Сюжеты

Бюджет Минкульта в художественном контексте

В Москве проходит II молодежная биеннале современного искусства «Стой! Кто идет?»

Этот материал вышел в № 72 от 7 июля 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Культура

 

Почти два десятка выставочных площадок, количество участников поражает воображение — их шесть сотен. В сравнении с первой биеннале 2008 года сейчас значительно увеличено международное представительство. Нынешний основной проект —...

Почти два десятка выставочных площадок, количество участников поражает воображение — их шесть сотен. В сравнении с первой биеннале 2008 года сейчас значительно увеличено международное представительство. Нынешний основной проект — российско-французский, называется Vis-a-vis (размещен в залах Государственного центра современного искусства на Зоологической улице), к нему прилагаются две выставки на Винзаводе — мексиканская (в Цехе белого) и итальянская (в Цехе красного).

Кураторская группа основного проекта, как можно понять, ставила перед собой задачу исследования европейского художественного пространства на предмет его однородности. При этом французы, кажется, старались представить дело так, что Запад по-прежнему «есть Запад», а вот отечественная Дарья Пыркина в своей части экспозиции доказывает, что Восток уже никакой не Восток. Однако правду совсем не скроешь. Среди настойчиво транснациональных проектов отечественных авторов выделяется работа петербуржцев Ивана Плюща и Ирины Дрозд «Прятки». Инсталляция являет собой шкаф черного дерева, украшенный буйной позолотой. В шкафу скрывается проржавевший остов машины «Жигули» красного цвета. То есть понимать надо так, что все буржуазное великолепие, которое нас окружает, — ширма, за которой прячутся убожество и нищета. Это наш социальный протест, отличающийся, во-первых, большой бесхитростностью, а во-вторых, какой-то непонятной робостью.

Французы тоже протестуют, но с куда большим размахом. Их остро беспокоят глобализация, стирающая культурные границы, экологическая катастрофа, наступающая по всем фронтам, мировая бедность и национальные конфликты. В каждой работе заключен универсальный выпуск новостей. Что лучше, трудно сказать. В российской локальности, обращенности к собственным проблемам угадывается и неизжитой провинциализм, но и некоторая общественно-полезная близость к жизни. В европейской всемирности есть легко опознаваемое верхоглядство, но в то же время и склонность понимать происходящее в мире.

Французы (как и мексиканцы, и итальянцы) прилежно учились в разнообразных профильных колледжах и университетах. Они хорошо (или хоть как-то) знают историю искусства и, что гораздо важнее, его практику. Они смело, а иногда беззастенчиво пользуются, так сказать, накопленным опытом предшественников. Любую работу молодого европейца легко эстетически идентифицировать — вот наследник Мондриана, вот — Джексона Поллока, этот постигал творчество «новых диких», а этот борется с традициями «нового академизма». Надо ли говорить, что наши художники, как правило, вовсе нигде и ничему не учились. Начинают с чистого листа, к предшественникам равнодушны, даже к самым близким, даже к здравствующим. Изобретают велосипед. Но, вопреки сложившимся представлениям, это не такое уж бессмысленное занятие. В процессе подобного изобретательства порой получаются самые неожиданные и самые оригинальные вещи. Пошловатый концептуальный стереотип, согласно которому художнику лучше ничего не знать, и тогда лучше проявится его неповторимая индивидуальность, вообще-то крайне близок к истине. Это, конечно, опасная близость. Ею не следует увлекаться, но все же, все же…

Вот что кажется характерным: условия разные, устремления разные — результат в одном отношении, безусловно, одинаковый. Из шестисот имен практически ни одно наверняка никому не запомнится. Особенно не запомнятся те, кто настойчиво стремится, как говорил Пастернак, навязать себя эпохе. Впрочем, с западной стороны таких не замечено. А вот среди наших попадаются. И даже поражаешься их наивности. Ну не получится стать значительной фигурой в искусстве, въехав на джипе в окно галереи, побив стекла, перепугав посетителей и оказавшись за это под следствием. Надо все же что-то другое придумывать, более содержательное. А вот именно так поступил один из российских молодых художников. И теперь на биеннале его, пусть и не без смущения, представляют как героя.

Другая проблема — натиск институций. ГЦСИ — очень почтенное место, там высококвалифицированные люди делают много полезного. Единственное, что хотелось бы им пожелать, — вовремя останавливаться. Биеннале — это очень хорошо, но не когда она подменяет какой-то естественный художественный процесс. Не когда она начинает обслуживать сама себя. Казалось бы, простая вещь — это смотр того, что сделали художники в своих мастерских за два года. Но кураторы эту истину склонны забывать. Главные устроители нынешнего масштабного мероприятия, Дарья Камышникова и Дарья Пыркина, пишут: «Здесь ставится эксперимент по созданию нового художественного высказывания». Иногда кажется, что они это всерьез, и демиургические амбиции непобедимы. Бог с вами! Разве высказывания появляются в результате эксперимента? Разве может уравновешенный человек рассчитывать, что на бюджет Минкульта вдруг сделается в России «активный, пульсирующий, насыщенный художественный контекст»?

Всякий, кто хоть сколько-нибудь знаком с историей отечественного искусства последних десятилетий, знает, что перестройка началась не с XXVII съезда КПСС и не с возвращения Сахарова из горьковской ссылки, но с 17-й Молодежной выставки в зале Союза художников на Кузнецком мосту. Сейчас та выставка вспоминается как нечто очень скромное и непритязательное. В сравнении, которое исторически не корректно, но психологически неизбежно, нынешний размах должен казаться победой всего прекрасного надо всем прочим. Но не кажется. И не то что перестройки из него не последует, а даже и вообще ничего не произойдет. Если, конечно, прокуратура и какая-нибудь религиозная организация не постараются.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera