Сюжеты

Рэпер, который покончил с нулевыми

Noize MC — это Иван Алексеев, он просто и остроумно высмеивает все вокруг: что бесит, что не так и что мешает жить

Этот материал вышел в № 19 от 24 февраля 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

В «Крокус-экспо» проходила выставка цифрового и кабельного ТВ. Стенды крупнейших телеканалов, развлекательные номера, лощеные знаменитости из «ящика». Первый, НТВ, «Раша тудей», MTV… Прямо напротив Первого, у стенда альтернативного A-one*,...

В «Крокус-экспо» проходила выставка цифрового и кабельного ТВ. Стенды крупнейших телеканалов, развлекательные номера, лощеные знаменитости из «ящика». Первый, НТВ, «Раша тудей», MTV… Прямо напротив Первого, у стенда альтернативного A-one*, появился худощавый парень с микрофоном…

Через пару минут его рэп разнесется по выставочному центру.

 «В рот я е…л ваш Первый канал. И второй канал тоже в рот е…л. Третий канал же тот еще кал, да и четвертый, если честно, я смотреть бы не стал…». Это, если не знаете, начало первого куплета песни «Из окна». Дальше текст пойдет гораздо приличнее, но все о том же: «…Куда ни включи, кругом одни дегенераты…».

…А потом он спел «Выдыхай» (любовная), «Песня для радио», «Кури бамбук» («Я мусор, человек очень важный,/…Во избежанье нанесения телесных тяжких,/Меня бояться надо. Что, еще не страшно?»). Все это уже довольно известные публике произведения. А, скажем, еще года три назад, исполняя «Кури бамбук» на Арбате, чувак оказывался в ОВД и писал объяснительные. «В связи с отсутствием самокритики и чувства юмора у милиционеров…». Или получал от бритых прямо на концерте после своей песни «Девочка-скинхед». Но известность, наверное, делает свое: и вот даже телевизионщики смирно дослушивают песню про себя — «Из окна».

Худощавого парня зовут Иван Алексеев. Или Noize MC. На нем толстовка и в меру широкие — даже как-то не по-рэперски — джинсы. У него усталое лицо. В гримерке со своими музыкантами он выпивает по 50 вискаря. И немного оживает… Несколько недель он безвылазно записывал на студии второй альбом. Закончил сегодня в шесть утра. А через день — гастроли.

За последние пару лет Ваню Алексеева (Noize MC) как только не называли. «Надежда русского рока», «бунтарь нулевых», «прорыв русского хип-хопа». Симпатизировать ему стала даже наша интеллигенция. Дмитрий Быков, например, назвал Нойза голосом нового поколения, который сменил на этом месте (голос) Шнура. Так что, можно сказать, в плане вкуса, поколение делает скачок… Даже мат у 25-летнего Нойза совсем не тот (и не о том), что у Шнура. Его в текстах и немного. Но и тот, что есть у Нойза, из песен не выкинешь. Как про Первый канал.

После концерта, в гримерке, я перечислил Нойзу все его почетные звания.

— Интеллектуалам нравится твоя форма протеста, — говорю. — Считают тебя голосом нового поколения, бунтарем. С умными, социальными текстами…

— Чё, правда? Слушай, запредельно приятно такое слышать…

Минут двадцать мы не можем уйти с выставки — за автографом к нему тянутся и тянутся люди: откуда-то взявшиеся на спецвыставке школьники, а вот подходят мужики делового вида, пожимают руки. А мы торопимся на репетицию, но из-за пробок оказываемся в центре только к вечеру.

— Надо бы в туалет, — говорю.

— И похавать бы, — добавляет Алексеев. — Ну что, в «Макдоналдс»?

Noize MC как группа возникла в середине 2000-х. Для скудных, совершенно дефицитных на таланты нулевых это было явление. Рэпер просто и остроумно стебет все вокруг: что бесит, что не так и мешает жить. Сочные тексты, актуальные темы, задевающие приличных людей любого возраста. Свой первый альбом он записал к 23 (The Greatest Hits). Второй появится этой весной.

Это современный русский хип-хоп с важной деталью: слушать Нойза приятно, а не стыдно. Более того, благодаря Нойзу весь русский хип-хоп стал немного другим. Noize MC — это не примитивное пацанство и не гламурное убожество с телками, тачками и ослепительными зубами.

Впрочем, вы можете сравнить и сами. Есть, например, такой известный рэпер Guf. Его клип «Для нее» про засилье приезжих в Москве показывают на MTV. «Заняты все места на парковке в «Европейском»,/В полном вагоне метро может не оказаться местных./Офисы, лампы дневного света и не висят занавески,/Нашествие приезжих похоже на стихийное бедствие».

В новом альбоме Нойз даст Gufу ответ**. (У рэперов это принято.)

Ваня — из города Ярцево, Смоленская область. «Там были и гопники, и нацики, и чмошники. Такие элементы». В 12 с матерью переехал в Белгород, где с элементами было попроще. В 13 победил на областном конкурсе по классической гитаре. Собрал первую рок-группу, и одновременно начал писать рэп. После школы — в Москву. Знаменитая своими вечеринками общага РГГУ, «читка под гитару», фристайл-баттлы. Первые концерты в клубах... Здесь Алексеев столкнулся с известными «столичными реперами». Кто-то читал на сцене уже бухой. Кто-то пил прямо на сцене. «Привыкли халтуру путать с божьим даром, мне было бы просто стыдно». В 2007-м с ним заключает контракт международный лейбл Universal. «Невиданный, — писали в журналах, — пример для андеграундного русского хип-хопа». Сам «Юниверсал»! Ну что про это сказать? Перед молодым артистом открывались большие горизонты… А через год Алексеев разорвал с этим самым «Юниверсалом» контракт. «Понимаешь, — говорит, — они хотели денег — то процент с продаж, то с концертов. Я становился зависим… К тому же мы сняли клип «За закрытой дверью», который они упорно не желали отдавать на каналы. Так и расстались».

Noize MC остался независимым предприятием. Так и называется — ИП «Алексеев Иван Александрович». ИНН такой-то, счет такой-то. Живет в Люберцах, в Москву — на электричке, мотается в налоговую. Все, короче, как у обычных ИП. Зато дружит с «Чачей» Ивановым***. Обсуждают «Наше радио». «Станция морально устарела, застряла в начале 90-х», — говорит анархист Иванов. А что ему ответит Нойз? Он и не помнит, что там было в начале 90-х. И в песнях у него — одни нулевые.

— Мне как российскому предпринимателю понятна история Ходорковского и всего нынешнего рынка, — говорит мне Алексеев. — И надо бы валить отсюда. А как русский музыкант — это же все мое… Люди с властью, но без денег усиленно конвертируют первое во второе. Но это такой двоякий процесс… Скоро у них будет все бабло, но может не оказаться уже никакой власти.

Хороший рок-музыкант, нужно сказать, чрезвычайно востребованный политический инструмент. «Но реально хорош тот, который не ведется». Noize'a MC, например, к сотрудничеству приглашали отечественные оппозиционные силы. Он им сказал: «А хрен ли с вами сотрудничать». Хотя, скажем, кремлевско-нашистские силы Алексеев послал, не дожидаясь приглашения. Песня называется «Наше движение». («Наше движение — самое лучшее, самое классное, самое честное! Наше движение не будет задушено, Это прекрасно — спасибо инвесторам».)

За фристайл-рифмы Ваню Алексеева судили.

В прошлом году административное дело возбудил Госнаркоконтроль. Производитель алкогольных энергетиков Jaguar организовал тогда фестиваль Yaga Fest. Приглашенные (за деньги) музыканты должны были сымпровизировать со сцены гимн напитка. На сцену с пачкой шприцев поднялся Нойз: «Тебе все говорят, что героин — это яд,/Наконец, настало время заткнуть всех этих ребят./Он полезен, он полезен, он полезен и точка,/Фирма «Ягуар» в этом уверена прочно!»

И припев: «Йес-Йес! Какой крутой замес!/Добро пожаловать на героин-фест!»… Потом рэпер набрал в шприцы напиток и бросил в толпу.
Денег, конечно, ему не заплатили. А даже наоборот. Имиджевый ущерб и пр. Не поняли остросоциальной иронии только в ФСКН. Остальные артисты, впрочем, отработали, как полагается.

…Едем на последнюю предгастрольную репетицию. «Репы» проходят в просторном подвале офисной пятиэтажки на Кутузовском. Пятиэтажка с понтовым видом на стройку Сити. А в подвале пахнет трубами. Зато бесплатно. Кругом разбросаны вещи музыкантов и стоят четыре велосипеда. Я так и не понял, как им досталось это помещение. Точнее, мне не смогли объяснить и просили не писать номер дома. Не пишу.

У Вани Алексеева есть барабанщик — Павел Тетерин. Я его спрашиваю: «Что сейчас читаешь?». Тетерин отвечает: «Да сам пишу!». Пишет, в общем, книгу о постядерном мире, в центре повествования — выжившие музыканты… «Книга во многом автобиографична», — сказал мне Тетерин. Также известно, что книгой заинтересовался Дмитрий Глуховский. Сегодня у фантастов встреча. А Алексеев пока только сочиняет.

* A-one — российский телеканал альтернативной музыки

** В самом центре Красной площади лежит коренной москвич —
Некто Ульянов, он же Ленин Владимир Ильич.
В метро столичном, названном его именем,
Есть станция «Университет», что на Красной линии.
Она так названа не случайно и не сгоряча,
Не обошлось тут без другого коренного москвича:
Дело в том, что рядом расположен главный вуз России, —
Спасибо, Ломоносов Михаил Васильич!
В Москве красиво, интересно, есть чем восхититься,
Недаром стольких поэтов вдохновляла столица:
Владимир Маяковский, Есенин Сергей —
Тоже москвичи что надо, один другого коренней.
Другое дело — приезжие, нет, какого лешего
Они прут сюда к нам таким потоком бешеным?
Валите отсюда — нас за…ли вы и ваши семьи,
На, братан, держи ключи от моей хаты в Черноземье!

Припев:
Это гимн понаехавших провинциалов,
Тех, из-за кого тут столько пробок и криминала.
Я посвящаю этот трек всем без исключения
Коренным москвичам в минус-первом поколении!

Зря я переехал — нужно было оставаться:
Дома такой был простор для самореализации…
Сейчас работал бы в офисе тысяч за двенадцать,
Для музыканта перспектива — просто не е…ся!
Я часто слышу: «Чем переть сюда к нам табуном,
Лучше бы сидели дома, поднимали свой регион».
Да уж, как ни старайся, круче совета не дашь,
Есть лишь один вопрос: кто же поднимает ваш?
Не те ли, кто сидит на шее у предков до тридцати,
Жалуясь, что из-за приезжих работу не найти?
Не те ли, кто живет на арендную плату
За доставшуюся в наследство от бабушки хату?
Круто родиться там, где ты хотел бы трудиться,
Где маза есть реализовать свои амбиции.
Круто гордиться тем, что ты родился в столице,
Но только не тогда, когда больше нечем гордиться.

Guf
Для Нее

Всё, как мы любим, это просто мысли вслух...
Когда потухнет свет на кухне, там останется Guf.
Плюс еще скоро появится свет из окна,
И всё должно быть нормально, пока за окном Она...

Каждая лягушка хвалит свое болото,
А я все также посвящаю строки этому городу,
Я знаю, может, звучит как бред для кого-то.
Пусть будет так, но все приходит с опытом...
Пока в облаках летают такси-вертолеты,
Ленинский опять перекрывают из-за прилета кого-то,
В союзпечати продолжают продаваться блокноты,
Пристально палят за нами эти семь высоток...
Пока все три кольца страдают от пробок,
А под землей туда-сюда носятся суетливые толпы,
Я ничего не прошу, просто хочу, чтобы
Оставили немного места для моего хип-хопа.
Заняты все места на парковке в «Европейском»,
В полном вагоне метро может не оказаться местных.
Офисы, лампы дневного света и не висят занавески,
Нашествие приезжих похоже на стихийное бедствие.
Сто пудов, такой трек должен быть грустным,
Так что мир всем местным, Guf, ZM, Кузня,
Да это и не песня даже, а скорее письмо,
Не для ушей ваших, а лично для Нее...

Припев:
Мне изначально есть чем гордиться,
Ведь мне довелось родиться в самом центре столицы.
И пока мое сердце будет биться,
Я буду гордиться местом, где было суждено родиться.

Я обожаю Россию, очень люблю людей,
Независимо, провинциалов или москвичей,
Ну во-первых, бывают разные провинциалы,
А во-вторых, мне кажется, что Она слегка устала...

Поймите, я — москвич, москвич до мозга костей,
Гораздо больше, чем большинство из москвичей.
Кто не в теме — народ, простите,
Я — один из оставшихся в живых коренных жителей.
Для меня это важно, действительно,
Я вижу, как город умирает от жажды, зато сыты строители,
Больше новых многоэтажек на репите,
Она не запалит даже, вы сами все прекрасно видите.
Я, например, больше Лужкова переживаю
За то, чтобы в центре продолжали ходить трамваи.
И если кто-то утверждает, что любит Москву больше, чем я.
То он — мой клон.
Я не знаю, поймет ли меня народ,
Но если вся страна переедет жить в ваш город,
Я думаю, вряд ли вас это пропрет,
А причина бесконечных пробок — далеко не светофоры

Припев:
Всё, как мы любим, это просто мысли вслух...
Когда потухнет свет на кухне, там останется Guf.
Плюс еще скоро появится свет из окна,
И всё должно быть нормально, пока за окном Она...

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera