Сюжеты

Тараканы, компост и кровь на палитре

Этот материал вышел в The New York Times (18.06.2010)
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Слово «органика» имеет для разных людей разные значения. Для садовника это — органические удобрения. Для химика — соединения углерода. Для художника Фабиана Пеньи это — американские тараканы, ночные бродяги, шурующие рядом с водостоками...

Слово «органика» имеет для разных людей разные значения. Для садовника это — органические удобрения. Для химика — соединения углерода. Для художника Фабиана Пеньи это — американские тараканы, ночные бродяги, шурующие рядом с водостоками или на тротуарах. «Я собираю тараканов из разных мест, — рассказывает Пенья. — С Кубы, из Мексики, Майами, Хьюстона — отовсюду, где я бываю». Он убивает тараканов с помощью аэрозоля, кладет их в баночку, отвозит в свою студию во Флориде — и творит: склеивает тараканьи ноги в длинные кружевные цилиндры, похожие на огромные оболочки личинок, или собирает из надкрылий анатомически точные изображения человеческих черепов и конечностей.

Художнику нравятся тараканы, например, за разнообразную окраску их надкрылий, служащих палитрой для передачи светотени. Художник любит их как метафору, за то, какое отвращение у нас вызывает что-то, с чем у нас так много общего — схожие вкусы в пище, такое же умение легко приспосабливаться к любой возможной среде.

«Тараканы — свидетели нашей повседневной жизни», — говорит Пенья. Тараканы также нравятся ему с практической точки зрения. «Это материал, который легко найти, — говорит он, — и это дешевле, чем покупать краски».

Фабиан Пенья — один из многих художников, обратившихся в поисках вдохновения к природе. Они перерывают виварии в поисках новых материалов и штудируют биологию, отыскивая идеи, истины и способ выделиться в толпе.

Лора Сплан, художник из Бруклина и дипломированный флеботомист, раскрашивает обои собственной кровью. При первом взгляде на обои посетители испытывают «приятную визуальную вовлеченность», утверждает Сплан. Но когда они, прочитав табличку рядом с обоями, узнают о том, что является главной составляющей, они начинают испытывать куда более сложные чувства. Они или отходят подальше, или подходят поближе, бормоча: «Надеюсь, у нее нет болезней, передающихся через кровь».

Многочисленные примеры органического искусства — сильно пахнущего, травянистого, рыхлого — представлены на новой выставке «Мертвый или живой» в Музее искусств и дизайна в Нью-Йорке. Музей недавно провел круглый стол, на котором ученые и художники обсуждали, что есть общего у искусства и науки. Они пришли к выводу, что как искусство, так и наука важны, сложны и требуют творческого подхода. Их обоих ведет вперед неутолимое любопытство и желание решать поставленные задачи, но художникам можно выдумывать вещи, а ученым это не рекомендуется. Но как бы ни ставился вопрос, некоторые художники в новой сфере смежного искусства обладают обширными научными знаниями и не боятся применить их на практике.

Дженнифер Ангус преподает текстильный дизайн в Висконсинском университете. В ходе работы над своей серией кукольных домов и инсталляций «Викторианская фантазия» она стала энтомологом-любителем. Она создает сцены идеальной домашней жизни, но все узоры на стенах, полах и мебели собраны из красивых насекомых, да и сами кукольные дома населены насекомыми. «Я хотела создавать узоры, напоминающие о домашнем пространстве, — рассказывает она. — Но, конечно, чего люди не хотят видеть дома, так это насекомых». Ангус надеется отучить людей от энтомофобии, «реабилитировать» насекомых, существ, без которых растения не опылялись бы, а мусор не разлагался.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera