Сюжеты

Дон Жуан проездом в Европу

В Большом театре состоялась самая ожидаемая оперная премьера сезона

Этот материал вышел в № 122 от 1 ноября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Культура

Наталья ЗимянинаНовая газета

Столице представлена московская версия оперы Моцарта «Дон Жуан» в постановке Дмитрия Чернякова. Московская — потому что спектакль сделан для Фестиваля лирических искусств в Экс-ан-Провансе в копродукции с испанцами и канадцами. В июле он...

Столице представлена московская версия оперы Моцарта «Дон Жуан» в постановке Дмитрия Чернякова. Московская — потому что спектакль сделан для Фестиваля лирических искусств в Экс-ан-Провансе в копродукции с испанцами и канадцами. В июле он открыл фестиваль, прошел там на аншлагах 10 раз подряд, а далее предполагается его передвижение в мадридский Театро Реал и в Торонто.

В Москве тем временем в планах Большого театра уже стоял «Дон Жуан» в постановке Анатолия Васильева, года три назад выжитого из России по нежеланию ладить с чиновниками. Все уже заранее радовались возвращению Васильева, однако этой весной, побывав в Большом театре на кастинге, контракт он разорвал. Запахло маленькой катастрофой.

А тут как раз выяснилось, что Черняков ставит именно эту оперу в Эксе, и Большой быстро вошел в курс дела и в долю.

Как можно понять по французскому спектаклю, идея режиссера очень интересна: показать необычного, крупноформатного человека, не вписывающегося в свою среду. Правда, испокон веков Дон Жуан считался исчадием ада, но именно в опере Моцарта благодаря музыке он вызывает сочувствие.

Новорусскому зрителю (Большой театр его лелеет) Дон Жуан интересен как тип, знакомый страдающим от одиночества женщинам. Зрителю мыслящему — как изгой, изнывающий в пошлой зарегламентированной среде. Так что новенький сюжет, наброшенный постановщиками поверх либретто, все же очень хорош: современный ироничный Дон Жуан, член буржуазной семьи некоего Командора, страшно всех раздражает. Женщин он изводит непостоянством, мужчины бесятся из зависти и ревности. И семейный клан, сплотившись, изощренно убивает его, доводя до инфаркта саспенсообразным методом — вроде того, как изводил когда-то свою жену герой фильма «Газовый свет».

Однако в московском спектакле случилось так, что невнятный Дон Жуан и его дружок Лепорелло почти неразличимы — два приживала в богатом доме, оба прохиндеи и пофигисты. Эта схожесть в конце концов убила идею. (Умолчим уже о том, что текст либретто не всегда соответствует действию.)

Зато превосходно, как и во Франции, справился со своей партией перекочевавший из фестивального спектакля Колин Бальцер (Оттавио, жених Анны). В Эксе его герой был злобным импотентом с гомосексуальными наклонностями, здесь же предстал вполне носителем добродетелей — и певец наконец получил возможность без изврата спеть свои лучшие арии (как он наверняка обычно и делает в других постановках). Так Дон Оттавио оказался ярче своего спивающегося инфернального соперника.

Героически держала первоначальный образ травестийная Черстин Авемо (Церлина; в этом спектакле она дочь Анны от какого-то брака). Ее героиня — милый тинейджер, колкая, чистая девочка, которая повелась на первое же подмигивание похотливого разгильдяя.

Героиня Вероники Джиоевой (Эльвира; тут она — бедная родственница Командора и жена Дон Жуана) настолько эмоциональна в порыве до последнего защищать мужа, что «подпортила» еще одну яркую идею: современная женщина с ее точно просчитанной жизнью, влюбившись и не встретив взаимности, способна на столь же просчитанную месть.

Победителем же в несколько суматошной битве вышел дирижер Теодор Курентзис, который мечтал работать со своим кумиром Васильевым. Он отобрал из оркестра Большого театра 50 музыкантов и с марта учил их играть на инструментах времен Моцарта (например, струны — не синтетические, а жильные). Волевой и экстатичный маэстро, скорее всего, даже не смотрел на сцену. (Правильно, пусть артисты смотрят на него, пусть вспомнят, что такое дирижер!) Так было и в их совместной с Черняковым «Аиде», и в недавнем «Воццеке». Часто Курентзис играет (а музыка — тоже драма) свое, а на сцене — совсем другое.

Зритель же, туго складывая итог в своей несчастной голове, иногда понимает третье или десятое. С натяжкой можно считать, что такая авантюра в некотором смысле обогащает новую интерпретацию.

Итак, дальше постановка поедет по миру, кооптируя местных или других приглашенных артистов. Непонятно, входит ли в замысел режиссера вот такая ее невольная адаптация к каждой стране. Нам уже досталась не лучшая.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera