Сюжеты

Кто изъял тираж «Новой»?

Мы выяснили, почему до жителей Калининграда не дошла наша газета, в которой рассказывалось о причинах митингов протеста

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 21 от 1 марта 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Зоя Ерошокобозреватель

В начале было письмо по электронке. «Калининградские приколы!!! Все тиражи газеты, где были материалы про Калининградский митинг: 1. № 16 от 15.02.20102. №17 от 17.02.2010 были пущены под нож! Я хотел приобрести эти газеты в сети...

В начале было письмо по электронке.

«Калининградские приколы!!!

Все тиражи газеты, где были материалы про Калининградский митинг:

1. № 16 от 15.02.2010
2. №17 от 17.02.2010

были пущены под нож!

Я хотел приобрести эти газеты в сети распространителей, но не получилось. На вопрос, почему нет вышеназванных номеров, получил ответ, что по чьему-то приказу все газеты были уничтожены (каким способом не уточнили)».

Ничего себе. Я, конечно, слышала о подобных акциях в других регионах, но что в продвинутом Калининграде…

Короче, как-то всем все сразу стало ясно:  это сделано по личному распоряжению губернатора Георгия Бооса… А кто еще мог решиться на такое? Кому надо и выгодно — пустить под нож весь калининградский тираж нашей газеты?!.

Но до меня все-таки никак не доходило: а, собственно, зачем это Боос сделал? Он же современный человек. И знает о существовании интернета. Газета наша приходит в Калининград на четвертый-пятый день. Уточнила в отделе распространения: всего 800 экземпляров. Ну  да, не у всех калининградцев есть компьютер, но все, кому интересно, то, что им нужно, или сами найдут в интернете и прочтут, или кто-то обязательно поможет.

Звоню в Калининград. Депутат областной Калининградской думы Соломон Гинзбург — упавшим голосом: «Да, это правда: газета с твоей статьей о нашем митинге не появилась в киосках». Звоню Косте Рожкову, главному редактору газеты «Светлогорье». Костя уже вовсю включился в расследование. Рассказывает: «Был в калининградском предприятии «Пресса». Мне говорят: «Весь тираж «Новой газеты» № 16 от 15 февраля у нас куплен». Кто купил? Один читатель… Какой читатель? Прячут глаза, суетятся… Директор обещал мне перезвонить. Вот полдня жду его звонка — не звонит».

Итак, тираж купил один человек. Какой-то очень преданный читатель? «Означает ли это, — спрашивает Костя в «Прессе», — что если я захочу, то могу прийти к вам и вот так запросто купить у вас весь тираж любой газеты? И дальше делать с ним (тиражом) все, что мне заблагорассудится? Отдам его сам в киоски, или порежу на мелкие кусочки, или полью бензином и сожгу?!»

Вадим Иванов, замруководителя предприятия-распространителя, по словам Константина Рожкова, ничего особенного в происшедшем не видит: «Эсфирь Иосифовна Левицкая, наш директор, однозначно сказала: поскольку мы коммерческая организация и если вы хотите купить у нас какой-то тираж, то мы вам с удовольствием его продадим. Достаточно обратиться к ней, решите этот вопрос — она даст указание, и продадут вам тираж. По розничной цене. Куда платить? Если наличными, то прямо в кассу».

Костя обещает мне перезвонить, когда еще что-нибудь узнает.

Тем временем в Калининград звонит мой коллега Михаил Зайцев из отдела распространения. В той же «Прессе», едва он представился, говорят: «Да, мы этот номер продали. Весь, целиком, полностью. Нет, в киоски он не поступил. Мы не знаем почему. Кому продали? ООО «Мэйджик». Мы не знаем, что это за ООО».

Странно, говорит мне Миша Зайцев, я не успел еще ничего сказать, меня даже не спросили, о каком номере я веду речь, а уже полностью отчитались. Попутно выясняется, что «Новая газета» № 17 (продолжение рассказа о калининградском митинге) в газетные киоски поступила. Сюр какой-то… Неужели дело в том, что первая публикация (№ 16) называлась «Георгий! Нам стыдно, что ты — мотоциклист!» Байкеры — губернатору», а вторая (№ 17) «Мы не хотим жечь машины!»? То есть: просто в одной заметке Боос был в заголовке, а во второй — нет? Но и там, и там люди говорят о Боосе; впрочем, не только и не столько о нем, сколько о себе, о своей жизни, чувствах, настроениях, ощущениях, и о том, почему собственно пришли на этот митинг…

Однако надо выяснить, что это такое (или кто такой?) — ООО «Мэйджик». Хотя, увы, уже ни у кого нет сомнения: это псевдоним Бооса. Ну просто какая-то фирма (реальная или подставная), которой приказали, и она выкупила тираж.

Аккурат в это время приходит сообщение: губернатор Георгий Боос наконец-то встречается с лидерами оппозиции. Уже несколько раз после митинга 30 января Боос то внезапно назначал встречу с оппозицией, то также внезапно отменял… И вот вроде бы и впрямь встречается. Кто именно идет к губернатору? Точно известно, что Константин Дорошок, лидер общественного движения «Справедливость». А еще кто? Может быть, Михаил Чесалин, лидер калининградского отделения партии «Патриоты России»? Да, Михаил мне подтверждает, что в 13.00 он идет на эту встречу. У Константина Дорошка телефон отключен, и мы договариваемся с Михаилом Чесалиным созвониться в 15.00. Я говорю Михаилу: а спросите губернатора, что это за история с нашим тиражом и кто за ней стоит… Михаил обещает спросить. Но на меня уже все вокруг машут руками: ну Боос это, Боос… Я в сотый раз спрашиваю: но Боосу же от этого только хуже — зачем ему очередной скандал? Но здесь, как говорил Брежнев, «лог-гэ-ки не ыщ-щи…»

И вот наконец нашли того самого преданного нашего читателя в Калининграде. Он же владелец ООО «Мэйджик».

Вглядываюсь в листок, медленно складываю буковки в слова: Вадим Косухин.

Герой моей первой заметки. Мелкосредний, по собственному выражению, предприниматель. Борец с Боосом. (См. «Новую», № 16 от 15 февраля с. г.)

Напомню коротко: полтора года назад в Калининграде попытались одним рывком (рейдерским актом) отобрать тысячу двести торговых палаток… Если бы это удалось — пятнадцать тысяч человек остались бы без средств к существованию, почти весь малый бизнес города был бы уничтожен. Но мелкие торговцы решили не сдаваться. Стали устраивать пикеты, отстаивать свои права, вести переговоры с Боосом, участвовали в митинге 30 января…

И опять и снова всем все ясно. Ага, запугали парня, сломался, чем-то зашантажировали.

Набираю мобильный Вадима Косухина и гадаю, как он сейчас себя поведет. Бросит трубку? Будет все отрицать? Скажет, что я его подставила? Откажется от собственных слов?

Дозваниваюсь, представляюсь… В ответ — тишина. Ну давай, Вадим, бросай трубку, нападай…

Но он говорит: «Зоя! Я — подлец, негодяй! Прости меня».

Потом все объясняет. Долго, путано, абсолютно искренне.

«Понимаешь, все, что я тебе говорил, — правда. Тогда надо было бороться… И ты все написала как есть. Но вот у нас случилась очередная встреча с Боосом, и представляешь, нам удалось договориться. Нет, ты не представляешь! Полтора года борьбы, тридцать восемь пикетов — нет, ты скажи, у вас в Москве кто-нибудь выходил в течение полутора лет тридцать восемь раз подряд с протестами на Красную площадь?! А я выходил, и тупо стоял, и добивался, добивался, добивался… И тут случилось! Пообещал Боос нам, что через три года землю под аренду наших торговых палаток даст нам не на десять лет, как сейчас, а на двадцать лет. И договор этот будет оформлен 12 марта сего года. Не-е, представь? Это ж победа, оглушительная победа! Ты пойми: я не о себе, за мной, я тебе говорил, пятнадцать тысяч человек — все, кто содержит торговые палатки, их семьи, работники, охранники, смежники, почти весь малый бизнес Калининграда! Если договор будет подписан — это ж прорыв! И тут — твоя статья. Все, повторяю, в ней правда. А политика же поменялась… Уже не тот момент… Я бегом в администрацию — что делать? От меня там отмахнулись — делай что хочешь, не до тебя сейчас… Я — в панике. Мне надо выгадать время. Подпишем договор — тогда, пожалуйста, читайте, что хотите. А пока я должен был спрятать эту газету. И я скупил весь тираж.

Меня никто не закупал, не запугивал… Я все сам, я — сам. Так и напиши: «Подлец, негодяй…»

Вот — пишу…

После долгой паузы я спрашиваю: «Газеты-то куда дел?» — «Дома лежат».

Странно, но я на Вадима не сержусь.

«Вадим!  Ты что, про интернет забыл? Ну скупил бумажную версию — а интернет?»

Вадим молчит.

«Или те чиновники, с которыми ты имеешь дело, — интернет не смотрят?»

Опять молчит.

«Мне рассказывали, что как только на нашем сайте появились эти калининградские публикации, с каждого компьютера по пятьдесят, а то и по сто экземпляров распечатывали и раздавали людям, как листовки… А саму «Новую», пока ты не скупил тот ее тираж, зачитали еще на базе, куда отгружается газета, поступающая для розничной продажи…»

Молчит.

Не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет…

Это — частный случай. Я не хочу нападать на Вадима Косухина. Больше, чем он сам себя ругает, — ругать уже невозможно. И подлецом и негодяем его не считаю. Готовность к компромиссу — хорошая вещь. Лучше, чем грех (или ужас) праведности.

Если Георгий Боос сдержит слово — и 12 марта с. г. подпишет договор об аренде на землю под торговые палатки на двадцать лет, то это будет замечательно. Надеюсь, калининградские чиновники не воспользуются публикацией в «Новой газете» как поводом отказаться от своих обещаний.

«Другого всегда жальче, чем себя», — говорил Бродский.

P.S. Георгий Боос в минувшую пятницу встретился с Константином Дорошком. Встреча была наедине. Михаила Чесалина, извинившись, на нее не пустили. Оказывается, на эту встречу Чесалина звал Дорошок, а не Боос. В качестве эксперта.

Чесалин не обиделся. Встреча Бооса с Дорошком, говорят, прошла конструктивно. Насколько конструктивно — покажут дальнейшие события.

А что касается «Новой», которая у Косухина «лежит дома»… Чесалин говорит, что будет где брать бумажную версию газеты.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera