Сюжеты

Давос не думает о России

Нам не в чем каяться, но нечего и предложить мировому сообществу

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 11 от 3 февраля 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Лилия Шевцовапублицист, политолог

О глобальной перестройке Форум, несмотря на продолжающийся финансовый кризис, не был посвящен одним только финансовым вопросам. Речь шла о том, как изменить мир, чтобы предотвратить новые кризисы. Уже два года Давос работает над этой...

О глобальной перестройке

Форум, несмотря на продолжающийся финансовый кризис, не был посвящен одним только финансовым вопросам. Речь шла о том, как изменить мир, чтобы предотвратить новые кризисы. Уже два года Давос работает над этой глобальной перестройкой. Всеобщее прошлогоднее отчаяние уступило место неопределенности. Если колеблются эксперты, это можно пережить. Если потеряли уверенность политики, это плохо. Но когда пасмурное настроение у финансовой и экономической элиты — это совсем дурной знак. Даже оптимистичные китайцы не прибавили надежд — скорее усилили опасения: а что если завтра мир проснется с раскосыми глазами?

О безопасности

Мы вместе с Жаном-Мари Гуэнно были основными содокладчиками по проблемам мировой безопасности. На форуме обсуждали и проблему «хрупких государств», и будущее интернета, и гуманитарную помощь, и права человека, и международное сотрудничество, и механизмы разрешения конфликтов, наконец, терроризм и распространение оружия массового поражения. Это был эксперимент: в Давос пригласили людей, которые не включены в корпоративное сообщество.

Мы пришли к выводу, что нельзя бесконечно расширять понимание безопасности. В этом случае возникает угроза, что во имя безопасности опасность нависнет над правами человека и верховенством закона. Чаще всего опасность возникает тогда, когда государство не справляется со своими функциями.

О банкирах и Обаме

Банковская инициатива не стала основной темой обсуждения — возможно, потому, что американцев было мало и спорить было не с кем. Но, судя по тому, что говорил лидер британских консерваторов Давид Камерон, три страны — США, Великобритания, Франция — могут сойтись во взгляде на эту проблему. Камерон активно поддержал инициативу Обамы, заявив, что отношения между банками и государством и обществом должны «радикально измениться».

Давос показал, что охота за головами банкиров продолжается. На одной из экономических сессий Джозеф Акерман, руководитель Deutsche Bank, и Питер Сендс, руководитель Standard Chartered, выразили мнение банкирского сообщества: «Банки, которые слишком рисковали, должны умереть. Остальные должны возвратиться к обслуживанию реальной экономики». Джордж Сорос сформулировал: «Без государственного регулирования не обойтись. Но нужно ограничиться минимумом».

О морали и доверии

Не менее популярной темой было новое качество политики. Николя Саркози (очевидно, решив начать предвыборную кампанию) обрушился на «жирных котов», потребовав создать новую финансовую систему. Президент Франции уловил всеобщую потребность возложить на кого-нибудь моральную ответственность за кризис.

Не могу не упомянуть об инициативе Билла Гейтса, который решил выделить 10 млрд долларов на вакцинацию детей — вдобавок к миллиардам, которые он ежегодно выделяет на решение социальных проблем. Невольно вспоминаешь яхты российских миллиардеров.

О Китае

Давос слушал китайцев со смешанными чувствами. В кулуарах один из западных политиков поделился соображением: «Китай — наша главная надежда и наше главное опасение». Политологи заговорили о «Китайском консенсусе» по примеру «Вашингтонского консенсуса». Конечно, это преувеличение. Но Запад не знает, как включить Китай в свою систему отношений. А Китай, в отличие от России, пока открыто не говорит о сферах влияния — но активно их создает.

Мне любопытно было послушать китайского вице-премьера Ли Кэцяна. Он произвел сильное впечатление и тем, что вел себя по-царски, и тем, что одновременно умудрился говорить, как либерал. Его поведение во многом объяснялось опасениями, что Запад может начать в отношении Китая политику сдерживания, а Пекину это не нужно. «Торговый протекционизм усугубит кризис», — убеждали китайские представители. Любопытно: китайцы выступили апологетами рынка, борьбы с монополиями, в отличие от многих западных делегатов.

О России

Что мировое сообщество думает о нас? Да ничего. Если цель российской пропаганды заключалась в том, чтобы нагнать тумана, то она выполнена. Давос не знает, что думать о России. Круглых столов, на которых обсуждались бы проблемы нашей страны, не было. «Как хорошо, — заявил один из россиян. — Некому нас критиковать, нам не нужно каяться».

Я истолковала это иначе. Во-первых, россиянам неинтересно обсуждать развитие нашей страны, ее роль в мире. Во-вторых, Россия неинтересна Давосу — нам нечего предложить. Возможно, Давос опасается, что Россия снова предложит нечто такое, с чем никто не будет знать, что делать. Когда Дмитрий Медведев предложил новую архитектуру европейской безопасности, мир застыл в недоумении. Но не потому, что поразился свежести мысли, а потому, что не знает, как вежливо сказать — идея не проходит.

Российский бизнес научился говорить с миром на хорошем английском. А как относится к России мировой бизнес? Сырьевики — хорошо. «Меня приглашал Путин. Мы возвращаемся», — поделился со мной представитель нефтяного гиганта. «Вас устраивают правила игры?» — не поверила я. «В России безопаснее, чем в Нигерии», — ответил бизнесмен.

Другая половина западного бизнеса слушала Билла Браудера, которого вытолкали из России взашей, убив его юриста Сергея Магнитского. В 2005 году в Давосе Браудер с графиками в руках доказывал, что преследование Ходорковского — это верный шаг.

— Ну что теперь скажете?

— Я был не прав. Но чтобы понять это, мне нужно было потерять в России все…

Наша страна, если смотреть из Давоса, производит впечатление затянутого паутиной угла, из которого раздается урчание. Даже лощеный Кудрин и его товарищи не могут изменить это впечатление. «Ваши хотели убедить нас сделать круглый стол по БРИК, — сказали мне организаторы форума. — Мы были не против, но китайцы, индийцы и бразильцы сказали, что БРИК свою «Р» потерял…»

Об Украине

Когда видишь, как свободно Немырия, Яценюк, Тарасюк, Тигипко общаются с Гейтсом, Блэром, Клинтоном, задаешь себе вопрос: о чем бы говорили с ними Грызлов или Володин? Даже похожий на секретаря обкома Янукович, — и тот сделал огромный прогресс, как только освободился от опеки российских политтехнологов. Тимошенко — вообще звезда.

Когда наблюдаешь за украинцами, понимаешь, что их мало чем ограниченный плюрализм, непричесанность мыслей, вечевая культура и бесконечные споры — великое счастье. Они себя сделали политической нацией. Россия как политическая нация деградировала.

О модернизации

В истории не было случая успешной трансформации без влияния Запада. Во всех успешных реформах Запад участвовал прямо либо косвенно. И если Давос, представляющий мировые и западные интересы, равнодушен к России, это говорит о том, что России предстоит долгий путь одиночества, пока западная цивилизации не поймет, что Россия — это вызов. Запад смог бы сыграть цивилизаторскую роль в отношении Украины. Успех самой Украины в своей перестройке, возможно, станет примером и для нас. Но чтобы это произошло, сам Запад должен выйти из интеллектуального цейтнота. Нынешний Давос — попытка это сделать.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera