Сюжеты

У нас радость — пойдем по этапу

Зэкам не принято сообщать об их ближайшей судьбе

Этот материал вышел в № 96 от 1 сентября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ольга Романоваэксперт по зонам, ведущая рубрики

Ну что же, прощай, Тамбов. Наверное, еще разочек успею съездить туда на зону — во всяком случае, очень постараюсь. Нас ждет этап в неизвестность. Не принято у нас зэкам, а тем более их родственникам — которые почему-то автоматически...

Ну что же, прощай, Тамбов. Наверное, еще разочек успею съездить туда на зону  — во всяком случае, очень постараюсь. Нас ждет этап в неизвестность. Не принято у нас зэкам, а тем более их родственникам — которые почему-то автоматически считаются пораженными в правах — сообщать об их ближайшей судьбе.

Рассказываю по порядку. Все лето мы бились по трем параллельным направлениям (если не считать четвертую, перпендикулярную, битву с судебными приставами, которая благодаря СМИ оказалась блистательно выигранной).

Во-первых, мы с мужем пытались применить к себе президентские поправки. По этим поправкам у нас сильно снижался срок по ст. 174, часть 1 (в старой редакции), которая у нас к тому же идет не «в чистую», а опосредованно — как «Покушение на легализацию». По идее — то есть по поправкам — ее должны были у нас вовсе снять, но снизили срок всего на 2 месяца. Мы подали кассационную жалобу, Тамбовский областной суд рассмотрел ее еще 10 августа, но до сих пор ни ответа ни привета. А на сайте у них сплошной Зощенко с Хармсом. Так что чем закончилось дело здесь, пока непонятно, но предсказуемо — ничем.

Во-вторых, мы с адвокатами долго готовились к пересмотру дела: собирали документы, свидетельства о фальсификации обвинения. Собрали. Суд нам отказал, даже не запрашивая дела из архива. Занимательная деталь: все наши надзорные жалобы — куда бы и к кому бы мы ни обращались — рассматривает один и тот же судья, некто Петров, уже год как лично, один, без ансамбля. Ну глупо было бы ждать от некоего Петрова, что он признает собственные действия ошибочными в порядке надзора. В любом случае теперь нам открыт путь в Верховный суд, а по поводу некоего Петрова — в прокуратуру и суд Конституционный.

В-третьих, и в главных — почему мы покидаем гостеприимный Тамбов: нас все-таки отправляют из зоны в колонию-поселение. Не в Тамбовскую область: судя по всему, это будет север Пермского края. Достали мы их там, в Тамбове, не иначе, к ним даже лично Реймер, глава ФСИН, вроде как с визитом собирается.

Что я могу сказать, прощаясь, по поводу Тамбова. В колонии поселка Зеленый Рассказовского района Тамбовской области мы пробыли больше года. Если честно — это был хороший год. Все познается в сравнении  — все же до этого год мы были в Бутырке, а кто пережил год в Бутырке, тот относится к жизни совсем иначе. Не с чем сравнить: может быть, это как пережить тяжелый онкологический диагноз и выжить. Шансов выжить было не очень много: нас прессовала та же бригада, что работала по делу Магнитского. И прессовала точно так же. То, что мой муж выжил, — это он, конечно, молодец (хотя в большей степени помогли взятки, которые я перетаскала бутырским персонажам в неописуемом количестве, но это все ж я не себя хвалю: каналы налаживал муж изнутри). Главное, что за тот бутырский год муж совершенно преобразился: я теперь твердо знаю, что вышла замуж за прекрасного, очень мужественного и стойкого, порядочного и умного человека, который умеет отличать фуфло от настоящего и не разменивается ни на что. Тюрьма нас сильно сплотила. А почти полтора года на зоне прибавила романтики в отношениях: никак не блатной романтики, а какой-то бытовой. Романтика домашних котлет, если хотите.

На зоне нам в основном встретились люди хорошие. Сейчас, когда уже мы оттуда уезжаем, — все можно сказать, а вот плохого мало, если оглянуться, так в общем — поправимая ерунда. В Тамбове (как в регионе) живут в основном очень душевные люди, а губернатор никакой. Его только что снова переназначили, Бетин его фамилия, и вот полтора почти года тусуясь в его вотчине, скажу так: с такими людьми и с такой землей, какая досталась ему на барщину и оброк, можно было бы интересоваться не только водочным заводиком, красой трассы Тамбов — Рассказово. Власть в Тамбове не то чтобы злобная — и намека на злобность нет, — а совершенно инфантильная и какая-то неумная и заунывная. Но, наверное, таких сейчас и ценят. Конечно, давний предшественник Бетина, Гаврила Романович Державин, тамбовский губернатор, поинтереснее был, но, видно, это племя у нас повывелось.

Мы уезжаем на поселение. С точки зрения условий содержания поселение сильно круче зоны, свобод там гораздо больше. Во всяком случае, по закону, а уж как там будет на практике, поглядим. Ждем теперь этапа: из Тамбова неизвестно куда везти будут с месяц, а как выяснится, куда привезли, понятное дело, тут же соберусь и доложусь. Главное, повезло с сезоном: везут зэков в столыпинских вагонах, по 16 человек в стандартном купе, ад по-любому, но в сильную жару или в сильный мороз этот ад можно умножить на четыре.

Адвокаты прислали все приказы Минюста и все статьи УИК, касающиеся поселений. Теперь штудируем. Поняла главное: на поселке посылки и свидания без ограничений, зэк может иметь наличные деньги и ходить в вольной одежде. Работать обязательно, но как раз работа — это то, что мы оба любим. Наконец-то смогу взять с собой немногих оставшихся друзей мужа: на зоне при свидании обязательно иметь документ о самом близком родстве, а на поселении вроде как приезжай кто хочешь и живи сколько хочешь, только за угол плати. Вспомнился Ленин в Шушенском. Я, конечно, не Крупская, но вот насчет рояля  — можно ли привезти на подводе — вдруг стало сильно интересно.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera