Сюжеты

Искусство принадлежит народу. А жаль

Этот материал вышел в The New York Times (30.07.2010)
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Все, что осталось от коллекции искусства XX века, принадлежавшей Саддаму Хусейну, помещается в трех крошечных залах бывшего Центра современного искусства. Остальная часть громадного здания для публики закрыта. Сотни экспонатов убраны в...

Все, что осталось от коллекции искусства XX века, принадлежавшей Саддаму Хусейну, помещается в трех крошечных залах бывшего Центра современного искусства. Остальная часть громадного здания для публики закрыта.

Сотни экспонатов убраны в запасники, многие повреждены. Все они находятся под угрозой из-за плохих условий хранения, прежде всего жары и пренебрежения, проявляемого иракскими властями по отношению к ценному, хотя и не получившему мировой известности, художественному наследию.

Коллекция иракского современного искусства, в 2006 году переименованная в Национальный музей современного искусства, существует только в проекте. То, что она вообще есть, является заслугой группы кураторов, художников и чиновников, во время войны боровшихся за возвращение обществу свидетельств порыва, подарившего миру уникальные произведения модернистской живописи и скульптуры.

Влияние зарубежных течений на иракское искусство несомненно, однако оно преломилось через призму иракского и арабского миросозерцания. «Это не только часть нашей истории. Это часть достояния человечества», — заявил скульптор Таха Вахайб, член неофициального «Народного комитета художников», созданного ради восстановления коллекции музея после трагических событий апреля 2003 года.

После падения режима Хусейна Музей современного искусства, как и более известный Национальный музей Ирака, был разграблен. Пострадало и само здание. Однако в отличие от Национального музея, Музей современного искусства оказался вне сферы внимания правительства и зарубежных покровителей. Таха Вахайб с трудом сдерживает слезы, вспоминая о случившемся. «Когда на твоих глазах уничтожается твоя культура, твоя история… — скульптор старается унять волнение. — То, свидетелями чего мы стали, было поистине ужасно».

Спустя семь лет после войны культурное достояние Ирака по-прежнему пребывает в забвении. Из 8000 полотен и скульптур, прежде хранившихся в музее, в течение трех дней охватившего Багдад хаоса пропали или были уничтожены около 7000.

Позднее украденные работы начали появляться на базарах. «Эти люди не имели представления о ценности предметов, попавших к ним в руки», — рассказывает сотрудник музея Хасан Кусай. «Народный комитет художников» начал скупать то, что мог. Примерно за 100 долларов Таха Вахайб купил деревянную скульптуру работы Джавада Салима, одного из наиболее заметных иракских модернистов, умершего в 1961 году. Скульптура называется «Материнство» и представляет собой фигуру, держащую над головой свое сердце (к сожалению, сердце было утрачено). За несколько лет художникам удалось отыскать более 400 работ. Художник и владелец галереи «Хевар» Касым Сабти потратил на выкуп 34 полотен и двух скульптур 8650 долларов. Министерство культуры Ирака отказалось тратить деньги на выкуп других произведений. В прошлом году Касым Сабти вернул оказавшиеся в его руках произведения музею. Похоже, однако, что он не испытывает радости: «Мы потеряли нашу страну. Мы потеряли нашу культуру».

В начале июля полиция, получившая информацию от осведомителя, обнаружила в одной из квартир недалеко от музея 12 украденных полотен. Но множество других работ были незаконно вывезены из страны и проданы, иногда открыто. «У нас имеется достоверная информация о том, что некоторые работы, украденные из наших музеев, теперь находятся в коллекциях принцев и шейхов в соседних странах», — заявил замминистра культуры Тахер Хамуд, отказавшись, однако, что-либо уточнять.

Директор иракского отделения Интерпола Салахудин аль-Тали отметил, что работа по идентификации экспонатов, оказавшихся за границей, осложняется тем, что опись музейной коллекции погибла во время погрома. «На этих работах не было штампов, — сокрушается полицейский (на самом деле многие экспонаты были помечены литерами «M» и «C» — «Музей Саддама»). — На них нет дат, подписей авторов, названий. Ситуация очень и очень сложная».

В Ираке такое множество проблем, что можно понять, почему восстановление музея не является для правительства приоритетом. Однако директор музея, 57-летний Салам Атта Сабри, считает, что без уважения к своей культуре и искусству страна никогда не обретет целостности. Художник и сын художника Салам Сабри стал директором музея в 2009 году. Ему удалось вернуть в коллекцию одну из работ отца, сильно поврежденную. «Это все очень печально, — говорит он. — Мое сердце обливается кровью».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera