Сюжеты

Таиланд: добрые силы еще себя покажут

Правительство жестко подавило бунт, но оппозиция не сдалась, а затаилась на время. И если будет новое восстание, мир вздрогнет

Этот материал вышел в № 59 от 4 июня 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

...В этот раз волнения в Таиланде начались в преддверии сезона дождей. Оппозиция целый год лишь напоминала о себе, обещая вот-вот прийти и победить, показать миру «истинное лицо демократии». К концу февраля многие аналитики сошлись во...

...В этот раз волнения в Таиланде начались в преддверии сезона дождей. Оппозиция целый год лишь напоминала о себе, обещая вот-вот прийти и победить, показать миру «истинное лицо демократии». К концу февраля многие аналитики сошлись во мнении, что совсем скоро произойдет нечто очень серьезное, но насколько серьезное — никто сказать не решался. Почти два месяца гуляли слухи о заговоре, государственном перевороте и даже о покушении на святая святых — монархию. Исчерпывающий рассказ о том, что было дальше, и прогноз на будущее — в материале «Новой».

12 марта в Бангкок начали съезжаться тысячи людей почти со всех регионов королевства, в основном бедняки, фермеры, разнорабочие, крестьяне. Нынешние противники властей большей частью родом с севера и северо-востока страны, некоторые имеют лаосские корни. Между жителями столицы и окраин колоссальная разница. Речь не только о доходах, хотя, безусловно, и это тоже важно. Скажем, годовой заработок в провинциях зачастую составляет всего пару тысяч долларов в год против десятков тысяч у среднего класса (не говоря об элите). Основное же различие, скорее, в менталитете. Если в крупных городах живут вполне современные люди с прозападными взглядами на многие вещи, то население глубинки сохраняет свой уникальный мир, традиции, прямолинейность и бесконечное желание найти справедливость буквально во всем. Люди, оккупировавшие улицы Бангкока, точно сошли с ленты «Дядюшка Бунми, вспоминающий свои прошлые жизни»: простые внешне, но в то же время с крайне сложным восприятием окружающего мира, на который они смотрят глазами детей, свято верящих в чудеса, духов, добрые и злые силы.

Нынешнее оппозиционное объединение было сформировано год назад, если брать за мерку серьезные акции и заявления. В апреле 2009 года мир узнал об Объединенном фронте за демократию против диктатуры, когда сотни активистов в красных рубашках (а красный цвет в Таиланде является символом демократии) ворвались в медиацентр отеля «Роял Клиф» в курортной Паттайе и сорвали встречу лидеров АСЕАН. Главам семи государств пришлось в прямом смысле слова галопом нестись на крышу здания и эвакуироваться на вертолетах. Тогда же Фронт заявил, что нынешний глава правительства Абхисит Ветчачива не должен был проводить встречу на подобном уровне, так как был выбран нелегитимным путем, а потому должен уйти в отставку в кратчайшие сроки. Провозгласив победу, демонстранты стали ждать. В тот момент Ветчачива повел себя сдержанно и перехитрил активистов, доведя до того, что апрельский демарш «краснорубашечников» рассосался сам по себе в преддверии Тайского Нового года — Сонгкрана. Манифестанты признали, что оказались не вполне готовы к долгим выступлениям, но дали обещание непременно вернуться.

Стоит сказать, что само по себе движение появилось в 2006 году, сразу после военного переворота, когда с поста премьера был свергнут Таксин Чинават — любимец бедняков, выходец из народа, харизматичный бизнесмен и замечательный управленец, который с легкостью поднимал даже казавшиеся провальными проекты в социальной сфере, образовании, строительстве. Одним из его нововведений является проект «доступная медицина»: в больницы с его подачи теперь могут обращаться все подданные королевства, оплачивая услуги докторов по минимальной цене — всего лишь 20 бат (примерно 20 рублей). Он же реализовал проект по строительству дорог, которыми Таиланд гордится. Сделал систему кредитования доступной каждому, позаботился о программе переквалификации кадров и трудоустройства. Чинават, считают его сторонники, отдавался работе с головой и во многом преуспел, понятно, что врагов у него было ничуть не меньше, чем обожателей.

Как снимали старого премьера — крепкого хозяйственника и миллиардера

В сентябре 2006-го недовольство возросшим авторитетом и популярностью Чинавата, а также серия обвинений в коррупции и злоупотреблениях привели к тому, что на улицы столицы вышел Народный альянс за демократию (НАД), который тогда представлял интересы оппозиции, скорее даже, элиты Бангкока. Одетые в желтые рубашки манифестанты требовали отставки «главного коррупционера». 19 сентября Чинават отправился на Генеральную сессию ООН в Нью-Йорк, в этот же день в столицу были введены танки, военные всего через сутки взяли управление страной на себя. Тогда были заморожены миллиардные счета политика, а он сам с семьей переехал в Лондон, где какое-то время заправлял футбольным клубом «Манчестер Юнайтед» (правда, позднее пришлось его продать из-за отказа британских властей во въездной визе).

В 2008 году Чинават прибыл в Бангкок для дачи показаний в суде и был приговорен к двум годам тюремного заключения. Под предлогом поездки в Пекин на открытие Олимпиады политику удалось сбежать. Далее его передвижения напоминали бондиаду: появляясь то там, то здесь, он делал громкие заявления и призывал сторонников не сидеть сложа руки, а непременно начинать борьбу за попранные права. В течение двух лет и до майских событий нынешнего года Чинават держал руку на пульсе, указывая оппозиционерам, что делать дальше. Сейчас известно, что он проживает в Черногории, бывает в ОАЭ, появляется в Саудовской Аравии, Франции и России, отмечая, что с этими странами его связывают исключительно деловые отношения.

Между тем «точкой невозврата» нынешнего конфликта стал 2008 год. Тогда пост главы правительства занимал Самак Сунтаравет, его знали как выходца из команды отставного экс-премьера, и простить такое противники Чинавата не могли. В августе на авансцене вновь появился Народный альянс за демократию, заблокировав работу Дома правительства и парламента. «Желторубашечники» устроили лагерь на газонах, указав, что «будут до победного выживать всех марионеток Чинавата». Буквально через пару недель на Сунтаравета отыскали компромат: Конституционный суд постановил, что премьер нарушил Основной закон, совмещая работу в правительстве с карьерой на телевидении в роли ведущего кулинарного шоу. За любовь к кулинарии он, собственно, и поплатился креслом, здоровьем, а через год умер от внезапно открывшегося рака.

Далее парламент единодушно поддержал очередного кандидата в премьер-министры, им стал муж сестры Чинавата, Сомчай Вонгсават, что, безусловно, тоже никак не могло устроить оппозицию. Народный альянс за демократию продолжал свои выступления в городе, требуя глобальных перемен. Вонгсават продержался в кресле два месяца. В конце декабря НАД пошел на небывалый шаг — захват нескольких аэропортов Таиланда, включая столичный Суварнабхуми. Воздушное сообщение в стране заблокировали, что нанесло колоссальный удар по экономике, репутации страны, туризму. Демонстранты покинули терминалы только через 9 суток после решения Конституционного суда о расформировании правящей протаксиновской партии «Власть народа». Ее руководство и несколько десятков депутатов были отстранены от занятий политикой на пять лет по обвинению в финансовых махинациях. Кресло премьера вновь оказалось вакантным.

Почти двести «незапятнанных» депутатов поспешили создать новую партию «Пыа Тай». В середине декабря состоялись очередные выборы премьера. Стоящая тогда в оппозиции старейшая в Юго-Восточной Азии «Демократическая партия» выдвинула кандидатом выпускника Оксфорда, образованного, рафинированного Абхисита Ветчачиву. Примечательно, что все произошло законным путем, но новые всенародные выборы, которые, по логике, должны были быть объявлены, никто проводить не стал*.

Ветчачива создал коалицию и с небольшим отрывом все-таки отнял победу, став 27-м премьером Таиланда, а 17 декабря 2009 года король Пхумипон Адульядет утвердил главу правительства в должности.

После этого в оппозиции оказались сам Чинават, партия «Пыа Тай» и не менее 40% населения Таиланда. Козни новому премьеру строились повсеместно, начиная с подкарауливания кортежа, выкрикивания оскорблений и заканчивая спланированными атаками. Ветчачиву упрекали в служении элите, излишней утонченности и просто неспособности понять проблемы населения.

Логистика и чертовщина

В течение года Абхисит Ветчачива добросовестно старался заслужить понимание, совершал поездки по стране, много говорил, предлагал, но любовь доброй половины избирателей так и не снискал. Разведка между тем рапортовала о подготовке масштабной антиправительственной акции, запланированной на февраль-март. Как раз тогда Верховный суд принял решение по активам экс-премьера, конфисковав у него 2,6 млрд долларов, которые, по мнению судей, были заработаны путем превышения должностных полномочий. Источники в окружении Чинавата заявляли, что он обещал солидный куш оппозиции, если его поддержат и помогут ему вернуться в страну. Говорят, что половине демонстрантов выплачивалась зарплата в размере 800 бат ежедневно, хотя сами «краснорубашечники» данный слух категорически опровергают.

Правительство уже в феврале тщательно подготовилось к манифестациям, мобилизовав почти 50 тысяч военных, полицейских и волонтеров, которых на первых порах не было заметно. На подъездах к городу установили кордоны, каждую подозрительную машину перетряхивали в поисках оружия. В Бангкоке и близлежащих провинциях ввели особый режим безопасности.

12 марта сразу по нескольким основным магистралям столицы потянулись бесконечные колонны автомобилей, мотоциклов с тысячами сторонников Чинавата, все это сопровождалось песнями, свистом, хлопаньем трещоток, размахиванием флагами.

Изначально «краснорубашечники» устроили лагерь на проспекте Ратчадамнен в исторической части Бангкока, неподалеку от основных достопримечательностей — Королевского дворца, парламента, Дома правительства.

Их первой инициативой стал акт проклятия. Демонстранты занялись натуральной чертовщиной: собрали 300 литров крови и окропили ею ворота резиденции премьера, крыльцо штаб-квартиры «Демократической партии» и расплескали остатки на газоне перед кондоминиумом Ветчачивы. Все это сопровождалось ритуалами с танцующими брахманами, чертившими на воротах знаки на санскрите.

Через три недели лидеры Фронта перебросили все силы в самое сердце города — на улицу Ратчапрасонг — торговый рай для туристов и один из самых дорогих районов Бангкока. В одночасье оказались заблокированы крупнейшие развязки, закрылись торговые дома, кинотеатры, десятки ресторанов. Украшенные площади на глазах превращались в смердящую свалку, повсюду реяли красные флаги и виднелись портреты Чинавата, а также надписи: «Долой парламент и Ветчачиву!».

Тем не менее и эта неделя жизни городка на Ратчапрасонге больше всего напоминала народный праздник, скажем, как в Москве День города: со сцены слышались патриотические речи, манифестанты хлопали и стучали по земле пустыми пластиковыми бутылками в знак одобрения и поддержки, а вечером хором исполняли Интернационал, гимн, народные песни, даже танцевали. Хорошее настроение было омрачено приметой: буквально на второй день выступлений оппозиции в туристическом центре с постамента неподалеку от сцены неожиданно свалилась и вдребезги разлетелась статуя красного Будды, что, по поверью тайцев, обещает большие потери и несчастья. Несмотря на такие «предупреждения», народ продолжал требовать расформирования палаты представителей и заявлять, что будет добиваться победы «любой ценой, даже ценой собственной жизни».

Десятки тысяч человек расположились на проезжей части, в тени зданий, переходах. Более половины из них — женщины — принесли совсем маленьких противников властей в памперсах. На вопрос «зачем?» женщины отвечали, что «наши власти должны знать, для кого мы здесь и ради чего боремся». «Хочу, чтобы мой ребенок получил хорошее образование, но сейчас знаю, что не смогу накопить на учебу в достойном университете, надеюсь, к тому времени, когда он окончит школу, что-то изменится», — поделилась женщина из Чиангмая по имени Вилай. Рядом на циновке в тени зонтика посапывал ее шестимесячный грудничок.

Постепенно демонстранты начали осваивать соседнюю территорию и обносить ее баррикадами из автомобильных покрышек и бамбуковых заостренных палок. Лагерь обретал границы и обрастал инфраструктурой — появились закусочные, лавки с горячим кофе, мороженым, парикмахерские, салоны массажа… Через три недели горожане в шутку звали место оккупации «республикой Ратчапрасонг», отправляясь по ночам за сувенирами и сладостями, приготовленными по старинным рецептам севера. Утром, конечно, предпочитали не вспоминать о тайной поездке.

 10 апреля произошли первые столкновения манифестантов с армией. Демонстранты, посчитав, что правительство противоправно прекратило эфир оппозиционного телеканала, двинулись к зданию 11-го пехотного полка, в расположении которого находился антикризисный штаб и временный офис премьера. Вице-премьер Сутеп Таугсубан немедленно подписал указ о разгоне нарушителей. Бои на Ратчадамнене длились целый день и унесли жизни 25 человек. Солдаты стреляли резиновыми пулями, получая в ответ «коктейль Молотова», куски арматуры и булыжники.

 Вечером того же дня военные отступили. Город затих. После празднования Нового года (13-15 апреля) власти предложили провести переговоры. Однако уже после второго раунда стало понятно, что из тупика дороги нет. При этом с каждым днем обстановка в лагере все больше накалялась. Баррикады становились выше, речи агрессивнее. Городок все больше напоминал маленькое военное государство, живущее по строгим законам. Теперь, чтобы пробраться в импровизированный пресс-центр, надо было пройти три кольца охраны. На мосту, где обычно располагались репортеры, круглосуточно работала пиар-поддержка. На тайском и английском молодые люди из Объединенного фронта с упоением давали расклад сил в стране, а также объясняли, почему правительство противится новым выборам. «За нас проголосует совершенно точно 50%, за демократов около 30—35%, 10% из общего числа ни о чем не волнуются, им все равно, и кто-кто, а нынешний премьер знает, что потеряет все, на кону его карьера», — рассказал студент по имени Ват, работающий с журналистами. Кстати, там же можно было получить ярко-зеленую повязку на руку с надписью на тайском «Пресса», а ниже — «Долой парламент!».

Стоит сказать, что поддержка оппозиции была организована на очень высоком уровне. Об этом говорила и организация лагеря, и его оперативное снабжение, причем не только питанием и водой, но и агитматериалами. Например, вице-премьер в пятницу назвал движение «террористами», а уже в понедельник на каждом углу городка продавались майки с лозунгом «Мы против террора, мы за правду!».

Как бы то ни было, ближе к маю количество активистов заметно сократилось. Стоит сказать, что Ветчачива снова попытался использовать практику выжидания. Армия в этот раз полностью нейтрализовалась, подчеркивая свое невмешательство в политику. В кулуарах говорили, что министры изо всех сил давят на военных с целью начать новую операцию, но получают такой же отпор. Солдаты на улицах говорили, что больше всего боятся приказа стрелять в своих. Кстати, любовь друг к другу, к собственной нации здесь прививается с детства, и проблемы одного-единственного человека может запросто начать решать вся страна, таких примеров десятки. Спорить иностранцам с тайцами тоже не стоит, ни один из них не встанет на сторону фаранга (иностранца), даже если таец будет не прав сто тысяч раз. В этом их сила.

В начале мая премьер неожиданно для всех выступил с планом примирения, назвав его «дорожной картой», и пообещал провести новые выборы 14 ноября, то есть уже после утверждения бюджета-2011 и выхода на пенсию ряда упрямых генералов. Тогда показалось, что в конце туннеля забрезжил свет, однако словно невидимые силы тряхнули власти за плечи, указав перстом на малообещающую статистику, и ситуация вновь вернулась в русло конфликта. План урегулирования потускнел, а оппозиция стала выдвигать одно условие за другим.

Тогда премьер заявил, что «сделано все возможное и теперь свое слово скажут силы правопорядка».

Бои на улицах города

12 мая в районе улицы Ратчапрасонг власти отключили воду и электричество, а также заглушили мобильную связь. Военные закрыли все возможные выходы из лагеря и обнесли территорию колючей проволокой, назвав ее «зоной применения огня на поражение» (пять квадратных километров). По мнению наблюдателей, эта мера позволила сократить число манифестантов: по крайней мере, женщины с младенцами на руках покинули центр.

Посольства ряда государств, включая американское, поспешили эвакуировать сотрудников.

 Ситуация резко изменилась 13 мая. В тот день в лагере находилось порядка пяти тысяч человек. Жизнь на оккупированной территории шла своим чередом, лидеры оппозиции раздавали интервью, делились планами на будущее, политической программой. Среди заметных ньюсмейкеров, к которым надо было отстоять приличную очередь на сорокаградусной жаре, был и военный советник оппозиции, главный стратег — генерал-лейтенант в отставке Каттия Савасдипол. В беседе с японскими журналистами в полдень харизматичный лидер «краснорубашечников» объяснял, чем именно недовольны демонстранты, как будут действовать, что хотят от властей. Это были последние минуты его жизни, снайпер поразил Савасдипола в висок, а через трое суток он скончался в полицейском госпитале.

Первые часы после ранения генерала оппозиция пребывала в шоке, а ближе к вечеру развернулась трагедия, которая унесла еще несколько жизней.

В семь вечера демонстранты начали крушить все вокруг и пытаться занять новые рубежи в городе. Армия выдвинула несколько подразделений, которые усмиряли манифестантов сначала резиновыми пулями, а потом стали использовать боевые патроны, располагая приказом «целиться исключительно в нижнюю часть туловища».

Шесть дней в Бангкоке продолжались ожесточенные бои, ранения получили свыше 600 человек. По данным командования, среди «краснорубашечников» находились несколько сот террористов, в том числе подготовленных снайперов, которые из укрытий обстреливали не только военных, но и мирных жителей.

По данным военных, в период с 13 по 18 мая неизвестные произвели 57 выстрелов из гранатомета, поражая полицейские кордоны, станции метро, отели, случайных прохожих и журналистов.
Ранним утром 19 мая армия приступила к операции по вытеснению «краснорубашечнков» с улицы Ратчапрасонг.

Ожесточенная бойня продолжалась весь день, а вечером ключевые лидеры Фронта сдались полиции. Военные заявили об успешном окончании операции.

 Люди, которые прожили два месяца под палящим солнцем, сражаясь за идею, в один момент превратились в фанатичную разгневанную толпу, которая в состоянии аффекта начала крушить все на своем пути. Полетели витрины, загорелись здания, магазины были разграблены, на улицах полыхали автобусы. В городе всего за пару часов воцарился хаос, информация о пожарах в течение суток поступала из десятков районов, всего же манифестанты подожгли 38 объектов, включая магазины, банки, телестанцию, а также здание Фондовой биржи.

Военные объявили комендантский час, который действовал 10 суток. Власти отдали приказ расстреливать мародеров и поджигателей на месте.

Такая жесткая позиция армии и правительства через два дня более-менее нормализовала ситуацию, однако мирным жителям было рекомендовано не посещать центр еще как минимум два-три дня.

Словно ничего не было

23 мая мэр Бангкока пригласил всех желающих помочь в уборке города. На улицы вышли 4 тысячи человек и армия муниципальных работников и всего за несколько часов разделались с тоннами мусора, Бангкоку вернули прежний вид и даже развесили гирлянды фонариков на деревьях. К началу новой недели от «республики Ратчапрасонг» не осталось и следа. В понедельник сотни буддийских монахов, представители ислама, христианства, а также индуизма и сикхизма провели совместную молитву за восстановление мира в королевстве.

Визуально город вернулся к прежней жизни. Но атмосфера привычного Бангкока исчезла. Многочисленные охранники, парковщики, официанты, другими словами, потенциальные «краснорубашечники», которые с упоением слушали новости «с полей», не отрываясь от радиоприемников, заметно погрустнели и сейчас выглядят опустошенными и разочарованными. В центре Бангкока закрываются кафе и бары. Особенно спешат иностранные владельцы, перебираясь подальше от буйной столицы.

 Аналитики уверены, что «сейчас Бангкок стал во много раз опаснее, чем две недели назад, когда бедняки просто сидели в центре в ожидании политического решения от главы правительства». Многие полагают, что властям удалось «растопить лишь верхушку айсберга», а разгневанные и обиженные люди непременно продолжат борьбу, но уже другими, более жесткими методами.

Сами власти также опасаются такого развития событий, но при этом не предлагают никаких мало-мальски приемлемых решений.

Глава правительства в минувшую субботу пригласил в резиденцию аккредитованных в Бангкоке журналистов с целью рассказать, что на самом деле произошло в стране за минувшие месяцы. Пул репортеров встречали недвусмысленные листовки с подзаголовком «Список основных заблуждений иностранных СМИ при освещении ситуации в Таиланде». Многие сразу рассвирепели, разговор не заладился. Премьера буквально «заваливали», как нерадивого ученика на экзамене. Но он, надо отметить, держался молодцом и все острые углы обошел витиеватыми фразами с уклончивыми ответами. Журналисты так и не дождались прямого диалога по поводу ответственности правительства за применение оружия, а также ответа на вопрос, почему «желторубашечникам» ничего не было за захват гражданских аэропортов, а «красным» досталось по полной программе.

Сейчас, считают наблюдатели, Таиланд встал на очень опасные рельсы. Позиции одной нации разошлись в противоположные стороны, и соединить их после кровавой трагедии практически невозможно.

Всего за два месяца в Бангкоке погибли 88 человек, более 1600 получили ранения. Манифестанты обещают вновь вернуться и «отомстить за погибших», отмечая, что «одно поражение в бою, это не конец, а только повод стать сильнее противника».

* Выборы премьера депутатами после расформирования правящей партии были формально законными; но к власти пришла партия, у которой изначально было наименьшее количество голосов населения. То есть, по логике, после расформирования правящей партии должны были состояться досрочные выборы в парламент, которые никто проводить не стал, прекрасно понимая расклад голосов.

Под текст

Страна потеряла 4 миллиона туристов

В Бангкоке сейчас мало иностранных гостей, в целом объем сократился на 80% и пока не восстановился. Хотя, скажем, на сегмент путешественников мужского пола в возрасте 40—70 лет политические катаклизмы, кажется, никак не повлияли.

Семейные пары и молодежь предпочитают отдых на побережье Сиамского залива и Андаманского моря. Если говорить о столице, понятно, что здесь проводят время самостоятельные путешественники, так как почти все турфирмы временно прекратили размещение групп, выбирая для транзитных остановок отели неподалеку от терминала аэропорта.

Власти Таиланда заверяют, что сейчас ситуация полностью под контролем, но разведка говорит обратное и не исключает разные провокации. При этом речь идет как о Бангкоке, так и о северных провинциях, на побережье пока спокойно.

Общее сокращение турпотока в королевство составляет 30%; в текущем году, по прогнозам, Таиланд посетят на 4 млн человек меньше (обычно бывало в среднем 14 млн в год). Речь идет о миллиардных убытках.

Конечно, стоит сказать, что явное сокращение связано не только с перипетиями, но и с так называемым сезоном дождей — он длится с мая по конец октября.

Тем не менее туристы, и русские в том числе, едут, выбирая для проведения отпуска острова Пхукет, Самуи, Чанг, Тао и Паттайю, отмечая, что там, «если бы не телевизор, ни за что бы не подумали, что в таиландском королевстве что-то не ладится».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera