Сюжеты

ЕГЭ прошел, а след остался

В этом году на ЕГЭ можно было списывать

Этот материал вышел в № 87 от 11 августа 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

В течение июля на сайте официального информационного источника Единого Государственного экзамена публиковалось немало статистик, в свою очередь на сайте департамента образования столицы можно было прочесть ряд комментариев к ним. И то и...

В течение июля на сайте официального информационного источника Единого Государственного экзамена публиковалось немало статистик, в свою очередь на сайте  департамента образования  столицы можно было прочесть ряд комментариев к ним. И то и другое заверяет в том, насколько  безупречно прошел ЕГЭ в этом году и как отлажено работает система. И то и другое противоречит отзывам абитуриентов.

1. Я не списываю, я молюсь

«В Москве не было нарушений, нас проверял Рособрнадзор. В Общественную палату также не было обращений от москвичей», — заявила руководитель столичного департамента образования Ольга Ларионова. Только все девять опрошенных мною абитуриентов единогласно заявляли: «Списать на ЕГЭ можно» и охотно рассказывали про то, как нарушали и организаторы и сами выпускники.
Во-первых, каким  бы новым не был способ проверки знаний, шпаргалок еще никто не отменял. Среди них есть уже изжившие себя, но проверенные. Например, исписанные руки и ноги, да и, в конце концов, простой клочок бумаги в кармане. Да, всю школьную программу на них не изложишь, но несколько определений и формул вполне смогут помочь написать на положительный балл. Вопрос только в том - где ее достать.

Абитуриенты уверены, важно, куда тебя посадили. Одиннадцатиклассник Леша вывел даже своеобразную формулу: «На ЕГЭ все шансы списать находятся в прямой зависимости от того места, где ты сидишь. Если попалось А4-А5, считай, небеса к тебе сегодня благосклонны. Если Б  с теми же цифрами, это тоже неплохо. Если А1, не забудь громко сказать «Твою ж мать!» и рассчитывай только на свои знания». 

Сам абитуриент говорит, что на обществознании переписывался  смсками с людьми, с которыми заранее договорился, и они ему помогали. Выгнать не выгнали, делали вид, что не замечают. Такие «счастливчики», как он, скорее правило, чем исключение из него. Алие, теперь уже студентке исторического факультета, повезло не меньше. Когда она писала русский язык, проверяющие читали книги. Но соблюдать осторожность, придумывать собственную схему пришлось и ей. Сначала Алия брала маленький кусок бумаги, писала туда все свои вопросы, потом выходила в туалет и «строчила» их репетитору. А через какое-то время пыталась посмотреть присланные ответы.

- Или, например, я  приклеивала куски бумаги скотчем  на колени, а схемы по английскому  писала на руках и выше колена  ручкой. Куски бумаги клала в  ботильоны, надевала угги не по погоде. Есть еще такие вязанные сапожки, туда тоже можно. Кроме того, помогла и кофта с очень большими руками рукавами на резинке и выемкой на животе. Остальное пряталось туда.
В погоне за баллами  абитуриенты проявляли особую изобретательность. Вот и Леша рассказывает про свою сообразительную знакомую.

- Она вышла в  коридор и стала судорожно  смотреть в шпаргалку, поместив  ее между ладоней. Кто-то из  проходивших мимо организаторов  ЕГЭ заметил это и направился  к ней. Но она внезапно встала  на колени, зажав шпаргалку между  ладоней. Надзиратель, понятное  дело, опешил от такого девиантного поведения и задал логичный вопрос: «Что ты делаешь?» На что девочка ответила срывающимся голосом: «Я молюсь!»

2. Испорченный телефон

Если шпаргалку ученику приходиться хотя бы писать самому, то с помощью мобильных телефонов выпускники стараются получиться информацию из внешнего мира, то есть связаться со своими репетиторами или воспользоваться Интернетом. Но телефон и запретить реальнее. В начале мая этого года Министерство юстиции остановилось на следующей формулировке по поводу использования мобильных телефонов во время сдачи ЕГЭ: «обязательно предупреждать абитуриентов о необходимости сдать телефоны и о наказывать за их использование». Значит, школьник может взять с собой электронное устройство, но обязан сдать его по первому требованию. Более того, организаторы ППЭ (пункты проведения экзамена) не должны, а «имеют право» удалить нарушителя. Такие формулировки и позволяют говорить о том, что нарушений в этом году не было. Может, ребята и списывали, но организаторы не сочли нужным их удалять. Да и если организаторы и просили сдать телефон, ребята не терялись и отдавали второй, заранее подготовленный гаджет.

К исключениям из правил относятся скорее те абитуриенты, которых проверяли дважды. Они сидели в тех самых самые ППЭ, о которых упомянула Ларионова: кроме организаторов из других школ школьников контролировала комиссия из Рособрнадзора.
Существуют и технические  способы ограничить списывание. О  «заглушках» последний раз говорили в 2008 году, тогда же, когда и обещали миллион вариантов, по количеству выпускников. Официально средства ограничения сотовой связи тогда вводить не планировалось. Противники электронного контроля ссылались на права человека. В этом году речь о «заглушках» не шла, но абитуриенты, тем не менее, жаловались на отсутствие связи.

Во время сдачи  экзамена Элла заметила, что у нее, как и ее одноклассников (как выяснилось позже), на экране телефона упорно горело: «Нет сети». Виной тому, считает она, «заглушки», установленные в школе. «Сильнее всего их действие на первом этаже, там, где сидят учителя, но их действие распространяется по всей территории школы». Вот и Маша из Пензы стала жертвой электронного контроля. Ее мама с учителем сидела дома и ждала, пока дочь напишет. Маша отправила задания и терпеливо ждала ответа. За пять минут до конца экзамена, так его и не дождавшись, она наугад заполнила тестовую часть. Итог: два дня истерик и 50 баллов.

3. Сайт был, а нарушений нет

Жаворонкам в помощь в этом году стал и сайт «abiturient.pro». На нем после трех часов ночи систематически публиковались некоторые варианты ЕГЭ по обществознанию, математике, английскому и русскому языкам, географии, химии, физике, биологии и ИВТ. Создатели поставили перед собой главную задачу: «Получение КИМов (контрольных измерительных материалов) перед началом экзаменов в центральных и западных регионах России». Количество пользователей сайта - 100 500 человек. По правилам электронного ресурса это означает, что любой выпускник может бесплатно и без регистрации получить доступ к КИМам.
Как ни странно, в  течение всего периода проведения ЕГЭ на сайте исправно публиковались  сфотографированные варианты ЕГЭ, пусть  и не по всем предметам. Шансы того, что экзаменуемому попадется хотя бы одно задание из выложенного варианта, минимальны. Но они есть. Вариантов, было, конечно, не миллион, но столько, что полностью списать у соседа или с сайта было практически невозможно. Вариант повторялся у абитуриентов частично, то есть, несколькими вопросами. Больше всего в Москве, судя по отзывам одиннадцатиклассников, повезло математикам и биологам. У них часто совпадали КИМы с выложенными в Интернете. Более того, к семи утра по московскому времени на сайте появлялись даже решения.

Когда варианты появились  первый раз, 27 мая этого года, Рособрнадзору удалось вычислить тех, кто сделал фотографии. Результаты двух человек по ИВТ и биологии были аннулированы. Позже долго обсуждалась утечка КИМов по математике. В этот раз организатором было сложнее: уникальный код, по которому прежде вычислили экзаменуемых, выложивших свои варианты, был ловко закрашен. А сайт не только не вошел в список запретных ресурсов с недостоверной информацией, но и исправно работал до последнего экзамена.

4. «А чего вы хотите?»

Последний способ спасти свой результат – сходить на апелляцию. Взять с собой желательно как  минимум родителя или представителя  в виде учителя, предварительно заверив  нотариально его присутствие. Это  сведет возможное давление на выпускника к минимуму.

Работают в апелляционной  комиссии в большинстве случаев  по одной и той же схеме:

- За что вы хотите повысить ваш балл?

Вы перечисляете несколько критериев, возможно, даже доказываете, почему правы. Эксперт кивает головой, выражает свое согласие, а потом говорит:

- Да, так и есть. Но мы нашли у вас другие ошибки. Если мы повышаем вам балл по первому критерию, то снижаем по второму и третьему. Ну что, будем повышать?

С такой проверкой  работы особенно трудно поспорить в  гуманитарных дисциплинах. На столах у  апелляционной комиссии нет ни словарей, ни справочников. Поэтому правильно  так, как они сказали. Вот у  Гали по критерию орфография нашли  новую ошибку: Гражданская война написана с большой буквы, что неверно, по словам экспертов. Галя растерялась и спорить не стала. А потом ей и вовсе заявили: «У вас итак хороший балл, 84, что вы еще хотите?». В итоге подняли. На 1 балл. Не за орфографию.

Техническую ошибку выпускника столичной гимназии Максима  исправляли тоже неохотно. Из-за нее  часть С в экзамене по русскому языку была оценена в 0 баллов. Сначала выпускнику пришлось доказать, что «это не ручка виновата». После чего его отправили в большую конфликтную комиссию.

- Через три часа  ожиданий сказали ждать результатов  в своей школе. Через неделю  результатов не было. Тогда вмешались родители, которые прошли путь от секретаря школы-организатора апелляции до высокопоставленного лица в департаменте образования. После этого работу проверяют и ставят высокий балл. И при этом не максимум, хотя ошибок нет. Само высокопоставленное лицо объясняет: «У нас приказ, мы не можем поставить максимум».

Хотя, конечно, официально никаких приказов о выставлении  баллов апелляционной комиссии нет, повышали балл почти всегда на один, редко два. Те, кто пришел на апелляцию  и был только в «малой» конфликтной  комиссии на большее рассчитывать не мог. Лишь те, кто попал в «большую»  конфликтную комиссию, будучи уверенным  в каждом своем слове в работе, могли надеться на что-то большее. Очевидно, что у большинства эти надежды рушились. Саше, вопреки сложившимся стереотипам, получилось отыграть целых семь баллов:

- Установка по  поводу баллов – это, как  мне кажется, сплетни. И баллы  поднимают и снижают настолько,  насколько этого заслуживает  работа. Думаю, баллы мне подняли  только из-за субъективности экзамена  по литературе. По всем субъективным  критериям.

Если выпускнику поднимают баллы, это действительно  говорит не только о том, что ребенок  прав, но и что первые два проверяющих  не правы. Новая оценка по идее и не должна сильно разниться со старой: иначе это ставит под сомнения работу проверяющих.

Может быть, в этом году «официальных» нарушений и  не было. Как и не было блокировки сайта, удаления выпускников из аудитории  и снижения баллов на апелляциях. Все, кроме самого ЕГЭ, было на стороне  выпускника. Оставалось только справляться  с неожиданно сложными, порой не совпадающими с пробными ЕГЭ заданиями, бороться с задержками времени начала экзамена и получать свои 100 баллов.

Справка

В этом году сообщения о нарушениях приходили из Ростовской и Астраханской областей. При этом речь шла о целых командах учителей, решающих КИМы. Любовь Глебова прокомментировала эту ситуацию следующим образом: «Тех, кто ждет разоблачительных процессов в адрес  такого-то региона или другого, вынуждена разочаровать. Никаких процессов мы не планируем. Дело в том, что регион должен сам отвечать за то, что он сделал.»

В этом году количество выпускников, набравших ниже минимального количества баллов по двум предметам, составило 1,7%. При этом в 2009 году аттестаты не получили 2,9% всех выпускников. В столице показатели тоже улучшились. По словам главы департамента образования Москвы, число не справившихся с ЕГЭ учеников уменьшилось в два раза по сравнению с прошлым годом, а количество выпускников, получивших за экзамены 100 баллов, выросло почти вдвое.

Светлана Андреева специально для «Новой газеты»

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera