Сюжеты

В США настала эпоха тревоги

Этот материал вышел в The New York Times (20.08.2010)
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Просыпаетесь ли вы посреди ночи на грани паники? Добро пожаловать обратно в 50-е — снова. Почему-то 50-е вечно возвращаются, по крайней мере, в США. Наверное, каждое десятилетие со второй половины XX века в той или иной степени повторяет...

Просыпаетесь ли вы посреди ночи на грани паники? Добро пожаловать обратно в 50-е — снова.

Почему-то 50-е вечно возвращаются, по крайней мере, в США. Наверное, каждое десятилетие со второй половины XX века в той или иной степени повторяет какие-то элементы 50-х.

Веселые 50-е, годы рок-н-ролла и обтекаемых кабриолетов. 50-е консервативной политики, морали и моды, с трубкой в зубах и в клетчатых свитерах. Вольные 50-е неряшливых битников, слушающих джаз по дороге к миражам буддистского счастья.

Каждое из этих счастливых воспоминаний о 50-х возвращалось на сцену хотя бы однажды.

Теперь грядет возвращение того, что, возможно, было самой темной стороной 50-х, то, что дало им название «эпохи тревоги».

По данным журнала о политике в сфере здравоохранения Milbank Quaterly, знаковое психическое заболевание 50-х — тревожное расстройство — в XXI веке вернулось на первое место.

Несомненно, в наши дни хватает очевидных причин для тревоги. Главные из них — неустойчивость рабочей ситуации и то, как она угрожает нашему статусу, безопасности, комфорту и здоровью (The Times писала о том, как ухудшается состояние здоровья уволенных людей и как некоторые болезни сохраняются после возврата к работе).

Но экзистенциальный корень нашей тревоги может заключаться в чем-то, что мы разделяем с людьми 50-х: одиночество. В особенности тот его вид, который Рональд Дворкин, автор книги «Искусственное счастье: Темная сторона нового класса счастья», называет внутренним одиночеством, «парадоксом дружбы без реальной связи между людьми».

На то, что подобное одиночество вновь становится проблемой в начале десятых, четко указывает тенденция, о которой пишет The Times: в некоторых американских и европейских городах даже традиционные главные одиночки, «совы», начали собираться в уютные, дружелюбных группы для работы по ночам.

Возможно, ночной труд вместе с другими помогает бороться с внутренним одиночеством. Но обладает ли подобным лечебным эффектом главный инструмент для борьбы с одиночеством, придуманный нашим веком, — социальные сети?

Facebook помогает нам создавать иллюзию вечно растущего круга друзей. Но большинство из этих «друзей» — люди, с которыми мы едва связаны, которые не очень могут претендовать даже на звание просто знакомых. И, конечно, тут не помогает тот факт, что большинство пользователей Facebook не очень-то любят сам Facebook, считая его чем-то вроде настырного поставщика коммунальных услуг типа электричества и газа.

Некоторые из нас могут предпочитать более сомнительные решения, которые уставшие одинокие пятидесятники придумали на рубеже 50—60-х годов: грязное поведение, которое в столь приукрашенном виде подает популярный американский сериал «Безумцы». Другими словами, коктейль из внебрачных связей, крепких напитков и сигаретного дыма — всего побольше.

Наш век, возможно, хочет одолжить у «Безумцев» чуть-чуть безумия. В наши дни внимательный антрополог заметит робкие порывы к крайностям у абсолютно здоровых и дисциплинированных людей.

Конечно, создатели сериала скорее всего что-то такое и предполагали. Возможно, они заметили параллели и почувствовали, что их исторический сериал будет резонировать с духом этой новой эпохи тревоги.

Конечно, не стоит забывать, к чему привела беспутность «безумцев»-дебоширов. Эпоху тревоги 50-х сменила эпоха депрессии 70-х, 80-х и 90-х.

Комментарии отправляйте по адресу: nytweekly@nytimes.com

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera