Сюжеты

Поиски ваххабитов в горах Дагестана

Этот материал вышел в № 106 от 24 сентября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Тофик Шахвердиеврежиссер

«Наш главный начальник позвонил в Москву и попросил денег, — говорил мне водитель старого жигуленка, на котором вез нашу небольшую съемочную группу. — А Путин в ответ: «Я уже послал в Дагестан несколько миллиардов, неужели вам не хватает?»...

«Наш главный начальник позвонил в Москву и попросил денег, — говорил мне водитель старого жигуленка, на котором вез нашу небольшую съемочную группу. — А Путин в ответ: «Я уже послал в Дагестан несколько миллиардов, неужели вам не хватает?» — «Нам хватает, — сказал начальник. — Спасибо, Владимир Владимирович! Нам-то денег хватает, а вот народу не хватает!..» 

Старый анекдот, но очень к месту...

В республике не то тридцать, не то сорок народностей, пишут об этом по-всякому. А разных языков там насчитывают порядка сотни. В переводе «Дагестан» означает «Страна гор». Уже там я услышал и другое: «Дагестан — это гора народов и языков» — слова местного интеллигента. Мне понравилось. Я решил именно так назвать наш фильм из серии, посвященной малым народам России. Но позже придумал, мне кажется, название поинтереснее: то, что в заголовке статьи.

Когда наша съемочная группа из Москвы отправлялась в Дагестан, мы слышали вслед: «Куда вас черти несут! Там же стреляют, взрывают! Еще и в заложники возьмут, где мы денег достанем на выкуп?»

Не без некоторого опасения мы все же полетели.

— Как вас принимали в разных местах Дагестана? — cпрашивали меня мальчики в высокогорном селе Рича, последнем из пяти сел, в которых мы побывали.

 — Принимали доброжелательно, гостеприимно, — честно отвечал я.

— А почему нас не принимают в России так же хорошо? — допытывались подростки. Летом они гостили в Ростове. Местные сверстники дружить с ними отказались, называли «чурками», «ваххабитами», «террористами», сторонились их.

 Кавказские горы и горцев легко представить себе как на картинке с пачки советских папирос «Казбек». Лихой всадник скачет в бурке на почти летящем коне на фоне заснеженных вершин. И можно полагать, что горцы тем и живут, что скачут и сражаются. Такой стремительный образ жизни. То, что мы увидели в горных селах Дагестана, было полной неожиданностью. Знаете, чем занимаются эти горцы, эти абреки, прирожденные лихие наездники? Скачками, грабежом, войной? Там, где мы побывали, в высокогорных селах, люди живут главным образом тем, что сажают и выращивают картошку, морковку и капусту. Наездники же нам попадались на глаза всего несколько раз за три недели. Чаще видели кого-нибудь верхом на ишаке, но назвать такого человека наездником трудно. Обычно же на дороге мы встречали ишака, заваленного тяжелыми мешками, а рядом его хозяина, груженного как тот же ишак.

 Снег на скалистых вершинах беспрерывно дает воду. Родников, речек и речушек в горах множество, солнце на большой высоте умеренное, не пережигает. Плодородной земли, правда, мало. На скальных породах горцы строят жилища, а там, где клочками проступает почва, устраивают террасы. На них распластаны лоскуты разноцветных огородов. Морковь в горах вырастает сладкая как арбуз, картошка — крупная, чистая, рассыпчатая. Капуста белоснежная, без пятен и изъянов. Химии никакой. Во-первых, для крестьян она слишком дорогая, во-вторых, доставить искусственные удобрения на высоту две с лишним тысячи метров по плохой опасной дороге означает удвоить их цену, а в-третьих, зачем она нужна, когда у каждой семьи есть коровы и овцы. Удобрение прямо под ногами, собери в мешок и неси на огород.

 Все делается вручную. Техники нет, только лопата и мешок. Одна семья в состоянии вырастить и собрать три-четыре тонны картофеля в год. Скупщики платят семь-восемь рублей за килограмм, потом везут овощи в Ставрополь, а то и в Москву. В прошлом году в селе Усиша половину картофеля продали по этой цене, а остальное никто не брал и по рублю. Часть сгнила, часть скормили скоту.

 Выслушав хозяев, я делился с ними беспокойством: в Москве мы то и дело слышим о взрывах, заложниках и расстрелах в Дагестане. А они, в свою очередь, рассказывали, что такие же вести об убийствах и прочих актах насилия по радио и телевизору доносятся к ним и из Москвы, и из других русских городов. Мы там у себя считаем Дагестан горячей точкой, а для них еще и Москва горячая точка. «Один страна живем как-никак». Удивляться нечему, порядки одинаковые. Но чем дальше от столицы, тем больше злоупотреблений этими порядками.

 Свой фильм я назвал «Поиски ваххабитов в горах Дагестана». Это означает, что ваххабитов (а в нашем понимании — террористов) в тех горных селах, где мы смогли побывать, так и не нашли. Люди живут естественной жизнью земледельцев, все необходимое добывают собственным трудом. Богатство не копится в чьих-то одних руках, распиливать нечего, им не до терроризма. Они гнут спины на огородах и думают, как дотянуть до следующей весны.

 — Анекдот, наверное, но люди рассказывают, как наш главный начальник позвонил в Москву и попросил денег, — говорил мне водитель старого жигуленка, на котором вез нашу небольшую съемочную группу. — А Путин в ответ: «Я уже послал в Дагестан несколько миллиардов, неужели вам не хватает?» — «Нам хватает, — сказал начальник. — Спасибо, Владимир Владимирович! Нам-то денег хватает, а вот народу не хватает!..» Поверьте, это все погоны делают! Одного убили, другого убили… Кому-то места нет, они кого-то убирают, а своего ставят. У кого оружие, у того власть. У кого власть, у того деньги. Погоны убивают друг друга. Россия шлет сюда деньги, а они делят их. И должности делят. Большая власть — большие деньги. Силовики стреляют в силовиков. В их распоряжении автоматы, взрывчатка. Вот они и распоряжаются. Застрелил человека, назвал его боевиком, еще и поощрение получил. А нам эти теракты и эта кровь ни к чему. То ли у вас кого-то взорвали, то ли у нас взорвали, значит, где угодно может беда случиться и со мной. Хоть в Махачкале, хоть в Москве. Один страна живем как-никак!

 Мы должны признать, в Дагестане нас, гостей из Москвы, принимали действительно хорошо. У них в горах при встрече с любым человеком, знакомым или незнакомым, принято спрашивать, не устал ли тот, не надо ли помочь? Я поначалу терялся. Если кто-нибудь видел в моих руках много вещей, штатив, сумку с камерой и прочее, то подходил ко мне, молча брал что-то из моих тяжестей и нес сам. Потом обязательно звал в гости, предлагал кров, еду, помощь. Кого бы мы там ни встретили, все были доброжелательны и крайне деликатны, гостям все в первую очередь. Деревня, одним словом! Простые, добрые, не развращенные городской, многоэтажной жизнью люди.

 Я говорю, разумеется, не обо всем Дагестане. В республике найдутся и благородство, и продажность, и бескорыстие, и взяточничество, и бандитизм. Рассказываю исключительно о тех людях, которые живут отдельными островками высоко в горах, со своим собственным, отдельным языком и своими нравами.

Газа нет, жилища отапливают кизяком, сушеным навозом, смешанным с соломой. Дороги плохие. Никакой другой работы, кроме как орудовать лопатой и пасти овец, не предвидится. А телевизор дразнит, в телевизоре все красиво. Молодежь уезжает. А в Москве их, гостей из солнечных братских республик, встречают с недоверием и ненавистью. Они сотнями толкутся в метро, часами подпирают стены, громко разговаривают, раздражая не только кожаные бошки — скинхедов, но и мирных пассажиров, сторонников дружбы народов всех рас и вероисповеданий. Приезжают те, кого Россия обучила русскому языку, сделала своими гражданами. В надежде найти работу и счастье они едут сюда, а не в Лондон. Среди них есть и честные люди, и нечестные, хорошие и плохие. Их всех — безденежных, безработных, бездомных — менты и работодатели будут одинаково обманывать, унижать, обирать. Они все — и хорошие, и плохие — пройдут школу обмана и подлости, обретут соответствующие понятия и навыки и будут действовать сообразно им. И даже тот, кто был хорошим, станет плохим. Иначе не выжить. И наша ненависть к ним, а их к нам с каждым днем будет только нарастать. «Один страна живем как-никак!»

 На вопрос мальчиков из села Рича, почему в Дагестане к русским относятся хорошо, а к дагестанцам в России относятся плохо, я произнес много сильных слов по части дружбы народов, взаимопонимания, взаимоуважения и терпимости. Не уверен, убедил ли я этих славных ребят. Знаю только, в том, что я им говорил, сам себя убедить не смог.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera