Сюжеты

Как своим отмазать наших

Комикс-расследование о провокаторе, попытке коммерческого подкупа, аресте с поличным, нежном правосудии и о провале явки с повинной

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 58 от 2 июня 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Сергей Соколовзамглавного редактора

1. Уверенный в себе молодой человек с весьма неспокойными глазами подъехал к редакции «Новой» на черном «Мерседесе» без номеров 19 марта 2009 года. 2. До того — 12 марта — он звонил на предмет рекламы, ссылался на известного в прошлом...

25 марта 2013 года. Заявление главного редактора «Новой газеты»:

Дмитрий МУРАТОВ

— Мы опознали человека, который провоцирует журналистов «МК» в видеороликах, выложенных недавно в сеть. Он похож на того самого типа, что пытался в 2009-м году подкупить «Новую газету», но был задержан при передаче денег вызванными сотрудниками правоохранительных органов. Человек этот представился нам «пиарщиком Крестовским», но оказался в прошлом активистом движения «Наши» Дмитрием Копыловым. История тогда не закончилась ничем: пойманного при передаче крупной суммы денег и рассекреченного провокатора Копылова-Крестовского суд впоследствии освободил «в связи с деятельным раскаянием»...

Как это было

Публикация «Новой газеты» от 2.06.2010 (см. №58 за 2010 г.)

1. Уверенный в себе молодой человек с весьма неспокойными глазами подъехал к редакции «Новой» на черном «Мерседесе» без номеров 19 марта 2009 года.

2. До того — 12 марта — он звонил на предмет рекламы, ссылался на известного в прошлом публициста, который выступал рекомендателем. Публицист действительно рекомендовал.

Юноша упитанной наружности представился пиарщиком Крестовским и  сообщил: что ему подвластны бюжеты парламентских партий и непарламентских сил, что он на короткой ноге с редакторами уважаемых изданий, чью политику ему удалось «скорректировать» за некоторую сумму, и что только «Новая газета» почему-то осталась без того золотого потока, который низвергается его силами.

3. И далее завел речь вовсе не о рекламе — о «заказухе». Молодой человек предположил, что авторы «Новой» за деньги способны написать ересь. Например, Кирилл Рогов о том, что двоевластие соответствует нашей исторической традиции; Александр Солдатов — что патриарх разрушает церковь; а Павел Каныгин о том, что наступила весна и это очень радостно, хотя из-под снега вылезает всякая дрянь…

И в подтверждение своих слов протянул листочек. Наверное, он мог бы называться бизнес-планом, если бы не содержал столько грамматических ошибок, а также путаницу в именах журналистов и их специализации.


4. Должен покаяться: я и замдиректора писали разговор на диктофон, потому что золотой поток без номеров обычно приезжает повторно с ОМОНом или сопровождается еще какой-нибудь пакостью.

Крестовский: «Через меня идет примерно 3—4 миллиона в месяц», «есть у меня в районе десяти опальных олигархов и партий <…>, которые заказывают мне статьи», «понятно, что речь идет о нелегальной бухгалтерии»… Сулил эти миллионы и закончил так: «Если приходит заказ на уничтожение человека, это на уничтожение человека. Если распиаривание, то распиаривание. <…> Сколько будет стоить одна восьмая?» (Речь о 1/8 газетной полосы, подобную площадь покупают под рекламные модули ну очень бедные организации. С. С.)

Короче — лажа: попытка подкупа неясной этиологии. И хотя я объяснял молодому человеку с чистыми глазами комсомольца 70-х, что, исполняя условия его коммерческого предложения, нарушу закон и буду принуждать журналистов к неестественному обращению со словом и мыслью, — Крестовский только понимающе улыбался…

Проводив гостя к выходу, мы позвонили в УБЭП ГУВД и написали заявление: о попытке коммерческого подкупа  — статья в 204 УК РФ.

5. 25 марта договорились о встрече. В ресторане. «Согласились» на условия, велели быть с деньгами — 90 тысяч. Выслушали инструктаж оперов, взяли их диктофон и скрытую камеру. Ели греческий салат. Рядом за столиком пили чай оперативники.

За деньгами спустились в тот же «Мерседес» без номеров. Водитель — будто многократно репетировал — молча вылез из машины. А нам в ладони стали класть тщательно пересчитываемые денежные средства. Камера работала. Диктофон — тоже. Тысячи не хватало. Молодой человек сконфузился, как-то особенно забегал глазами, будто перед ним образовался рой хаотично перемещающихся мух, и обещал донести.

Как только мы вышли из машины, в нее тут же вошли оперативники со своей видеокамерой и взяли с поличным, а наличные мы им передали тут же под видеозапись.

Сдвинув солонки, опера стали переписывать денежные купюры. Рядом очень сильно ругалась управляющая рестораном: оказывается, у нее за неделю уже было два подобных задержания — клиенты беспокоятся…

Из документов следовало, что юноша — не Крестовский, а Дмитрий Копылов, 1986 года рождения. Рассекреченный Копылов укоризненно качал головой в нашу сторону, про 89 тысяч он, конечно, ничего не знал и был похож на воробья, с лёта врезавшегося в ворону. У него еще нашли удостоверение: «Комитет по борьбе с организованной преступностью и коррупцией», Дмитрий Копылов в нем числился оперативным сотрудником. Опера засмеялись: подобные ксивы разнообразных комитетов, созданных бывшими силовиками, они изымают тоннами…

6. Борца с коррупцией доставили в УБЭП, откуда вечером, впрочем, отпустили. Эвакуация сопровождалась не совсем понятными телодвижениями обвиняемого. Когда к воротам подкатил потрепанный «Ягуар», Крестовский (он же Копылов) ринулся к нему, натянув на голову куртку, и запрыгнул в машину чуть ли не на ходу.

Тем временем выяснились подробности его биографии. 4 декабря 2005 года Д. Копылов, будучи наблюдателем от «Наших» на выборах, давал интервью ТВЦ.


7. А в 2007 году человек по фамилии Копылов банальном образом попал в  отделение по небанальному, правда, поводу — был навязчив по отношению к Михаилу Касьянову. Сначала из неких машин под автомобиль экс-премьера на полном ходу кидали грабли, а потом те же машины припарковались у офиса М.М. Касьянова — в  одной наряд милиции и обнаружил человека по фамилии Копылов.


8. В день задержания мы позвонили в информационный центр движения «Наши» — и нам очень любезно и оперативно предоставили мобильный телефон Дмитрия Копылова (вот что значит штабная культура). Когда же о задержании стало известно, мы связались с «Нашими» повторно — после длительной паузы нам сообщили: Копылов уже год не активист, у «Наших» не появляется, как связаться, не знаем, — что подтвердила пресс-секретарь Кристина Потупчик: «Комиссаром не был. Активистом был».


9. Следствие вел СО при Хорошевской прокуратуре. Меня как заявителя, например, беспокоить не стали. В итоге создали обвинительное заключение, перепутав в нем инициалы и последовательность событий.

На первое заседание в Хорошевский суд подсудимый не явился — болел. Явился на второе, сидел в уголке, не боялся камер и слушал хорошо пахнущего адвоката. Судье сообщил, что плохо себя чувствует, и был отпущен.

10. 26 августа 2009 года — третья попытка начать заседание. Судья Надежда Солодкова и прокурор Вера Червонова возмущены тем, как нарушаются права подсудимого: в обвинительном заключении перепутаны его инициалы, следовательно, проводить судебное заседание — издевательство над законом. Впрочем, прокурор очень нервничала и куда-то бегала, прежде чем заявить о том, что уголовное дело, подписанное ее начальником, необходимо отдать ее же начальнику для устранения недостатков. Судья постановила — вернуть дело прокурору.

11. Наверное, прокурор был очень недоволен, может быть, даже устроил нагоняй и переслал дело обратно в следственный отдел. Полгода тишины: не вызывали, не звонили, очных ставок не проводили… Мы проявили беспокойство, и 25 января 2010 года старший помощник руководителя следственного управления по городу Москве Л.Е. Меркулова сообщила нам важную информацию (11): уголовное дело №  377328 действительно «имеется» и «находится на изучении на предмет полноты, объективности и всесторонности предварительного следствия».



12. Наверное, инициалы уточняют, подумали мы и даже помечтали: вдруг еще ищут тех, кто сподвиг Копылова на преступление, попросив подкупить «Новую газету»?

Тут, как говорят в определенных кругах, — щаз-з-з.

Неделю назад пришла другая бумага (12) — знакомые адвокаты долго плакали по прочтении и просили ксерокопировать на память.

«Постановлением следователя СО по Хорошевскому району 23.10.2009 уголовное дело <…> прекращено <…> в связи с деятельным раскаянием обвиняемого Копылова Д.В.». Подпись: руководитель отдела процессуального контроля в сфере противодействия коррупции Следственного управления по Москве А.А. Муравьев.




Первая мысль была о госпоже Меркуловой, что сидит в том же здании, считается старшим помощником руководителя, и которая в январе 2010 года была в полной уверенности, что «дело находится на изучении», а дело-то, оказывается, закрыто еще в октябре прошлого года. Как-то нехорошо обошлись с женщиной…

А потом — как-то жестко нагнули закон. Ведь что такое «деятельное раскаяние» (согласно процессуальным нормам) — во-первых, преступник, которого замучила совесть, сам приходит в органы и пишет явку с повинной. В нашем случае задержание с поличным и чуть было не состоявшийся суд делают невозможным подобную разновидность встречи с законом.

Во-вторых, преступник должен активно помогать следствию — то есть сдать подельников. И мы бы, скорее всего, и оставили бы Д. Копылова в покое — дальше бороться за суверенную демократию на машине без номеров, если бы он рассказал под протокол: кто это все придумал, кто ему передавал деньги и каково их происхождение. Но никакого уголовного дела в отношении организаторов и финансистов коммерческого подкупа «Новой газеты» нет.

В-третьих, злоумышленник должен был загладить тот материальный и моральный вред, который нанес своим противоправным поступком. По поводу исчезнувшей тысячи ничего не знаем — пусть тот, кто давал, предъявляет претензии, а вот перед газетой следовало бы извиниться.

Ничего этого сделано не было. И потому «деятельное раскаянье», как нам кажется, могло произойти не с ним, а со следователем. Причины подобной милости органов, от которых скорее можно получить 10 лет без права переписки за зевок в неположенном месте, чем они закроют дело причине деятельного раскаяния, нам остается только домысливать. Судя по всему, те, кого Копылов-Крестовский должен был сдать, оказались людьми государственного масштаба, способными объяснить начальству следователя, что никакого преступления не было — просто агент провалился.

И в этой связи вопросы прокурорам: статья 204 УК не предполагает иных потерпевших, кроме государства, означает ли в таком случае прекращение данного уголовного дела, что государство не считает себя потерпевшим, потому что само все это устроило? Означает ли это, что на службе государства состоят провокаторы и преступники, в отношении которых закон не работает?

 

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera