматы неспособны к речи?

Роберт Сейфарт и Дороти Чейни из Пенсильванского университета изучают крики зеленых мартышек. Они считают, что одной из причин может быть отсутствие у них «теории разума» — понимания того, что другие тоже мыслят. Поскольку бабуину не приходит в голову, что другого бабуина волнуют подобные же вопросы, ему не приходит в голову обсудить их с ним.

«Теоретически шимпанзе могут производить все звуки, которые производят люди. Но они не делают этого, так как эволюция не толкает их в этом направлении, — говорит доктор Цубербюллер. — Шимпанзе не говорят, потому что им это не интересно».

Марк Хаузер, эксперт по коммуникациям у животных из Гарварда, считает, что самое важное при развитии языка — взаимодействие разных нейронных сетей. «По какой-то причине, возможно, чисто случайно, наши мозги оказались намного запутаннее, чем мозги животных, и этого невозможно избежать».

В отличие от нашего мозга, в мозге животных каждая нейронная сеть живет сама по себе.

«Шимпанзе могли бы рассказать кучу всего. Но это не приходит им в голову», — говорит доктор Хаузер.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera