Сюжеты

Сначала пленка должна впитать негатив

Почему наши газеты стали похожими на восковые фрукты

Этот материал вышел в № 66 от 23 июня 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Авиарейс Москва — Стокгольм. Молодые российские журналисты изумленно взирают на шведских ровесников, уткнувшихся в прессу. Шведскую, не российскую. — Как можно так долго читать газету! — восклицает корреспондент республиканского издания,...

Авиарейс Москва — Стокгольм. Молодые российские журналисты изумленно взирают на шведских ровесников, уткнувшихся в прессу. Шведскую, не российскую.

— Как можно так долго читать газету! — восклицает корреспондент республиканского издания, адресованного молодежи.

Вашингтон. Офис известной радиостанции, вещающей на всю страну. Перегородки, компьютеры и… почти сонные журналисты, неторопливо делающие свое дело. Не по-нашему. Ни тебе воспаленных звонков, ни вызовов «на ковер», ни взрывов хохота в курилке — чешут затылки российские «братья по разуму».

Почему занятие журналистикой в России — занятие нервное?

— Может, потому что мести сор из избы нам не рекомендуют с давних времен, — говорит мэтр Алексей Симонов.

Англичане тоже всё призывали: Don’t wash one’s dirty linen in public! («Не стирать грязное белье на людях»), но как-то смирились с ролью сторожевых псов общества. У нас борьба с вениками на вверенной территории закончилась праздником победившего позитива.

— С большим удивлением выслушивал вопросы некоторых из вас: «Нужно ли в районной газете поздравлять губернатора с юбилеем?»

Это вопрос из разряда: «Нужно ли редактору ходить на работу?» Поясняю. Поздравить губернатора нужно. От имени редакции. Если в районке захочет поздравить еще и глава районной администрации — тоже хорошо.

Изучая переписку областного командира с вверенными ему бойцами, вспоминаешь армейские анекдоты о «люминии» и бронепоезде. Не до смеха, когда листаешь страницы газет, замордованных километрами банальных тостов во здравие больших и малых начальников. Вот еще инновация: портрет жены губернатора из семейного альбома.

«Картина маслом», — как говаривал одессит Гоцман из сериала «Ликвидация». Мертвая зона, далекая от жизни реальных людей с их реальными проблемами.

— Нам запретили публиковать материал о похоронах, что сколько стоит и к кому обращаться, — жалуются коллеги. Довод ясен — не позитив.

Те, кто занимался фотоделом, еще помнят: сначала пленка должна впитать негатив, а уж потом можно говорить о других цветах. Наши печатные изделия, словно фрукты из воска, — внешне похожи, глотать невозможно. Телевизор на форумах иначе как зомбоящиком не называют. Отсюда — удивление за границей.

Пациент ни жив ни мертв, но заканчивается ли жизнь после смерти? Бодаясь с цензурой, мы забываем, что журналистика  — это не только буквы. Это показ иных форм жизни, иной эстетики и культуры с помощью разных средств.

Мы забрели в Московский фотоцентр имени братьев Люмьер. На выставке «Иконы 1960—1990-х» — фото писателей, режиссеров, актеров, политиков, известных всем. Картинки из прошлой жизни, которую хочется взять в будущее. Сотни посетителей, живое внимание и осмысление настоящего.

Таких небанальных мгновений крайне мало на современных страницах, печатных и электронных. Пример новой журналистики, уходящей корнями в историю, — проект Валерия Кламма «Родинки на карте». Это человеческая жизнь вне больших городов, вне погони за сиюминутными радостями.

Закончу еще одной картинкой, подсмотренной на улицах мегаполиса. Престарелый пес утомленно плелся за пожилой хозяйкой. Крепко сжимал в пасти кривую нелепую палку. Так и мы ползем по склону, лелея привычные представления и ожидания.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera