Сюжеты

Суд превысил скорость

Следствие по делу Сторчака пытается перебежать дорогу арбитражному процессу

Этот материал вышел в № 116 от 18 октября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

 

История российского правосудия пополнилась еще одной скандальной страницей. Басманный суд Москвы своим решением от 30 сентября обязал замминистра финансов Сергея Сторчака закончить ознакомление с многотомными трудами следствия за несколько...

История российского правосудия пополнилась еще одной скандальной страницей. Басманный суд Москвы своим решением от 30 сентября обязал замминистра финансов Сергея Сторчака закончить ознакомление с многотомными трудами следствия за несколько дней, тем самым придав этому громкому делу поистине космическое ускорение. Инициатива исходила от Следственного комитета при прокуратуре, представители которого полагают: Сторчак намеренно затягивает чтение в ожидании решения арбитражного суда.

«Новая газета» в № 101 уже объясняла, какая существует связь между уголовным делом и спором хозяйствующих субъектов в гражданском процессе. Напомним вкратце. Арбитражный суд 20 октября должен вынести решения по иску компании «Содэксим» к Минфину о взыскании так называемого алжирского долга, между тем обстоятельства, с ним связанные, как раз и составляют основу обвинительного заключения по уголовному делу. Головную боль у следователей это вызывает потому, что сам факт признания законности требований коммерческой структуры, поддержанных в свое время Сторчаком (именно это ему и вменяют в вину), служит основанием для немедленного и обязательного прекращения уголовного дела. А такой провальный финал сторону обвинения категорически не устраивает.

Среди прочих громких расследований Следственного комитета дело Сторчака имеет статус «показательного». В производстве СКП оно находится вот уже более трех лет, при этом формулировка обвинения менялась трижды. Первоначально следователи решили, что действующий замминистра финансов Сергей Сторчак, бывший госчиновник Вадим Волков, предприниматель Виктор Захаров и банкир Игорь Кругляков покушались на хищение 43,4 миллиона казенных долларов под предлогом покрытия затрат, понесенных компанией «Содэксим» в Алжире, хотя никакого долга государства перед бизнесменами, по мнению СКП, не было и в помине. В окончательном же варианте следствие пришло к выводу, что государство деньги все-таки получило, обязательно должно их возвратить, но вовсе не компании «Содэксим». По мнению стороны обвинения, «Содэксим» был ненадлежащим истцом, а потому решение Минфина признать долг перед компанией — преступно.

В ообще-то, что кому и кто должен в хозяйственных спорах, решат вовсе не следователи, а арбитражный суд — для того он и существует. Поэтому в мае 2010 года компания «Содэксим» подала иск к Минфину России о взыскании «алжирского» долга с набежавшими за долгие годы волокиты процентами. И арбитражный суд принял этот иск к рассмотрению, тем самым признав «Содэксим» надлежащим истцом, который имел полное право заявить свои требования к Минфину. То есть ровно то, что утверждал Сторчак, поплатившийся за это уголовным преследованием и заключением в СИЗО.

Тут, в скобках, очень важно заметить: никто из фигурантов уголовного дела в арбитражном процессе не участвовал. Хотя — чего скрывать — для Сторчака, Захарова, Волкова и Круглякова позиция гражданского судьи имеет важнейшее значение, поскольку незадолго до всех этих событий статья 90 УПК РФ претерпела существенные изменения. Введенная законодателем норма «преюдициальности» делала решения судов, включая арбитраж, обязательными для следственных органов. А значит, предъявленное Сторчаку, Волкову, Захарову и Круглякову обвинение можно списывать в архив.

Понятно, что реакция Следственного комитета на действия арбитражного суда оказалась негативной — в прессе появились неаккуратные заявления руководства СКП: «любое решение Арбитражного суда о возмещении причиненного ущерба ничего не изменит в квалификации действий Сторчака». Затем следствие попыталось напрямую вмешаться в арбитражный процесс, отправив в гражданский суд материалы уголовного дела, якобы подтверждающие несостоятельность требований компании «Содэксим». Когда и этот сомнительный прием не дал желаемого результата, Следственный комитет пожаловался в Басманный суд Москвы на обвиняемых, которые «слишком долго» читают дело. И самый известный судебный орган России обязал заместителя министра финансов России Сергея Сторчака, Виктора Захарова и участвующих в деле адвокатов закончить ознакомление с материалами уголовного дела не позже 8 октября 2010 года — то есть за двенадцать дней до даты окончания арбитражного процесса.

По мнению защиты, исполнить решение суда практически невозможно. Так, адвокат Марина Мастинская в разговоре с корреспондентом «Новой» в качестве аргумента приводит элементарные арифметические подсчеты: «Я вступила в уголовное дело 4 октября 2010 года в качестве защитника обвиняемого Захарова. Мне было предъявлено для ознакомления 102 тома. Кроме того, необходимо ознакомиться с вещественными доказательствами, аудио- и видеозаписями. Одновременно с моим вступлением в дело мне было предъявлено постановление Басманного суда, в котором мой подзащитный Захаров был ограничен во времени для ознакомления вплоть до 8 октября 2010 года. А 13 октября тот же Басманный суд вынес идентичное постановление об ограничении меня в сроках ознакомления с материалами дела до 18 октября 2010 года. То есть мне предложено изучить материалы дела за неделю, для чего потребуется читать в день более 25 томов…»

Сомнения коллеги в логичности происходящего полностью разделяет адвокат Наталья Алешина. Она была назначена защитником Виктора Захарова по инициативе следствия, потому начала знакомиться с материалами дела 16 сентября 2010 года и должна была закончить чтение документов, по мнению суда и Следственного комитета, в первых числах октября. Алешина считает сам факт такого судебного решения незаконным: «В понедельник 27 сентября я оказалась в больнице, где 8 октября была прооперирована. В Басманный суд была представлена справка, что я нахожусь на лечении. Тем не менее судья не посчитал это уважительной причиной и принял 30 сентября решение об ограничении меня во времени ознакомления с материалами дела. Очень странная история — ведь в материалах дела есть иное постановление: о продлении сроков следствия до 30 ноября на основании большого объема материалов уголовного дела и числа обвиняемых. И вообще — в соответствии с законом адвокаты и подзащитные имеют право неограниченное число раз обращаться к ранее прочитанным материалам уголовного дела. Ограничение во времени есть не что иное, как грубое нарушение конституционного права обвиняемых на защиту».

И здесь было допущено еще одно нарушение закона. В случае болезни адвоката обвиняемый имеет право лично пригласить другого защитника, но руководитель следственной группы господин Исканцев, проигнорировав возражения Захарова, буквально навязал ему в адвокаты некого Деткова. В каких отношениях находится этот юрист с СКП — неизвестно. Но в любом случае он пока весьма смутно представляет себе суть дела и, следовательно, не может в полной мере защитить права обвиняемого. Адвокат Марина Мастинская комментирует ситуацию так: «Действия сотрудников следственных органов ограничивают права как защитников, так и обвиняемого Захарова, и затрудняют доступ к правосудию. А еще — нарушают многие нормы уголовно-процессуального законодательства. Мне не совсем понятна мотивация представителей СКП, раз они сами продлили срок предварительного расследования до 30 ноября 2010 года. Таким образом, на сегодняшний день имеется полтора месяца для проведения необходимых следственных действий перед тем, как отправлять дело в суд. Только это время есть у следствия, а у адвокатов и их подзащитных его почему-то нет. Подобная спешка с точки зрения закона ничем не обоснована».

О нарушениях действующего законодательства, которые сопутствуют новому повороту в деле Сторчака, говорит и адвокат Евгений Мартынов. По его словам, «…есть общепринятая норма, что любое процессуальное решение, в том числе и об установлении определенного срока для завершения ознакомления с материалами дела, должно быть обоснованным и мотивированным. Это — общие базовые принципы права! Я бы еще как-то мог понять, если бы решение об ограничении было принято в отношении тех лиц, кто уже два-три-четыре месяца знакомится с материалами дела… Но, насколько мне известно, во времени ограничили двух адвокатов, одна из которых вступила в дело менее месяца назад, а другая — неделю назад. Представьте ситуацию, когда на ознакомление с 102 томами дела человеку дают срок пять-шесть дней, при этом каждый том — это в среднем 250—300 листов. Три тысячи листов надо внимательно прочесть за день! Но это ведь не детектив, а уголовное дело. Скажите, разве можно в таких условиях качественно выполнить свою работу, от которой зависит жизнь человека?»

Как замечает Евгений Мартынов, «…истинные мотивы подобных действий могут раскрыть только те, кто их совершает», однако он оставляет за собой право сделать предположение относительно подоплеки происходящего. По его мнению, «если иск компании «Содэксим» будет удовлетворен, обстоятельства, установленные арбитражным судом, должны будут приниматься следствием без всякой проверки. И если в арбитражном процессе будут установлены обстоятельства, опровергающие версию обвинения, следствию ничего не останется, как вынести постановление о прекращении уголовного преследования. Как вы думаете, какой будет после этого общественный резонанс? Три года расследовали дело, и выяснилось, что никто из обвиняемых не виноват. При этом некоторые отсидели по году в тюрьме. А вот если решение о прекращении уголовного преследования будет принято на стадии судебного разбирательства, то следствие остается в стороне, вся ответственность ляжет на суд, а не на обвинение. Утешение, конечно, слабое. Но на данный момент следователей устроит и это…»

Конечно, попытка следствия спасти свою репутацию выглядит вполне естественным шагом, если исходить из де-факто принятых в России аппаратных правил игры. Только эти бюрократические интриги, предпринятые стороной обвинения, не имеют ничего общего с правом. Тут либо писать новый кодекс — Кодекс По Понятиям — и признавать его приоритет над другими законами, либо следовать уже принятым нормам, вне зависимости от политической мотивированности уголовного дела, карьерных соображений исполнителей и страхов их начальников. Иначе можно отправлять в корзину всю программу либерализации российского права, а также планы реформирования суда и следственных органов.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera