Сюжеты

Жизель с Острова свободы

Алисия Алонсо: милая старушка или хитрая интриганка?

Этот материал вышел в The New York Times (11.06.2010)
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Алисия Алонсо, в течение многих лет руководившая Национальным балетом Кубы, уже не может танцевать. Кроме того, она почти слепа. Но когда она говорит о балете, ее смуглые, обветренные руки трепещут перед ее лицом, а тонкие пальцы, кружась,...

Алисия Алонсо, в течение многих лет руководившая Национальным балетом Кубы, уже не может танцевать. Кроме того, она почти слепа. Но когда она говорит о балете, ее смуглые, обветренные руки трепещут перед ее лицом, а тонкие пальцы, кружась, изображают балетные па.

«Теперь я танцую руками, — кивает она и скромно улыбается. — А еще вернее будет сказать, что я танцую сердцем. Танец живет в моем теле, и я ничего не могу с этим поделать».

3 июня Американский театр балета, в котором Алисия Алонсо танцевала в начале своей карьеры, отметил ее 90-летие специальной программой (собственно, день рождения у Алисии Алонсо будет еще только 21 декабря).

Много лет Алисию Алонсо осыпают бранью и восхваляют. Некоторые считают ее политической марионеткой в руках Фиделя Кастро, говорят, что она слишком засиделась в своем кресле и что она не разрешает некоторым артистам выезжать за рубеж.

В то же время балетоманы обожают Алисию Алонсо, бережно хранят воспоминания о ее Жизели и восхищаются ее творческим долголетием. Ее последнее выступление (в поставленном ею же балете «Бабочка») состоялось в 1995 году, когда ей уже исполнилось 75 лет.

«Совсем еще молодая, — говорит Алонсо и хихикает, как девушка. — Поразительно, не правда ли?! А всего за два года до того я еще танцевала в «Жизели».

Когда говоришь с Алисией, не можешь понять, кто перед тобой: то ли хитрая  интриганка из высшего общества, то ли обычная обаятельная старушка. Скорее всего, и то и другое.

Алисия категорически отказалась отвечать на любые вопросы, имевшие отношение к политике. «Я приехала в США потому, что меня здесь ждал прекрасный прием, и отчасти ради восхитительного чувства возвращения, — говорит Алисия Алонсо. — Я готова поделиться воспоминаниями, но давайте этим и ограничимся. Хорошо?»

Возвращение в Театр балета вызвало у нее чувства, которые, по ее словам, трудно передать словами. «Я вспоминаю годы, когда я здесь работала, своих друзей, наши выступления и гастроли во время войны. Мы создавали будущее американского балета. Это было великолепно».

Алисия Алонсо поступила в труппу Театра балета в 1940 году, но после перенесенной операции на глазах вернулась на Кубу и вновь появилась в театре только в 1943 году. Она участвовала в первых постановках «Подводного течения» Энтони Тюдора (1945), «Легенды реки Фолл» Агнесс де Милль (1948) и «Тем и вариаций» Джорджа Баланчина (1947).

В этой дьявольски трудной постановке, в которой ее партнером был Игорь Юскевич, Баланчин использовал все техническое мастерство Алонсо, постоянно заставляя ее осваивать новые движения. «Я помню, как Баланчин посмотрел на меня, — рассказывает Алонсо и тут же изображает знаменитое баланчинское сопение, — и говорит: «Можешь сделать вот такой шаг?». Я отвечаю: «Я попробую, мистер Баланчин». И бряк!»

Затем он попросил ее попытаться сделать антраша номер 6, прыжок вертикально вверх с быстрым перекрещиванием прямых ног. «Боишься?» — Алисия Алонсо вновь шмыгает носом, изображая Баланчина. — «Нет, нет, я попробую, мистер Баланчин».

Алонсо продолжала танцевать, даже когда у нее уже стало портиться зрение. Другие актеры быстро убегали со сцены, а Алонсо медленно брела, стараясь не натыкаться на декорации. «Для меня зажигали самый сильный прожектор, чтобы я видела центр сцены», — рассказывает она. Ее партнер Антон Долин говорил ей: «Все в порядке, детка, все прошло отлично. А теперь просто уходим отсюда».

Сейчас Алонсо может выглядеть беспомощной, но она отлично пользуется своим плохим знанием английского, чтобы не отвечать на нежелательные вопросы.

Например, мне пришлось трижды задать ей один и тот же вопрос о том, подобрала ли она уже себе замену на посту директора театра. После того как она поняла, что фраза «Я не понимаю» не поможет ей уйти от ответа, она в конце концов пробормотала: «Нет. Думаю, с этим справятся без меня. Они очень способные, я уверена. Я надеюсь».

Что же касается ее творческого наследия, то она сказала следующее: «Я не хочу, чтобы меня помнили. Я просто не хочу оказаться забытой».

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera