Сюжеты

Объясняю на «пальчиках»

Дактилоскопическая регистрация в России неэффективна для опознания, зато позволяет с легкостью фальсифицировать уголовные дела

Этот материал вышел в № 57 от 31 мая 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Побудительным мотивом для написания этой статьи явилось появление в специальной литературе [3-5] публикаций отдельных авторов, основанных на поверхностном подходе к решению проблемы идентификационной регистрации в Российской Федерации в...

Побудительным мотивом для написания этой статьи явилось появление в специальной литературе [3-5] публикаций отдельных авторов, основанных на поверхностном подходе к решению проблемы идентификационной регистрации в Российской Федерации в целом, и обязательной государственной дактилоскопической регистрации, - в частности.

Задачей настоящего исследования статьи автор ставил не выяснение причин столь энергичной интеллектуальной поддержки действующих нормативных актов, а фактографический анализ законодательной базы обязательной дактилоскопической регистрации в России с точки зрения:

практической значимости дактилоскопии для идентификации личности по исходам событий с массовыми человеческими жертвами;

отдельных аспектов доказательственной ценности традиционной дактилоскопии и

возможных негативных социальных последствий правоприменительной практики при сохранении status quo действующих нормативных правовых актов.

Проведенный анализ созвучен с положениями, содержащимися в Указе Президента Российской Федерации от 10 января 2000 года № 24 «О концепции национальной безопасности Российской Федерации»:

«Угроза криминализации общественных отношений, складывающихся в процессе реформирования социально - политического устройства и экономической деятельности, приобретает особую остроту. Серьезные просчеты, допущенные на начальном этапе проведения реформ в экономической, военной, правоохранительной и иных сферах государственной деятельности, ослабление системы государственного регулирования и контроля, несовершенство правовой базы и отсутствие сильной социальной государственной политики, снижение духовно - нравственного потенциала общества являются основными факторами, способствующими росту преступности, особенно ее организационных форм, а также коррупции. В связи с этим борьба с организованной преступностью и коррупцией имеет не только правовой, но и политический характер».

С 1 января 1999 года вступил в силу Федеральный закон “О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации” № 128-ФЗ, в котором законодателем декларируются основные принципы такой деятельности: соблюдение прав и свобод человека и гражданина, законность, гуманизм, конфиденциальность, сочетание добровольности и обязательности [12]. Указанный нормативный правовой акт предусматривает обязательную дактилоскопическую регистрацию военнослужащих силовых структур (ст.9), которая в органах федеральной службы безопасности проводится соответствующими кадровыми подразделениями.

Правовую базу дактилоскопической регистрации в Российской Федерации, кроме этого, составляют:

Федеральный закон № 135-ФЗ от 07.11.2000 года «О внесении изменений и дополнений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации»;

Постановление Правительства Российской Федерации от 25.12.1998 года «Об утверждении Положения о направлении материальных носителей, содержащих дактилоскопическую информацию, в органы внутренних дел»;

Совместный Приказ МВД РФ, МЧС РФ, Минобороны РФ, МНС РФ, Минюста РФ, ГТК РФ, СВР РФ, ФСВТ РФ, ФСЖВ РФ, ФМС  РФ, ФСБ РФ, ФСНП РФ, ФПС РФ и ФАПСИ от 17 ноября 1999 года №№ 643, 531, 549, АП-3-24/364, 331, 786, 82, 112, 363, 96, 423, 413, 357, 620, 189, «Об утверждении Положения о порядке формирования и ведения информационного массива, создаваемого в процессе проведения государственной дактилоскопической регистрации»;

Положительным обстоятельством является то, что в ФЗ-128 впервые законодательно предусмотрен механизм пересечения потоков постмортальной (РМ) и антемортальной (АМ) информации в виде следов папиллярных узоров.

Общеизвестно, что с идентификационной точки зрения одинаково значимым является отображение узоров гребешковой кожи вне зависимости от ее локализации (пальцы рук, ладони, пальцы ног, подошвы), однако в законе предусмотрена возможность использования только отображений гребешковой кожи пальцев рук.

В целях корректной оценки результативности дактилоскопии при идентификации личности жертв чрезвычайных ситуаций военного характера в 124 Центральной лаборатории медико-криминалистической идентификации МО РФ исследована полноценность дактилоскопической информации (ограниченной рамками ФЗ-128) на погибших в ходе вооруженных конфликтов в Чеченской республике 1994-1996 и 1999-2001 гг. Из анализа периода 1994-1996 гг. следует, что получение отображений гребешковой кожи только пальцев рук оказалось технически осуществимым, в среднем, в 39% случаев.

Полную дактилоскопическую информацию, то есть отображения гребешковой кожи не только пальцев рук, но и иной локализации (пальцы рук, ладони, подошвы, пальцы ног) удалось получить в 51% случаев. Полную РМ дактилоскопическую информацию получали в целях использования методов дерматоглифики для установления личности по признакам кровного родства [1,2,6,11]. В 49% случаев дактилоскопирование погибших оказалось невозможным, в связи с необратимой утратой гребешковой кожи или ее следообразующих свойств.

Следует заметить, что на телах, относящихся к категории непригодных для визуального опознания, стойкость папиллярных узоров подошв и пальцев ног значительно выше, в сравнении с гребешковой кожей ладоней и пальцев рук. Это обусловлено как особенностями современной боевой травмы (ноги, обутые в табельную обувь, сгорают в последнюю очередь); так и большей устойчивостью кожи подошв и пальцев ног к развитию поздних трупных явлений в виде гнилостного распада.

Таким образом, при условии безукоризненности АМ - базы данных, которая законодательно ограничена только отпечатками пальцев рук, пересечение ее с потоком РМ - информации могло дать усредненную вероятность идентификации личности в 39% случаев гибели. В отношении «безукоризненности» и в связи с отсутствием отечественного опыта уместна ссылка на многолетнюю практику криминалистических подразделений ФБР которая показывает, что 30% дактилоскопической информации при формировании АМ - баз данных, бракуется в связи с невозможностью классифицирования отпечатков. Причина заключается в технических погрешностях, сопутствующих получению отображений папиллярных узоров при массовом проведении регистрационных мероприятий. Отсюда – снижение теоретически ожидаемой эффективности дактилоскопии, как метода выбора идентификации личности, до 27% случаев [10]. Реально же в ходе первой Чеченской кампании представилось возможным идентифицировать личности всего 6-ти человек, которых дактилоскопировали при жизни в порядке действия уголовного законодательства.

В период второй Чеченской кампании, получение постмортальной дактилоскопической информации оказалось технически осуществимым, в среднем, в 80% случаев. Большая сохранность пальцев рук на погибших в период 1999-2001 гг. в сравнении с периодом первой Чеченской кампании объясняется изменением характера боевой травмы. Такой объем РМ - составляющей дактилоскопической информации в расчете на полноценность АМ - массива, казалось бы, должен был существенно облегчить проведение идентификационных работ. Однако практика показала неизменно ничтожную результативность: всего 14 человек идентифицированы при использовании АМ дактилоскопической информации. Этот факт объясним инертностью организационных механизмов при проведении превентивной дактилоскопической регистрации.

Негативный потенциал ключевых положений законодательного акта, регулирующего порядок получения, хранения и использования дактилоскопической информации в Российской Федерации заключается в ошибочной концепции, допускающей возможность ущемления прав военнослужащих (в отдаленной перспективе - большей части дееспособного мужского населения страны), гарантированных статьей 23 Конституции РФ.

Исходя из содержания подзаконных актов, реализующих Федеральный закон № 128-ФЗ от 25.07.1998 года, назрела необходимость расширительного анализа правозащитных аспектов, поскольку угроза правам человека в погонах не является умозрительной и определяется двумя составляющими:

возможностью точного копирования (соответственно, - тиражирования) отображений гребешковой кожи и отсутствием надежных механизмов обеспечения конфиденциальности дактилоскопической информации системного и организационного характера;

Возможность точного копирования дактилоскопической информации экспериментально исследовалась в 124 ЦЛ МКИ МО РФ в рамках одной из научно-исследовательских работ. При этом установлены следующие варианты копирования (подделки) дактилоскопической информации:

изготовление трехмерной (объемной) копии пальцевого отпечатка;

применение электронных и фотохимических технологий для изготовления двухмерной (плоское клише) копии пальцевого отпечатка при использовании дактилоскопической информации, как на твердых, так и на магнитных носителях;

Изготовление трехмерной копии пальцевого отпечатка производится путем манипулирования слепочными массами в два этапа: изготовление рельефного негативного оттиска, затем заливка самозатвердевающими латексными материалами (стоматологическая масса «Дентафлекс») с получением рельефного позитивного оттиска, отображающего в точности мельчайшие детали гребешковых узоров.

Изготовление двухмерной копии пальцевого отпечатка (плоского клише) производится путем манипулирования с твердыми и электронными копиями дактилоскопической информации в несколько этапов:

сканирование твердой копии пальцевого отпечатка или использование готовой электронной копии пальцевого отпечатка;

распечатка на лазерном принтере негативного отображения пальцевого отпечатка с использованием прозрачной пленки;

изготовление «ложа» для плоского клише, размещение на дне «ложа» негативного отображения пальцевого отпечатка на прозрачной пленке;

заливка «ложа» фотополимером;

экспозиция под ультрафиолетовыми лучами в течение 15-20 минут;

механическая очистка под струей воды не прореагировавшего фотополимера;

Исследование полученных оттисков с трех - и двухмерных копий гребешковой кожи пальцев рук проводилось с применением традиционных методов и с использованием программно-аппаратного комплекса АДИС «Папилон-7». При этом установлено, что следообразующие характеристики гребешковой кожи пальцев рук человека безупречно воспроизводимы полученными с них полимерными копиями. Автоматический поиск в базе регистрационных данных компьютерной комплекса «Папилон-7» с применением «живого сканера» дает равнозначный результат как при работе с истинными пальцами, так и с их подделками [13,14].

Коль скоро неповторимость общих и частных признаков  папиллярных узоров в трасологическом отношении прекратила свое существование тождественность признакового пространства сравниваемых объектов дактилоскопической экспертизы следует оценивать только как свидетельство идентичности следов, но не как прямое доказательство идентификации личности человека.

Условия системного характера, способствующие утечке дактилоскопической информации:

1. Законодательное закрепление совместного хранения информации о личности как установочного, так и криминалистического характера. Так базовая дефиниция ФЗ-128 закона определяет, что «под дактилоскопической информацией следует понимать информацию об особенностях строения папиллярных узоров пальцев рук человека и его личности».

2. Законодательное закрепление за одним ведомством функции «национального банка дактилоскопической информации» как в отношении нарушителей правопорядка, так и законопослушных граждан. Наиболее обстоятельно это раскрыто в Межведомственном Приказе, статья 6.1.которого гласит: «Массив дактилоскопической информации о личном составе Минобороны России, ФМС России (за исключением должностей в оперативных органах), ФСЖВ России, МВД России. ГТК России, Минюста России, МЧС России, профессиональных аварийно-спасательных служб и профессиональных аварийно-спасательных формирований, Федеральной службы воздушного транспорта России, предприятий гражданской и экспериментальной авиации,

а также лиц, уволенных со службы (работы) из органов федеральной службы безопасности, СВР России, ФСО России, ФСНП России, МНС России, федеральных органов правительственной связи и информации, органов внешней разведки Минобороны России, органов внешней разведки ФПС России (далее – межведомственный дактилоскопический массив личного состава), формирование и ведение которого осуществляет МВД России».

Условия системного характера, исключающие обеспечение строгой конфиденциальности дактилоскопической информации:

1. Статья 40 Межведомственного Приказа гласит о том, что доступ к этой информации, «может быть (а может и не быть - прим. авт) ограничен требованиями нормативных правовых актов в области защиты государственной тайны». Неопределенность формулировки сама по себе закладывает нормативную основу для вольного обращения с регистрационными базами данных.

2. Регистрационная информация доступна как следователям, так и сотрудникам оперативного состава, что определяется ст. 33 Межведомственного Приказа: «Дактилоскопическая информация из информационного массива…предоставляется…органам предварительного следствия, органам дознания, органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность». Кроме того, «При необходимости проведения срочной проверки инициатором запроса осуществляется «веерное» (одновременно во все дактилоскопические массивы) направление запроса. При этом допускается использование копий дактилоскопических карт, пригодных для проведения дактилоскопических исследований (Ст.39)».

Таким образом, конфиденциальная информация криминалистического характера о личном составе всех силовых структур либо немедленно по ее получении, либо отсрочено (окончание установленных сроков службы в спецслужбах) сосредотачивается в одном ведомстве, - Министерстве внутренних дел России.

Учитывая «чистоту рядов» министерства, на которое возложена обязанность формирования и ведения «межведомственного дактилоскопического массива», размытое толкование конфиденциальности в подзаконных актах, опасение утечки дактилоскопической информации не лишено оснований. При использовании фальсификаторами уголовных дел копий пальцевых отпечатков, «обнаруженных» на псевдо - вещественных доказательствах, и «веерном» обращении ко всем дактилоскопическим массивам безошибочно сработает программно - аппаратный комплекс АДИС «Папилон-7», найдя «преступника» в считанные секунды.

Это грозит не серией, а просто обвалом фальсификаций уголовных дел с использованием дактилоскопической информации, как одного из исторически проверенных доказательств «вины» любого из граждан, прошедших процедуру дактилоскопической регистрации.

Необходимость проведения превентивной идентификационной регистрации контингентов профессионально предопределенного риска для жизни (КППР) ни у кого не вызывает сомнений. Но законодательный акт, альтернативный ФЗ-128, должен быть иным по идеологии, правовой и методической основе [15], отвечающим следующим принципам:

регистрация, учет и хранение демографических данных о КППР с присвоением персонального цифрового кода;

регистрация, учет и хранение информации идентификационного характера о КППР с присвоением персонального цифрового кода;

регистрация, хранение трех уровней идентификационно значимой информации под единым персональным цифровым кодом в расчете на 100% результат идентификации;

раздельное хранение демографических данных о КППР и информации идентификационного характера при идентичности персонального цифрового кодирования демографических данных и идентификационно значимой информации;

хранение демографических данных о КППР – в органах военного управления по учету личного состава Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов;

хранение идентификационно значимой информации КППР – в специализированной структуре идентификационной регистрации, учета и идентификации;

использование идентификационно значимой информации по строго ограниченному списочному составу потерь в ходе вооруженного конфликта путем активизации оперативной базы данных.

Такой законопроект под названием «Об идентификационной регистрации и идентификации личности в Вооруженных Силах, других войсках, воинских формированиях и органах Российской Федерации» разработан и совершенствуется с 1998 года [7-10]. В разработанном законопроекте дактилоскопическая информация является только одним из трех уровней регистрируемой идентификационно значимой информации.

Выводы:

С развитием вычислительной техники и технологий изготовления полимерных материалов стала реальной возможность точного копирования отображений гребешковой кожи, соответственно, базовая методологическая характеристика отображений гребешковой кожи, - неповторимая совокупность общих и частных признаков, - прекратила свое существование. Тождественность признакового пространства сравниваемых отображений гребешковой кожи в дактилоскопической экспертизе должна оцениваться только как идентичность следов, а не как свидетельство идентификации личности человека;

С методической точки зрения ФЗ-128 – закон одного метода, искусственно ограничивающий возможности самого метода, имеющий низкую практическую результативность при решении идентификационных задач по исходам событий с массовыми человеческими жертвами.

В ФЗ-128 и действующем формате подкрепляющих его подзаконных актов заложены системные условия, способствующие утечке конфиденциальной информации криминалистического характера и использования ее в противоправных целях. Принимая во внимание специфику слоя законопослушных граждан, прошедших процедуру обязательной дактилоскопической регистрации, отдельные положения этих нормативных правовых актов содержат предпосылки к возникновению угроз НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ.

Радикально ситуация может быть изменена путем внесения соответствующих изменений и дополнений в действующий ФЗ-128, либо принятия законодательного акта на иной идеологической, нормативной и методической основе.

Список литературы:

1. Акопов В.И., Божченко А.П., Ракитин В.А., Щербаков В.В., Юнусова О.М. /Организационные и научные вопросы медико-криминалистической идентификации личности неопознанного трупа с помощью дерматоглифики пальцев рук и ног. // Проблемы экспертизы в медицине т. 1., № 2, с. 8-12

2. А.П. Божченко, В.А. Ракитин, А.И. Самарин, В.В. Щербаков /Методы дерматоглифики в идентификации личности погибших //Монография. Ростиздат. 2002 год, 159 с.

3. В.В. Колкутин, П.В. Пинчук. О реализации в Министерстве обороны Российской Федерации положений Федерального закона «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации». История, современность и перспективы судебно-медицинской экспертизы в Вооруженных Силах Российской Федерации. Сборник трудов ЦСМЛ МО РФ к 100-летию М.И.Авдеева. Москва. ГВКГ им. Н.Н.Бурденко. 2001 год. С. 136-138.

4. П.В. Пинчук. Критический анализ положений Федерального закона «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации». История, современность и перспективы судебно-медицинской экспертизы в Вооруженных Силах Российской Федерации. Сборник трудов ЦСМЛ МО РФ к 100-летию М.И.Авдеева. Москва. ГВКГ им. Н.Н.Бурденко. 2001 год. С. 138-139.

5. В.В. Колкутин, П.В. Пинчук. Возможность использования программно-аппаратного комплекса АДИС «Папилон-7» для целей медико-криминалистической регистрации и идентификации. История, современность и перспективы судебно-медицинской экспертизы в Вооруженных Силах Российской Федерации. Сборник трудов ЦСМЛ МО РФ к 100-летию М.И.Авдеева. Москва. ГВКГ им. Н.Н.Бурденко. 2001 год. С. 139-142.

6. Ракитин В.А., Щербаков В.В., Гончаров Ю.Ф., Петров С.С., Рамазанова Л.И., Кравченко И.А./ Способ идентификации тела погибшего.//Решение о выдаче патента на изобретение № 2096021 от 13.05.96 Всероссийского научно-исследовательского института государственной патентной экспертизы (ВНИИГПЭ).

7. Щербаков В.В., Крымова Т.Г./О варианте организационного механизма медико-криминалистической регистрации и идентификации.//Известия высших учебных заведений (Северо-Кавказский регион), Ростов-на-Дону, 1999, № 3, с. 102-106.

8. Щербаков В.В., Крымова Т.Г. /О варианте организационного механизма медико-криминалистической регистрации и идентификации.// Северно-Кавказский юридический вестник, Ростов-на-Дону, 1999, № 1, с. 139-148.

9. В.В.Щербаков./О законодательной базе медико-криминалистической идентификации личности человека в Вооруженных Силах и других войсках Российской Федерации.//Материалы научно-практической конференции «Актуальные вопросы идентификации личности». Санкт-Петербург 17 декабря 1998 г, с. 20-23.

10. В.В.Щербаков /Организационные проблемы медико-криминалистической регистрации и идентификации личности контингентов профессионально предопределенного риска для жизни.//Судебно-медицинская экспертиза. Москва., т. 43, № 5, 2000 г., с. 18-22.

11. Щербаков В.В., Ракитин В.А., Гончаров Ю.Ф., Петров С.С., Рамазанова Л.И., Кравченко И.А.// Способ идентификации тела погибшего.//Решение о выдаче патента на изобретение № 2093073 от 06.05.96 Всероссийского научно-исследовательского института государственной патентной экспертизы (ВНИИГПЭ).

12. Федеральный закон № 128-ФЗ от 25.07.1998 года «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации».

13. В.В.Щербаков, М.Н. Александров /О некоторых негативных моментах в практике применения законодательства, регулирующего обязательную государственную дактилоскопическую регистрацию в Российской Федерации //Финансы. Право. Менеджмент. Правовой информационно-аналитический журнал. № 6, 2003 г., С.23-26. Москва.

14. В.В.Щербаков, М.Н. Александров. /Правовая характеристика обязательной государственной дактилоскопической регистрации в свете положений концепции национальной безопасности Российской Федерации // Мир безопасности. № 4(113), 2003 г., С. 46-47. Москва.

15. В.В.Щербаков и соавт. Поисковые исследования и разработка организационно-правовых и методических основ медико-криминалистического учета личного состава ВС РФ, как базовой технологии производства регистрации в Вооруженных Силах Российской Федерации.(НИР «ОБВАЛКА» Северо-Кавказский научный центр высшей школы, 2002 г., С.51. г. Ростов-на-Дону)

Владимир Щербаков

Об авторе

Владимир Владимирович Щербаков
— известный судебно-медицинский эксперт, специалист в области криминалистики, полковник медицинской службы запаса, кандидат медицинских наук, профессор.

С 1995 по 2002 год руководил 124-й Центральной лабораторией медико-криминалистической идентификации МО РФ. Именно под руководством Щербакова лаборатории удалось наработать уникальный опыт установления личности в условиях трагедий с массовыми жертвами.

С 1995 по 1999 год — специалист временной рабочей группы Комиссии при президенте Российской Федерации по военнопленным, интернированным и пропавшим без вести.

Кавалер ордена «За военные заслуги»; награжден медалями от Министерства обороны РФ и МВД РФ.

Ныне возглавляет независимую судебно-медицинскую лабораторию «124 lab», преподает судебную медицину в Академии правосудия.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera