Сюжеты

Илья Губин: Мы никогда не работаем по шаблону

Президент Новикомбанка — о том, почему в оборонке каждый кредитный продукт — hand made

Этот материал вышел в № 66 от 23 июня 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Алексей Полухиншеф-редактор

Сколковский инноград пока существует только в проекте, а модернизацию нужно начинать уже сейчас. По общему мнению, среди отраслей российской экономики, сохранивших инновационный потенциал, — оборонка и машиностроение. Для того чтобы этот...

Сколковский инноград пока существует только в проекте, а модернизацию нужно начинать уже сейчас. По общему мнению, среди отраслей российской экономики, сохранивших инновационный потенциал, — оборонка и машиностроение. Для того чтобы этот потенциал реализовать, естественно, нужны деньги, в том числе — кредитное финансирование. Это профиль работы Новикомбанка, президент которого Илья Губин недавно был назван «Лучшим банкиром России». Так решил экспертный совет, возглавляемый председателем Счетной палаты Сергеем Степашиным.

— Илья Николаевич, банковских премий много, но далеко не все они находятся под патронажем государственных органов. Что для вас, как для банкира, означает признание со стороны Счетной палаты?

— Участие Счетной палаты — это принципиально иное качество премии. Премии бизнес-ассоциаций, которых у нас, не скрою, немало, получать всегда приятно — это твоя оценка коллегами. Но для всех нас важен взгляд со стороны, оценка наших усилий обществом, которую, в частности, выражает орган власти — Счетная палата. Особенно приятно оказаться в компании таких уважаемых в банковском сообществе людей, как президент ВТБ Андрей Костин и председатель правления ЮниКредит Банка Михаил Алексеев.

Лично для меня важно, что мы получили премию по итогам не самого простого года. И дело не только в кризисе, на который естественным образом приходится делать ссылку. Большие изменения произошли не только на рынке, но и у нас в банке. Мы существенно усилили нашу команду. Группа профессионалов, которая пришла в прошлом году, безусловно, помогла нам добиться результатов, которые превысили показатели большинства участников рынка. А премии — это уже оценка нашей работы.

— Сейчас борьба за прозрачность в управлении бюджетными и шире — государственными деньгами — модный политический тренд. А вы, как бизнесмен, ощущаете позитивные сдвиги на этом фронте?

— У обывателя есть такая точка зрения, что как только бюджетные деньги попадают в экономику, они сразу разворовываются. Но, как банкир-практик, я могу сказать, что все операции, связанные с бюджетными деньгами, находятся под жесточайшим контролем государственных органов, особенно Центробанка и Счетной палаты. И мы, со своей стороны, рассматриваем любую операцию с государственными средствами буквально под микроскопом — они должны быть использованы в срок и по назначению. Получается двойной контроль — со стороны государства и бизнеса.

У нас с «самоконтролем» все в порядке. В прошлом году к нам приходили несколько проверок — выяснить, как мы использовали субординированный кредит Внешэкономбанка и средства, полученные на аукционах Банка России. Результаты нас порадовали — замечаний не было.

И я не могу сказать, что это тенденция только последнего времени. Наоборот, год от года государственный контроль в банковском секторе усиливается. Не ужесточается, а именно усиливается — методично и качественно.

— Разговор о проблеме прозрачности получается особо деликатным потому, что среди ваших клиентов — огромное количество оборонных предприятий, работающих в условиях секретности, никакой прозрачности как раз не предполагающей. Как вы работаете в таких парадоксальных условиях?

— Ну в самые главные секреты нас не посвящают… А если серьезно, у нас есть лицензии на работу с материалами, составляющими государственную тайну. Разумеется, документооборот по таким проектам закрыт для всех, кроме нас и наших клиентов.

— То есть для вас такие клиенты прозрачны?

— Да, в той степени, которая необходима для работы. А вообще наши отношения с клиентами построены во многом на доверии. Во-первых, мы знаем друг друга по многу лет. Во-вторых, в банке большое число сотрудников, пришедших из той же оборонки или с государственной службы. Поэтому мы говорим с клиентами на одном языке — а это язык высокоспецифичный.

— Партнеры из оборонки отличаются от «гражданских»?

— Да, безусловно, и прежде всего — более высоким уровнем дисциплины. Они никогда не приносят прожектов, а их проекты отличаются глубокой проработанностью. Более того, есть категории, которые не укладываются в бизнес-модели, но реально влияют на качество работы — люди из оборонки и машиностроения любят свои производства. На том же «АвтоВАЗе», который не критиковал только ленивый, работают настоящие патриоты — и поэтому я уверен, что будущее у этого предприятия есть, те, кто так спешит его похоронить, заблуждаются.

Если говорить в целом о специфике работы в этом секторе, то предприятия ОПК производят высокотехнологичную и дорогостоящую продукцию, для ее создания требуются немалые финансовые ресурсы. Кредитование осложняет и длительный производственный цикл, то есть ресурсы должны быть долгосрочными. Наконец, есть существенные ограничения по распоряжению имуществом, которое во многих случаях не может передаваться банкам в залог, да и сама по себе потенциальная реализация такого имущества, случись что, может представлять значительную проблему для финансирующего банка. Но мы умеем работать в этих условиях, это, пожалуй, наше ключевое конкурентное преимущество.

Да, рентабельность отрасли не столь велика, чтобы инвесторы шли в нее гурьбой. Но есть и значительные преимущества — предсказуемый характер бизнеса, стабильный спрос, долгосрочные контракты, позволяющие планировать деятельность на перспективу.

— Сейчас все увлечены инновациями. Намерены ли вы диверсифицировать кредитный портфель в этом направлении? И есть ли у оборонки, машиностроения реальный инновационный потенциал?

— Конечно, есть. Только приехал от клиента, одного из крупнейших в стране производителей насосного и нефтегазового оборудования. Предприятие крупное, но у него есть и небольшие проекты. Например, один из заводов расположен во Владимирской области в городе с населением всего  три тысячи человек, который питает всего одна котельная. Ее энергопотери из-за изношенности оборудования и несовершенства технологий составляют 60%. Так вот, если построить вместо одной старой котельной четыре небольшие, но современные, таких потерь можно будет избежать — и стоить это будет относительно недорого. Чем не инновационный проект? Инновации — это ведь не только новые технологии, это новый подход, новая идеология организации производства.

— Таких проектов много?

— До кризиса это был четкий тренд, и сейчас он начинает восстанавливаться. Только на мой стол ложатся один-два проекта в неделю. Кроме того, мы участвуем и в масштабных проектах, например, в светодиодной программе холдинга «Российская электроника», который входит в госкорпорацию «Ростехнологии». Правильнее сказать, что мы обеспечиваем кредитное финансирование этой программы. Буквально на днях кредитный комитет одобрил выделение на эти цели двухсот миллионов рублей. Есть и еще один интересный и очень крупный проект — прокладка вдоль железных дорог и автотрасс новых коммуникационных каналов.

В целом нам интересны все проекты, связанные с энергосбережением, потому что это для нашей страны критическая, больная тема. Если эту проблему правильно решить, макроэкономический эффект, а значит, и прибыль от участия в таких проектах могут быть впечатляющими.

— А что интересного в собственно военной промышленности?

— Недавно все мы были свидетелями парада, посвященного 65-летию Великой Победы, с восхищением наблюдали за прохождением новейших образцов военной техники. При этом мало кто задумывался, какой ценой далась оборонке возможность сформировать такие колонны. А из задумавшихся еще меньше было тех, кто мог сказать: «Здесь есть частичка и моего бизнеса».

Не хочу быть голословным. К примеру, модернизированный штурмовик Су-25СМ, гордость России танк Т-90 и боевая машина пехоты БМП-3 получили второе рождение в том числе благодаря финансовой поддержке нашего банка.

Кстати, в новом, недавно испытанном истребителе пятого поколения ПАК ФА более 70% компонентов: двигатель, авионика, даже элементы фюзеляжа, созданы предприятиями, входящими в структуру главного клиента нашего банка — госкорпорацию «Ростехнологии».

Парад наглядно показал, что дело это  — не только благородное, но и весьма благодарное, или, говоря языком бизнеса, прибыльное. Ведь входящий в госкорпорацию «Ростехнологии» государственный экспортер ВВТ «Рособоронэкспорт» который год бьет рекорды по поставкам за рубеж специмущества, успешно конкурируя с США. Объем поставок в 2009 году превысил $7,4 млрд, а портфель заказов достиг сегодня $34 млрд.

— У вас очень широкая отраслевая специфика — как работать с такими разными клиентами, часто на узких и даже нишевых рынках?

— Мы к каждому клиенту подходим индивидуально. И это не фраза для саморекламы, а необходимость. Это ведь не потребкредитование, к машиностроительному предприятию не подойдешь с готовым шаблоном, его как минимум придется откорректировать. Чем, собственно, мы и занимаемся, зачастую вместе с клиентом. Бывает, что на выходе не только мы предлагаем иной финансовый продукт, но и они частично меняют свой проект, подгоняют его под критерии коммерческого успеха. Это как подгонка костюма — процесс трудоемкий, но необходимый.

Как раз поэтому важно, что у нас работают люди из отраслей, которые мы кредитуем. Они по-прежнему пользуются там авторитетом, поэтому могут не просто найти общий язык с клиентом, но и дать его проекту экспертную оценку.

Кстати, даже внутренняя структура нашего банка отражает отраслевую специфику работы.

— Как вы привлекаете фондирование под свои проекты? Ведь многие иностранные финансовые институты, наверное, не слишком хорошо понимают ваш специфический рынок?

— Значительная часть наших пассивов — это размещенные на наших счетах средств крупных клиентов, в том числе из нефтегазового сектора. Нас хорошо знают и на межбанковском рынке. Кроме того, мы получили рейтинг В2 международного агентства Moody’s с прогнозом «стабильный» и можем кредитоваться за границей. А сейчас готовимся к размещению дебютного облигационного займа.

— Как вы оцениваете перспективы развития реального сектора российской экономики?

— Я работаю с людьми из разных регионов и вижу, что они готовы заниматься реальной модернизацией своих производств. А нашему банку всегда интересно в таких проектах участвовать.

Справка «Новой»

Новикомбанк — ключевой финансовый партнер госкорпорации «Ростехнологии». Входит в топ-100 российских банков. Среди крупных клиентов Новикомбанка  — «Оборонпром» (монополист в производстве вертолетов), «Рособоронэкспорт» (главный спецэкспортер продукции военного назначения), концерн «Алмаз — Антей» (разработчик и производитель систем ПВО), корпорация «Тактическое ракетное вооружение», «АвтоВАЗ», «Транснефть», ИТЕРА, «Норникель», Объединенная авиастроительная корпорация.

На основе предварительных данных: активы Новикомбанка на 1 января 2010 года составили около 39 млрд рублей. За 2009 год они выросли более чем на четверть, что почти в пять раз превышает рост активов российского банковского сектора в целом. По итогам первого квартала 2010 года активы выросли до 42 млрд руб.

Кредитный портфель банка в реальном секторе рос в среднем на 2% ежемесячно и достиг 22 млрд руб.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera