Сюжеты

Виктор Тархов: Это политический заказ

Мэр Самары — о том, почему его нещадно критикует спикер Грызлов и в чем виноват Владимир Путин

Этот материал вышел в № 30 от 24 марта 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ирина Гордиенкоспециальный корреспондент

 

Не успел 14 марта отгреметь единый день голосования в муниципальные органы власти, а политические партии уже вовсю готовятся к очередным октябрьским региональным выборам. Причем готовятся своеобразно. Уже сейчас ясно: в этой предвыборной...

Не успел 14 марта отгреметь единый день голосования в муниципальные органы власти, а политические партии уже вовсю готовятся к очередным октябрьским региональным выборам. Причем готовятся своеобразно. Уже сейчас ясно: в этой предвыборной гонке будут применяться совершенно новые технологии.

Мэр Самары и член партии «Справедливая Россия» Виктор Тархов рассуждает на тему предстоящих выборов, о политических ноу-хау и проблемах муниципальной власти в российских регионах.

— Виктор Александрович, две недели назад случился крупный скандал, связанный с резким ростом тарифов, с бурными акциями протестов в регионах. Скандал разросся до такой степени, что Дмитрий Медведев лично поручил вице-премьеру Дмитрию Козаку разобраться в ситуации. А спикер Госдумы Борис Грызлов провел селекторное совещание, где вы подверглись публичной порке. В Самаре все так плохо?

— Тарифы на ЖКХ поднимаются в нашей стране каждый год. Здесь нет ничего особенного. И прошу заметить, тарифную сетку формируют не города, а регионы. И в этом году правительство Самарской губернии утвердило предельные индексы, Самара в них полностью уложилась, не превышая лимита.

Более того, чтобы четко представлять картину, мы каждый год рассчитываем, как тот или иной тариф будет выражаться в месячном денежном эквиваленте. Ориентиром считаем 2-комнатную квартиру в многоэтажке на трех человек, площадью 54 квадратных метра.

Понятно, что повышение тарифов никогда не сопровождается радостными эмоциями у населения. Однако сказать, чтобы нас население упрекало, я тоже не могу, в этом году рост тарифов в Самаре не превышает 15% при лимите в 16%.  А судя по отчету Федеральной службы по тарифам, Самара даже не входит в группу регионов, где тарифы балансируют на грани возможного, таких как Москва, Белгородская область и т.д.

Наибольший рост тарифов был на воду, это тот тариф, который город формирует самостоятельно. Этому есть объективные причины. Образование повышенных «водных» тарифов — следствие жесткого условия Минрегионразвития и Федерального фонда развития ЖКХ: в этом году уйти от перекрестного финансирования. Это когда власти финансируют и поставщика, и получателя электроэнергии. Если мы не сумеем этого сделать, то нас не включат в федеральную программу по субсидированию ремонта ветхих зданий и переселению из аварийного жилья, что для Самары очень актуально.

Поэтому по воде в этом году мы и повысили ставки на 40—50%, но за нормы не вышли. Это сложно было сделать, но решить задачу мы сумели. И уже отправили заявку в Фонд развития ЖКХ на финансирование ремонта городского жилья. В общем, рост тарифов мы проехали сравнительно легко.

— Если все так хорошо, почему на состоявшемся селекторном совещании, транслировавшемся на всю страну, Борис Грызлов подверг критике лично вас и Самару, а затем к вам с проверками прилетел целый «медвежий десант» во главе с зампредом «Единой России» Виктором Пехтиным?

— На селекторное совещание меня даже не пригласили, там почему-то участвовали только представители губернской думы от «Единой России». Однако я все же приехал. И когда Самару подвергли не только критике, а, я бы сказал, остракизму, я не выдержал и выступил. Мы поговорили на повышенных тонах. Затем приняли комиссию из Москвы.

Они посетили городской «Водоканал», затем несколько часов заседали в губернской думе. При этом никого не смущало, что тарифы у нас меньше на 60%, чем, например, в том же Тольятти. Однако проверялась именно Самара.

— С чем это связано?

— С политическим заказом. Такое предвыборное ноу-хау. Мне стало это предельно ясно, когда Борис Вячеславович упрекнул меня еще и в завышенных тарифах на газ. Любой чиновник знает, что в нашей стране к формированию тарифов на газ муниципалитеты не имеют никакого отношения. Просто председателя государевой думы плохо подготовили к этому совещанию. Смыслом всей этой истории были отнюдь не тарифы на ЖКХ.

— Странно получается. Для того чтобы дискредитировать мэра, пусть крупного, но все же одного из городов России, фактически мобилизуется четвертое лицо в государстве, целый спикер Госдумы вместе со своими соратниками, не много ли чести?

— Согласен. Я бы понял, если бы на проблему роста тарифов обратили внимание премьер или вице-премьер, курирующий это направление. А тут целая государева дума. Да, в городе есть проблемы, как и в самой области, как и во всей стране. Но в Самаре они всегда решаются стопроцентно собственными силами.

Не стоит забывать, что Самара не просто один из городов России. Это неотъемлемая часть региона, где присутствует прямой интерес Москвы в лице госкорпораций. И прежде всего это АвтоВАЗ. А Борис Вячеславович Грызлов не только спикер, он еще и лидер партии власти. И тот факт, что Самара сегодня единственный из городов-миллионников, где у руля стоит не единоросс, а представитель «Справедливой России», видимо, кого-то сильно коробит.

— То есть это сугубо партийный конфликт, ничего личного?

— Да. Люди не заняты работой, они больше заняты подготовкой к выборам, которые пройдут у нас в октябре. Вот и изобретают предвыборные ноу-хау.

— А вы баллотироваться на следующий срок собираетесь?

— Безусловно.

— Интерес Москвы, госкорпораций и единороссов в Самаре и Самарской области понятен. Но ведь вы тоже связаны интересами. Просто другими. Ни для кого не секрет, что в вашей победе на выборах мэра в 2006 году были заинтересованы мощные финансово-промышленные группы «Волгабурмаш» и «Волгопромгаз», а также группа компаний СОК. Тогда в чем разница между вами и ними?

— Я никогда и не скрывал того, что в моем избрании участвовали различные структуры, в том числе и те, которые вы назвали. Я привел к власти команду менеджеров и формировал свое окружение, в том числе и из выходцев из бизнес-структур. Разница в том, что для меня главный критерий при приеме на работу не партийная принадлежность и не дружеские связи, а желание и умение работать.

За эти годы ко мне в мэрию пришли работать больше десятка людей из бизнеса. Это все толковые и грамотные ребята. Во многом благодаря такому взаимодействию совсем недавно город получил современный медицинский центр, ориентированный на сердечно-сосудистые заболевания. Удалось начать перспективнейший проект по застройке левого берега реки Самары. Это строительство так называемой одноэтажной Самары, рассчитанной на средний класс, что для нашего перенаселенного города остроактуально. С «менеджерами» приятно иметь дело, они не привыкли бумажки с места на место перекладывать, они привыкли достигать результата.

— А вам никогда не предлагали перейти в «Единую Россию»?

— Никогда. Знают мой характер, я в любом случае откажусь. Для меня, как мэра, партийная принадлежность не имеет определяющего значения. Тем не менее быть единороссом — значит всегда соглашаться с политикой партии. А я, как глава муниципалитета, часто против.

— И скандальную критику Сергея Миронова вы поддерживаете? Я не про то, что он фактически заявил, что политика «Единой России» — «дрянь», этим уже никого не удивишь. Я про то, что он лично Владимира Путина связал с этим.

— Я не только поддерживаю это высказывание Сергея Михайловича, но и, больше того, считаю его мягким. Именно премьер-министр Путин ответствен за то, что у нас в стране отсутствует грамотная промышленная политика. Возьмем два примера.

Ежегодно российской казне наносится колоссальный ущерб. Пропадают крышки канализационных люков, сделанные у нас по старинке, из чугуна. Технология проста. Снял крышку люка, распилил, пошел, сдал, выпил. И так далее. Если же чугунные крышки заменить на так называемые пластиковые со стальными корпусами и специальными замками, получится огромная экономия для муниципальных бюджетов. Тем более что российские разработки в этой области есть.

Второй пример. Существует проблема развития Сибири и Дальнего Востока. Ее можно существенно упростить в разы путем изменения двух положений в Воздушном кодексе РФ. Определить воздушный эшелон, то есть высоту полета для легкой авиации, и ввести уведомительный характер подачи разрешений на полеты. Перевозка грузов упростится и станет более доступной для малого и среднего бизнеса. Моментально эти регионы оживут. С этим согласны все специалисты. Однако ничего не происходит.

Таких примеров можно приводить сотни. Проблема не в отдельных чиновниках, проблема в том, что у нас отсутствует единая промышленная политика. Зато присутствует особый стиль управления «с Монблана», который насаждается во власти. Это когда я сижу наверху и наблюдаю, что происходит там внизу. Но этот стиль не подходит для реальной работы на местах.

— Так на местах пока по-другому, разве нет? Ведь мэры городов — фактически последняя государственная должность такого уровня, избираемая прямым голосованием. Значит, и влияние центра ограничено?

— Правда. Однако есть проблемы. Первая — большинство «прав и свобод» муниципалитетов, дарованных законом о местном самоуправлении, фактически купируются многочисленными постановлениями и указами сверху. Но даже не это главное. Муниципалитетам не хватает денег на реализацию объема полномочий, прописанных в законе. Бюджетная политика в стране выстроена так, что мы, находясь ближе всего к местным проблемам, видя их ежедневно, не имеем возможности их эффективно и быстро решать, не имея средств. Ведь большая часть налогов, собранных на местах, к нам не возвращается. Неправильно, когда бюджет формируется сверху и возникает масса неоправданных расходов, связанных с под¬держкой необоснованного величия и супердорогих, но зачастую никчемных проектов. А на местах перебиваются с хлеба на воду.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera