Сюжеты

А был ли вообще эпизод?

Этот материал вышел в № 25 от 12 марта 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

День сто шестьдесят девятый…Ровно год назад, 3 марта 2009 года, в Хамовническом суде начались предварительные слушания по второму уголовному делу Ходорковского-Лебедева. В суде необычная тишина, никто никого не перебивает и не...

День сто шестьдесят девятый

…Ровно год назад, 3 марта 2009 года, в Хамовническом суде начались предварительные слушания по второму уголовному делу Ходорковского-Лебедева.

В суде необычная тишина, никто никого не перебивает и не перекрикивает - до сих пор не вышел на работу повредивший ногу прокурор Лахтин… На смену же впечатлительному Гитаса Анилионису (отказавшемуся отвечать на вопросы подсудимых) пришел новый свидетель обвинения - молодой человек Алексей Зубков. Причина его вызова в суд была проста - с 1999 по 2008 годы он работал в аудиторской компании «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит» (PwC), некогда оказывавшей свои услуги ЮКОСу и впоследствии поплатившейся за сотрудничество с опальной компанией…

В 2007-м на самих аудиторов заведут уголовное дело. И тоже по факту ухода от налогов. И PwC, никогда не заявлявшая о каких-либо претензиях к ЮКОСу - будь то недостоверная информация или неполные сведения, - вдруг возьмет и по настоятельной просьбе прокуратуры отзовет свои «чистые» аудиторские заключения по ЮКОСу сразу за 10 лет. Якобы из-за того, что «представлялись необъективные данные»... И тогда Генпрокуратура сразу снимет с нее уголовное  дело, а сотрудников PwC, например, таких как директора PwC Дага Миллера, сделает свидетелями обвинения по второму делу Ходорковского и Лебедева…

Только вот со свидетелями выйдет конфуз. Тот самый Миллер, сначала давший следствию нужный негатив на ЮКОС, вдруг возьмет и летом 2009-го передаст адвокатам Ходорковского и Лебедева свою частную переписку со следователем российской прокуратуры Михайловым, из которой будет видно (Платон Лебедев самолично зачитает ее в суде), как следователь инструктирует свидетеля относительно выступления в Хамовническом суде («показания каждого свидетеля из числа работников вашей компании, - говорил Миллеру Михайлов, - должны свидетельствовать об одном и том же. И должны быть в едином смысле - наступательном, агрессивном - по отношению к стороне защиты»).  

Велась ли такая переписка со стоящем ныне за трибуной свидетеля Алексеем Зубковым известно не было, но никакого негатива о ЮКОСе за три дня своего допроса он припомнить не смог. Лишь пояснит, что консолидированную финансовую отчетность ЮКОС составлял строго по стандартам бухучета США - US GAAP, а PwC проводил аудит этой отчетности в соответствии с общепринятыми стандартами аудита США.

Прокуроров интересовало, входили в периметр консолидации ЮКОСа три его зарубежных трейдера - «Балтик Петролеум», «Саус Петролеум» и «Белес Петролеум» (через них, по версии прокуратуры, ЮКОС как через «связанные» с ним компании «легализовывал деньги от продажи похищенной нефти»). Зубков сообщил, что эти три компании «связанными» с ЮКОСом никогда не были:

- Их не считали дочерними по отношению к ЮКОСу.

Тогда прокурор Валентина Ковалихина завела речь о распределении прибыли торговых компаний ЮКОСа.

- Из этой прибыли что-нибудь оставалось добывающими компаниями «Юганскнефтегазу», «Самаранефтегазу», «Томскнефти»? - спросила она про нынешних «потерпевших» в деле, у которых по версии прокуратуры, Ходорковский и Лебедев «украли» все, что только можно. Но аудитор помнил, что без прибыли «дочки» не оставались:

- Частично прибыль аккумулировалась в фондах финансовой поддержки ЮКОСа и уже оттуда распределялась в адрес добывающих и нефтеперерабатывающих компаний...

День сто семидесятый

…Слово переходит к подсудимым. И Лебедев с Ходорковским находят у аудитора подтверждения еще и тому, что нефть никогда у «дочек» не похищалась.

Платон Лебедев акцентирует внимание на главной добывающей «дочке» ЮКОСа - «Юганскнефтегазе», ныне, как известно, принадлежащей «Роснефти» и по такому случаю тоже получившей в этом процессе статус «потерпевшей». Но в суде выходит неувязочка – из-за аудитора Зубкова...

- Позволяли ли стандарты и правила аудита, применяемые при аудите «Юганскнефтегаза», выявить факты хищения у него всей добываемой нефти в течение 98-2003 годов в объеме более 210 млн. тонн?

- Задачей аудиторов не является обнаружение фактов мошенничества или хищения. Но мне лично в ходе проведения аудита о таких фактах известно не было.

– А позволяли ли вообще процедуры, используемые PwC во время аудита финансовой отчетности ЮКОСа и его «дочек», выявить хищения всей нефти ЮКОСа за период 98-2003 год в объеме 350 миллионов тонн нефти? – не отставал Лебедев.

- Поскольку вопрос носит гипотетический характер, я не могу на него ответить, - обратил внимание на «гипотетический характер» «хищения всей нефти» свидетель Зубков.  Что, собственно, и требовалось доказать…

Вскоре к микрофону подошел Михаил Ходорковский. И аналогичным образом, как только что про нефть, Зубков ответил и про «исчезновение и сокрытие прибыли».

- А что вы вообще помните по поводу расходования прибыли? – задал было главный вопрос Ходорковский, но прокурор Ибрагимова вдруг обратилась к судье и заявила, что свидетель «кажется, устал, но просто стесняется об этом сказать». Зубков удивленно вскинул брови…

День сто семьдесят первый

Ходорковский возвращается к прерванному разговору. Зубков отвечает, ему, что вся прибыль ЮКОСа отражалась в консолидированной отчетности. Помнил Зубков, участвовавший в аудите нефтяной компании, и о фактах отражения в отчетностях выручки ЮКОСа, капитальных вложений, приобретения акций, выплаты дивидендов акционерам, затрат на производство, доходов, расходов… – словом всего-всего.

Лебедев в свою очередь пытается снять криминальную завесу со следующего диалога прокурора и свидетеля:

- Возникали ли проблемы у ЮКОСа с трансфертными ценами при реализации нефти? – спрашивала Ковалихина.

- В отношении «Юганскнефтегаза» проходили арбитражные разбирательства по вопросам применения 40-й статьи Налогового кодекса о правильности контроля за ценами. Суды шли с переменным успехом.

На самом деле суд по Юганску закончился в пользу последнего, решение суда есть в деле. Поэтому Лебедев спросил:

- Вы сказали, что «разбирательства шли с переменным успехом»… А что в части трансфертного ценообразования выигрывали налоговики до моего незаконного ареста, до 2004 года?

- Конкретного эпизода я сейчас не могу назвать…

- А был ли вообще «эпизод»?

- Помню, что по Юганску дело доходило до Высшего арбитражного суда и снова возвращалось в первую инстанцию (а затем Юганск выигралВ.Ч.)…

- И вы эту круговерть назвали «переменным успехом!?

Зубков пришлось согласиться. Далее он сам подтвердил, что вплоть до середины 2003 года никаких масштабных налоговых претензий к ЮКОСу никогда не предъявляли.

- А почему ЮКОСу, и только ЮКОСУ, насчитали налог на добавленную стоимость при экспорте по ставке 20% за 2000-2003 год и по ставке 18% за 2004 год? – спрашивал подсудимый.

- Вопрос снимается! – не захотел щепетильных подробностей судья.

Тогда Лебедев поинтересовался у аудитора, мог ли ЮКОС вообще выплатить 15 млрд. долларов налогов при том, что вся прибыль компании за шесть лет равнялась этой сумме. Свидетель Зубков ответить на такой парадокс затруднился.

Вскоре его отпустили домой.

Зато, как ожидается, в Хамовнический суд 15 марта вновь вернется ключевой свидетель прокуратуры Гитас Анилионис. Во всяком случае, так он обещал судье. Напомним, его допрос 2 марта завершился скандалом: свидетель отказался отвечать на вопросы Платона Лебедева, заявив, что тот оказывает негативное воздействие на его психику. По этой причине Анилионис и попросил таймаут, чтобы «прийти в себя и успокоиться, и отдохнуть».

Не остались равнодушными к словам господина Анилиониса, сказанным им на допросе, адвокаты другого свидетеля – бывшего подчиненного Анилиониса Андрея Крайнова (уже выступившего в процессе). Как сообщил «Новой газете» адвокат Крайнова Игорь Иванов, Анилионис забыл сообщить суду о пикантном моменте: в Австрии и на Кипре в отношении него самого и еще ряда лиц заведены уголовные дела. В Австрии - по факту нарушения миграционного законодательства, на Кипре –– по поводу присвоения чужого имущества. Заявителями проходят пять лиц.

- Среди них и мой подзащитный Андрей Крайнов, - сообщил нам адвокат Иванов. – Деталей, в том числе еще ряд конкретных фамилий и названия компаний я называть не могу - расследование уголовных дел пока продолжается. Этим занимается прокуратура в Вене, а на Кипре – департамент по расследованию финансовых преступлений при прокуратуре.

Сам Крайнов заявил «Новой», что комментировать что-либо по этому поводу отказывается. До господина Анилиониса дозвониться нам не удалось.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera