Сюжеты

Заповедник имени Петрика

Абсолютно все социальные учреждения Новгородской области оборудованы фильтрами «чудо-изобретателя», но это не спасает детей от серозного менингита

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 97 от 3 сентября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Зинаида БурскаяКорреспондент

Уже почти год топовой темой отечественного медиа- и сетевого пространства остаются «фильтры Петрика» и создаваемая под их реализацию госпрограмма «Чистая вода». За это время нам и нашим коллегам удалось многого добиться: правительство пока...

Уже почти год топовой темой отечественного медиа- и сетевого пространства остаются «фильтры Петрика» и создаваемая под их реализацию госпрограмма «Чистая вода». За это время нам и нашим коллегам удалось многого добиться: правительство пока отказывается от принятия пародии на госпрограмму (подробнее об этом — в «Новой» №86 от 09.08.2010), «Единая Россия» после опубликования совместного патента Петрика—Грызлова открестилась от изобретателя, и сам спикер Госдумы перестал к месту и не к месту употреблять приставку «нано». Для ученых и блогеров имя Петрика стало нарицательным.

Однако губернские власти еще не везде успели уловить новый тренд. Например, в Новгороде, регионе, где проект «Чистая вода» проходил пилотные испытания, фильтрами оборудовано 100% детских садов, школ и больниц. По области в целом — больше 50%. В большинстве случаев — за счет бюджетных средств. Фильтры здесь — предмет гордости, а Петрик — дорогой гость.

Новгородская область до недавнего времени оставалась главной территорией для распространения мифа о партийной «Чистой воде». Кадры, снятые в 2006 году в школе №13 г. Новгорода, где в рамках программы были установлены первые фильтры, появлялись в любом репортаже про Петрика. На опыт области, где в более чем 50% социальных учреждений установлены системы доочистки воды, произведенные «Золотой формулой» (одна из фирм Петрика), ссылались продвигавшие партийную программу зампред Совета Светлана Орлова и Борис Грызлов. Миф был разрушен в конце прошлого года, когда в широком доступе оказалась информация о вспышках серозного менингита, зафиксированных в области в 2008 и 2009 годах. Менингит чаще всего передается именно водным путем.

Новгородская область стала пилотной во всех смыслах. Необходимо было проверить на практике, насколько глубоко установка фильтров позволяет запустить руку в бюджет. Узнали: руку запустили и дна не нащупали. В 2006 году установка фильтров только в одной школе обошлась новгородскому городскому бюджету в 285 тыс рублей. В 2007-м фильтрами оборудовали еще 11 социальных учреждений, причем в половине случаев — за счет средств спонсоров и родителей. А в следующие два года деньги потекли уже из областного бюджета. 3 млн выделили в 2008 году, и чуть больше — в 2009-м.

В 2010 году бюджет области по уровню дефицита вплотную подошел к порогу в 15%, установленному Бюджетным кодексом РФ. Расходы по возможности сократили. Рост наметился всего по нескольким пунктам: национальная безопасность, содержание чиновников, в том числе губернатора, и образование. Раздел «Образование» увеличился в основном за счет статьи «Региональные целевые программы», в список которых вошло и обслуживание систем доочистки воды в образовательных учреждениях области. На это выделяют больше 5 млн рублей (учреждения здравоохранения области, получается, будут обслуживать установленные фильтры за свой счет).

Данные о количестве установленных в области и самом Новгороде фильтров разнятся: от 300 до 1300 систем. «Новая» отталкивалась от количества в 318 штук, указанного в отчете о реализации программы, который замглавы областной администрации А. Смирнов направлял Петрику. Если фильтров 318 — на то, чтобы дважды в год поменять в них картриджи, области необходимо около 3,5 млн рублей.

***

— А что вы о фильтрах хотите узнать? У нас c ними все в порядке! Все документы вот есть, можем показать… — руководство Первой университетской гимназии Новгорода встречает руководителя рабочей группы областной общественной палаты Анну ЧЕРЕПАНОВУ несколько суетливо, но держится вполне уверенно. С документами у них действительно все в порядке. В специальную тетрадь заносятся расход воды и даты замены картриджей.

— Вначале мы узнали про 13-ю школу. Писали про это много местные журналисты и по телевизору показывали. Ну и нам таких хороших фильтров тоже захотелось. Стали узнавать. А потом нам в комитете образования сказали: будем и вам ставить.

Новгородские власти сделали все очень грамотно. Каждое социальное учреждение самостоятельно заключало договор с «Золотой формулой», и получалось, что вроде как само выбирало себе поставщика фильтра, а из бюджета получало субсидии на его установку и обслуживание. Формально выходит, что областная «Чистая вода» и фильтры Петрика никак не связаны.

— У нас фильтр один, он стоит на пищеблоке. Сырую воду из-под него дети не получают — для питья школа закупает бутилированную, так что отфильтрованная вода идет только на приготовление пищи, с предварительным кипячением, естественно, как того правила требуют. Посмотреть хотите?

Легендарный фильтр выглядит довольно заурядно. Три цилиндра из нержавейки разных размеров, соединенные между собой, и счетчик расхода воды. Один из цилиндров — лампа ультрафиолетового облучения для обеззараживания воды, которую «Золотая формула» установила на фильтр позднее, — чтобы вода по микробиологическим показателям хоть как-то дотягивала до нормы.

На установленных фильтрах не удалось обнаружить ни одного опознавательного знака — только светлый прямоугольник на месте, где раньше была наклейка-этикетка.

— Нет, мы ее не сами сняли. Вроде работники «Золотой формулы» убрали, когда в очередной раз картридж приходили менять. Мы, кстати, новый картридж всегда перед началом учебного года стараемся установить, шесть тысяч стоит.

Черепанова объясняет, чем опасны «наноматериалы», которые даже не исследовались, как того требует Роспотребнадзор, на предмет потенциального вреда здоровью человека, рассказывает, об экспертизе фильтров, которую проводило Общество защиты прав потребителей. Ее слушают вроде внимательно, но по лицу видно — не верят и не хотят брать в расчет.

— Нам что дали, то у нас и стоит. Знаете, у нас за все время эксплуатации никаких жалоб ни разу не было. Детишки все довольны. Родители радуются. Менингит? Боже упаси, не было у нас менингита. Да мы и сами эту воду пьем... Тем более что у нас Новгородский Роспотребнадзор регулярно пробы воды берет — все в норме. И Аверкин (председатель областного комитета образования. — З.Б.) сказал недавно, что никакого «нано» там нет, что внутри фильтра обычный березовый уголь...

Руководство 13-й школы, той самой, где появились самые первые фильтры, менее лояльно. Фильтры посмотреть — пожалуйста (здесь их несколько: на пищеблоке, в медицинских кабинетах, в том числе и несколько фонтанчиков, из которых дети пьют сырую воду). А вот документы отксерокопировать — это вы, господа общественники, в «Золотую формулу» обращайтесь. Менингита не было. Все довольны.

— Эти скандалы, разговоры, они только будоражат. Если бы что-то и было, давно бы ведь уже запретили! И вообще, никаких документов о том, что они вредны, мы ни разу в глаза не видели.

Черепанова достает копию патента на производство сорбента УСВР (углеродная смесь высокой реакционной способности, используется в фильтрах Петрика). На первой же странице — слово «нано».

— Ну что вы нам показываете, это же не документ! Это ж с Интернета! Вот Роспотребнадзор нам с печатями все предоставляет, говорит, что все с ними нормально.

Черепанова пытается доказать, что Роспотребнадзор в своих заключениях может и лукавить, рассказывает о родственных связях, личных интересах чиновников и т.п.

Минутный внутренний конфликт разрешается в пользу душевного спокойствия руководства 13-й школы.

— А как жить, если не доверять специалистам, властям?!

*** 

Десятилетняя Таня заболела менингитом в октябре 2008 года. Стало плохо, поднялась температура, болела голова, от света резало глаза, почти сутки не останавливалась рвота. Ее мама Мария испугалась и вызвала «скорую». В областной инфекционной больнице диагноз «серозный менингит» девочке поставили сразу. К тому моменту свободных коек в больнице почти не было. Марию вместе с дочкой не положили, на протяжении нескольких недель все приемные часы она проводила с Таней. Все лекарства дорогостоящие покупала за свой счет. Только через год начала восстанавливаться память, и девочка стала нормально спать. Никаких путевок в пансионат или специальный санаторий Марии и ее дочери не предложили.

Танин случай был далеко не самый тяжелый. Она была уже третьей по счету, кто заболел в ее классе. Врач в больнице говорил, что энтеровирусную инфекцию, которая и стала причиной менингита, дети, возможно, получили с водой. 

По данным Новгородского Роспотребнадзора, в 2008 году в области было зарегистрировано 73 случая серозного менингита, из них у детей — 66 случаев, в 2009-м — 95 случаев, из них — 84 ребенка. Летальных исходов не было. Путь передачи — контактно-бытовой и воздушно-капельный. Подтверждения водного пути передачи инфекции не установлено. Из 36 проб водопроводной воды, взятых за два года, 6 было отправлено в специализированный центр в Нижнем Новгороде, энтеровирусов не выявлено.

Применение лампы УФО в фильтрах Петрика — попытка добиться минимально приемлемого качества воды. Эти фильтры позиционируются в первую очередь как фильтры доочистки, через которые будет проходить подготовленная Водоканалом и, соответственно, обеззараженная вода, а потому в большинстве исследований их проверяли только на химические и органолептические показатели. Однако стерильная вода из-за плачевного состояния водопровода, нарушений технологических режимов работы водоочистных сооружений систем водоснабжения загрязняется вторично, и в ней могут оказаться — и оказываются — микроорганизмы. Петербургский и Новгородский водоканалы проверяли фильтры Петрика на микробиологию: в случае когда установка работает на протоке (при непрерывном расходе воды), количество бактерий, вымывающихся из материала, остается сравнительно небольшим. Однако в случае когда вода на некоторое время застаивается в установке, количество бактерий в УСВР неконтролируемо возрастает.

Кстати, в 2000 году УСВР проходила государственную экологическую экспертизу. Специалисты отметили, что в случае применения сорбента для изготовления фильтров конструкцию необходимо дополнить элементами, способными сорбировать ионы тяжелых металлов и другие неорганические соединения, содержание которых в воде многих регионов превышает нормы многократно, потому что УСВР с такими загрязнениями не справляется. «Дополнительных элементов» такого рода в фильтрах Петрика так и не появилось.

***

Дурная слава фильтров Петрика дошла до их главного испытательного полигона, Великого Новгорода, только весной этого года. Анна Черепанова натолкнулась на заключение комиссии РАН по деятельности Петрика, поняла — ее области эта информация касается больше, чем кого-либо, и начала действовать: написала несколько статей для местной газеты «Волхов», рассказала о фильтрах на городских форумах, общалась с родителями, писала письма областным и федеральным чиновникам. После публикации в начале июня подписанного обеспокоенными родителями открытого письма губернатору Сергею Митину, на которое тот до сих пор так и не ответил, областные и городские чиновники организовали закрытую пресс-конференцию. Председатель областного комитета образования Владимир Аверкин заявил: «Ни про какие нанотехнологии я не знаю. Я уточнил, в них применяется самый обычный уголь. А если родители сомневаются, не надо апеллировать к органам власти. Решайте это на совете образовательного учреждения, приглашайте лабораторию, тестируйте…». У господина Аверкина короткая память: в 2006 году он был в 13-й школе на торжественных мероприятиях, посвященных установке первых фильтров. Тогда еще этикетка на корпусе была. И на ней черным по белому: «Нанотехнологии XXI века».

У новгородских властей три рубежа обороны: 1) в области не применяются фильтры Петрика, изобретатель, мол, предлагал свои услуги, но от них отказались, о чем заявил главный специалист-эксперт отдела санитарного надзора, регистрации и лицензирования Александр Тихонов; 2) нанотехнологий в фильтрах нет; 3) Роспотребнадзор и Водоканал регулярно исследуют воду из-под фильтров, все показатели в норме.

 Документов, собранных Черепановой и инициативной группой родителей, достаточно, чтобы разбить все домыслы.

С тем, стоят фильтры Петрика в области или не стоят, все просто — фамилия изобретателя фигурирует в паспортах на фильтры, которые имеются в каждом учреждении, где они установлены.

С тем, действительно ли УСВР — наноматериал, опасный для человека, все обстоит сложнее. Несмотря на то, что патент на его производство гласит, что он — «нано», необходимы исследования. Не всякий наноматериал представляет угрозу, однако специалисты склонны полагать, что высокие сорбционные характеристики УСВР обусловлены присутствием в составе материала деформированных углеродных нанотрубок, обладающих высокой реакционной способностью, которые, попадая в организм с водой, могут вызывать поражения клеток, в частности, онкологические заболевания. Дети более, чем взрослые, восприимчивы к подобным воздействиям.

Ни одного испытания на предмет наличия в УСВР наночастиц не проводилось вплоть до августа этого года, когда вынужденные бороться с общественным недовольством власти инициировали очередной показательный забор проб воды. Экспертизу воды проводили во Всероссийском научно-исследовательском геологическом институте (ВСЕГЕИ). Из результатов исследования на трех страничках следует — наночастиц в воде после фильтров нет. Однако ученые, не имеющие отношения к Санкт-Петербургу и ВСЕГЕИ, уверены — методика исследований была серьезно нарушена, а потому результат не может быть объективным.

Стоит ли рисковать, если наночастицы так опасны и могут содержаться в УСВР?

Если говорить о деньгах, то стоит. Цена одного «чудо-фильтра» превосходит стоимость аналогов в среднем в полтора-два раза. Сорбент изготавливают в городе Всеволжске Ленинградской области. Дочь директора Санкт-Петербургского водоканала* Феликса Кармазинова Янина, которая занимает пост главы муниципального образования города Кронштадт, — жена сына заместителя главы администрации Новгородской области Александра Габитова. Корпусы из нержавейки для фильтров выпускает специально созданный для этих целей завод в Новгородской области. Глава Новгородского водоканала Михаил Некипелов и директор новгородской «Золотой формулы» Александр Некипелов не однофамильцы, а близкие родственники.

***

Население Новгорода — больше 200 тысяч. Обеспокоенных мам, объединившихся в инициативную группу, — не больше 15 человек.

— Я всем знакомым мамашам про фильтры рассказывала, объясняла. Листовки раздавала, объявления расклеивала. Бесполезно. Слушают, головами кивают, но у всех один ответ: «Если бы с ними действительно было все так плохо, их бы уже запретили».

На новгородском форуме «Чудо-мама» владелица ресурса закрыла тему, в которой обсуждались фильтры Петрика. В разговоре с членами инициативной группы объяснила: закрыть тему порекомендовала городская администрация. А на всех тех, кто пытается бороться с фильтрами Петрика, уже собраны досье.

Мамы боятся. Город маленький, все друг друга знают. Уволят, и останешься ты и без средств к существованию, и без своей борьбы.

В городской администрации не смогли внятно объяснить, почему 100% социальных учреждений оборудованы именно фильтрами Петрика. «Потому что никаких иных предложений от производителей фильтров на тот момент не поступало, — заявил замглавы администрации Алексадр Уткин. — Откуда исходила инициатива по их установке, я не могу вам сказать, работаю на этой должности всего третий год. Но это была не моя идея».

Председатель комитета по образованию Наталья РЫБНИКОВА поначалу общалась с Черепановой уверенно, пока Черепанова не показала тот самый патент со словом «нано».

 — Мы такого не видели, не понимаю, что такое «нано»… Если бы мы до этого такой документ получили… — смутилась Рыбникова, но быстро нашлась: — В любом случае разбираться с патентами не входит в обязанности администрации.

***

Анна Черепанова, возглавляющая рабочую группу Общественной палаты (новгородская палата — старейшая в России, единственная, формируемая по заявительному принципу, когда в нее попадает по одному представителю каждой существующей общественной организации), и ее сестра Ксения работают в Москве, а общественной деятельностью занимаются у себя на родине,  в Новгороде. Они продолжают дело своего отца, создавшего общественную организацию «Собрание коренных новгородцев». По итогам 2009 года девушки подготовили доклад о состоянии гражданского общества в области — полноценную исследовательскую работу, основанную на социологических опросах. Совет Общественной палаты собирался дважды, но его члены отказались выносить доклад на общее собрание, кричали: «Это же настоящая война! Это вызов власти! Зачем вам это?». Почти ежедневно муниципальные СМИ выпускают передачи и статьи известного свойства, в которых обвиняют сестер Черепановых чуть ли не в экстремизме.

В Новгороде, знаменитом своим вече городе, нет гражданского общества. Есть губернатор, который объясняет местным журналистам, как писать надо, и как не стоит. Есть чахлый бизнес. И есть совершенно равнодушные люди. Они не пользуются Интернетом не потому, что это дорого, а потому, что у них нет потребности в информации. Они не способны пожертвовать своим спокойствием даже ради собственных детей. Им, откровенно говоря, плевать, стоят фильтры Петрика или нет. И, кажется, даже если фильтры будут признаны вредными, они не поднимутся с дивана.

* ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга»  провел исследования фильтров Петрика, а результаты — засекретил. По информации из открытых источников, результаты — не впечатляющие (подробнее см. №133 «Новой» от 30 ноября 2009 г.).

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera