Сюжеты

Азбучные истины

На великой русской реке обсудили проблемы родных языков представители нерусских народов

Этот материал вышел в № 21 от 1 марта 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Борис Бронштейнобозреватель «Новой»

Что у законодателя на уме, то и в законе о языке. Точнее, в законе об образовании, осложняющем судьбу родного языка татар, бурят, ногайцев, чувашей, якутов… Представители десятка национальных регионов России приехали на Волгу в Чебоксары,...

Что у законодателя на уме, то и в законе о языке. Точнее, в законе об образовании, осложняющем судьбу родного языка татар, бурят, ногайцев, чувашей, якутов…

Представители десятка национальных регионов России приехали на Волгу в Чебоксары, чтобы обсудить последствия Федерального закона номер 309, исключившего национально-региональный компонент из государственного стандарта образования. И первое, что обратило на себя внимание, — по-русски все участники форума говорили замечательно. Все-таки у «русификации населения страны», которую тут упоминали частенько, нашлась и положительная сторона.

Что знает Россия об их проблемах? Да почти ничего. Как заметил член совета Конгресса бурятского народа Иван Мануев, жизнь национальных окраин отражается разве что в сообщениях МЧС.

Обсуждение вопроса, ради которого собрались, вполне можно было прекратить уже после первого выступления. Что тут обсуждать, если все как один считают, что 309-й закон — таран для разрушения нашего общего дома или попытка его поджога. Так выразился представитель Татарстана, бывший депутат Госдумы РФ Фандас Сафиуллин, заметивший, что подобная тенденция в сфере образования уже наблюдалась 100 лет назад. Тогда министр народного просвещения Российской империи Александр Шварц прямо заявлял: «Необходимо неуклонно отстранять всякие притязания инородцев на какую бы то ни было обособленность и национализацию школы. Руководящим началом должна быть единая русская государственная школа, на всех ее ступенях и для всех без исключения инородцев».

О каком-либо обособлении, беспокоившем еще царского министра, никто на форуме не сказал ни слова. Наоборот, выступающие старательно подчеркивали (и это потом вошло в принятые документы), что будущее благополучие России они видят в единстве разных культур.

Россия никак не может разобраться, благом или бедствием является ее многонациональность. По возможности этого термина избегают, и даже президент Дмитрий Медведев в своем ежегодном послании Федеральному собранию в ноябре прошлого года, упомянув соответствующую статью Конституции, сказал, что «единственным источником власти в нашей стране является народ». И упустил при этом слово «многонациональный». Может, случайно упустил. И кто это заметил? Тот же Фандас Сафиуллин заметил и сказал об этом на форуме. У нерусских людей в таких случаях восприятие обостренное.

«Ни один народ Российской Федерации не согласится с клеймом второсортности, не примет отношения к своему языку и к своей культуре как к балласту государства», — говорится в резолюции форума. При этом по ходу выступлений вдруг выяснилось, что люди страдают не только от намеков на их второсортность. Кому-то, оказывается, дают понять, что они даже третьесортны. После многочисленных рассказов о повсеместном закрытии национальных школ, о нехватке учебников, о запрете ЕГЭ на родном языке чуть ли не сенсацией стало выступление приехавшего из Дагестана Магомеда Ахмеднабиева. Юрист, получивший в советское время образование в городе Горьком, Магомед Халилович подготовил солидный доклад о положении 13 коренных малочисленных андо-дидойских народов.

Сам Ахмеднабиев каратинец. Людей этой национальности по переписи 2002 года в России 6 тысяч. Как и другие народы названной группы, каратинцы лишены возможности получения хотя бы начального образования на родном языке. Более того, в XXI веке у них даже нет своего алфавита. Пенсионер Ахмеднабиев, добравшийся до Чебоксар на деньги спонсоров, поднял над трибуной алфавит с картинками, разработанный им самим.

— Я тут говорю о букварях и словарях, — с горечью сказал он, — а в Дагестане идет война, каждый день убивают людей. Можете ли вы нам помочь, братья?

Такая вот ситуация: человек обращается за гуманитарной помощью к людям, которые перед этим сами долго жаловались на свое бедственное положение.

В докладе Ахмеднабиева, который из-за нехватки времени ему не дали прочитать полностью, есть глава «Предложения и рекомендации властям России и Дагестана». В числе прочего он, конечно же, предлагает сделать общедоступным бесплатное образование на родных языках. Хотя, пока в силе закон номер 309, никакой чиновник не решится взять в руки азбуку Ахмеднабиева.

Кстати, о чиновниках. Вот съехались за тысячи километров активисты, не имеющие ни должностей, ни кабинетов, ни командировочных денег. Но что-то не слышно, чтобы где-нибудь по собственной инициативе собрались по тому же вопросу министры культуры или министры образования национальных республик. Неужели проблема исчезновения родного языка беспокоит министра меньше, чем общественника? Впрочем, в кулуарах форума один из его участников с горечью рассказывал, что их министр культуры на родном языке изъясняется едва ли не с помощью жестов. Как говорится, моя твоя не понимает.

В Чебоксарах приняли ряд обращений — к президенту и правительству РФ, к главам республик и к законодательным собраниям, к международным организациям — и решили через какое-то время собраться в Уфе.

«Если для кого-то нет федерализма, то для нас он есть! — прозвучало к концу дня с трибуны. — Мы не хотим империи!»

И, пользуясь гостеприимством принимающей чувашской стороны, все пошли пить чай с выпечкой. Все-таки хорошо, что в России единое чайное пространство.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera