Сюжеты

Мастерица идиллий

Этот материал вышел в № 113 от 11 октября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Культура

В галерее «Дом Нащокина» показывают живопись и графику Зинаиды Серебряковой из музеев и частных собраний. Выставка приурочена к 125-летию со дня рождения художницы, а заодно и к Году Франции в России: последние 43 года жизни Серебрякова...

В галерее «Дом Нащокина» показывают живопись и графику Зинаиды Серебряковой из музеев и частных собраний. Выставка приурочена к 125-летию со дня рождения художницы, а заодно и к Году Франции в России: последние 43 года жизни Серебрякова прожила в Париже.

Критики-современники Зинаиду Серебрякову почти не замечали, несмотря на то что она входила в «Мир искусства», выставлялась рядом с самыми значительными авторами своего времени и была членом разветвленного художественного клана Лансере — Бенуа. Однако до известного момента ее имя фигурировало среди выдающихся личностей, пожалуй, только на мемориальной доске петербургского дома невдалеке от Мариинского театра. Кажется, один только Александр Бенуа по-родственному похвалил начинающую художницу за оптимизм и радостное отношение к жизни. Потом внезапно все изменилось, и Серебрякову полюбили и критики, и публика. После хрущевской оттепели, когда в метрополию стали проникать некоторые сравнительно безобидные изгнанники или, во всяком случае, сведения о них, про Серебрякову вспомнили как про «последнюю представительницу» эпохи всемерного расцвета искусств. В середине 60-х прошли ее выставки в Москве, Ленинграде и Киеве, Русский музей закупил два десятка ее парижских полотен, а к концу 70-х в Москве была издана первая монография о ее творчестве. Дальше — больше. Как-то незаметно имя Зинаиды Серебряковой внедрилось в списки главнейших русских живописцев XX века. Ее стали уверенно перечислять вслед за Ларионовым, Сомовым и Бакстом. Стали рассуждать о ее отношениях с символизмом, конструктивизмом и футуризмом. С нездешней щедростью ее сравнивают с Боттичелли, Ренуаром и еще бог знает с кем. В новые времена настенные календари с вдохновенными женскими лицами, а также и с восхитительными обнаженными фигурами во множестве издаются и активно раскупаются. Удачная фамилия художницы как будто специально подчеркивает ее принадлежность к тому периоду в истории русской культуры, который принято называть Серебряным веком. А это такой период, который у доверчивых людей, не желающих вникать в подробности, ассоциируется непременно с чем-то возвышенным, трепетным и чистым.

В этом смысле выставка в галерее «Дом Нащокина» сделана так, как и должна быть сделана, если кураторы не ставят перед собой задачу обмануть ожидания публики. Мягкая подсветка не всегда позволяет разглядеть детали живописи, но точно соответствует ее тихому лирическому настроению. Серебрякова последовательно придерживалась мнения, что изображение должно ласкать глаз и обязательно по-хорошему тревожить чувство. Большего, судя по всему, она от него и не требовала. Никаких профетических исканий и эстетических прорывов она не предпринимала. По-видимому, трезво оценивая свои возможности. Зачастую такое вынужденное стремление к неброской красоте принимает агрессивные формы. Видно, что за эту самую красоту автор кому угодно перегрызет глотку. И это иногда даже интригует, вызывает интерес и уважение. Но у Серебряковой совсем не так. Она была мирным человеком и мирным художником. И модели у нее тоже были мирные, иногда так и вовсе спящие, как на «Портрете дочери». Крестьяне — ухоженные, сытые, занятые созидательным трудом, утонченные юные особы поглощены позированием, иногда чтением или прической и макияжем. Вся эта убаюкивающая гармония и есть, вероятно, то, что хотят многие зрители от искусства. И очень хорошо, что им можно показать Серебрякову, мастеровитого автора и достойного человека.

Наверное, для того, чтобы внести все же некоторую остроту в экспозицию, устроители выставки разбавили работы документами — письмами художницы и свидетельствами ее драматической биографии. Скорее всего, это не слишком уместно. Потому что как-то решительно не имеет отношения к делу, то есть к художественной практике, куда Серебрякова своих истинных переживаний не допускала. Пусть уж это будет в биографических трудах, а в истории искусства  пусть остается та непоколебимая идиллия, на создание которой Зинаида Серебрякова положила жизнь.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera