×
Сюжеты

К убийству годен

Европейский суд по правам человека назначил компенсацию в 15 тысяч евро зэку Георгию Быкову, осужденному за двойное убийство

Этот материал вышел в № 130 от 19 ноября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Александр ЯгодкинНовая газета

 

В ночь на 12 июля 2001 года на КПП военного аэродрома «Балтимор» в Воронеже были зарублены топором прапорщики Сергей Ситников и Валерий Машков — 22 раны на двоих. У Ситникова пропал табельный пистолет. Общественных версий было много: от...

В ночь на 12 июля 2001 года на КПП военного аэродрома «Балтимор» в Воронеже были зарублены топором прапорщики Сергей Ситников и Валерий Машков — 22 раны на двоих. У Ситникова пропал табельный пистолет.

Общественных версий было много: от нападения террористов до разборок, связанных с кражей драгметаллов со списанных самолетов. Топор, в свою очередь, — явный признак пьяной «бытовухи», но в крови убитых алкоголя не обнаружили.

15 июля капитан Георгий Быков пытался покончить с собой, но после осечки коллеги отобрали у него автомат. В кармане у Быкова обнаружилась предсмертная записка: он побывал на месте преступления и взял топор в руки. Быков накопил тьму проблем: развелся с женой, начал выпивать, пристрастился к игровым автоматам и наделал кучу долгов — 30 с лишним тысяч рублей. Правда, занимал он под реальные деньги, которые ему задолжало государство (командировочные, 13-я зарплата, пайковые — как раз около 30 тысяч). Пропавший пистолет, по версии следствия, стал мотивом преступления. Правда, непонятно, почему пистолет второго прапорщика остался на месте. Проще и безопасней было капитану украсть автомат…

Быкова увезли в РОВД, и свидетели потом утверждали: на лице и теле у него не было никаких побоев. А утром 16 июля, по словам адвоката Светланы Баутиной, на нем живого места не осталось.

Сам Быков рассказывал, что три милиционера били его по голове и в живот, головой об стену, запихивали в рот фотографии убитых, и к утру он написал «чистосердечное признание».

Сослуживцы Быкова, соседи, просто знакомые, школьная учительница были уверены: он — последний, кого можно подозревать в убийстве.

«Да Жорик, — рассказывал сослуживец, которому Быков крупно задолжал, — крови боялся. Кто-нибудь руку порежет, он, как кисейная барышня, в сторону отходил. Да, он пил в последний месяц, но алкоголиком не был (это подтвердила наркологическая экспертиза). Кроме того, у него были проблемы с левым плечом. Судмедэкспертиза установила, что убийца был левша, а у Жорика эта рука вообще почти не действовала, он назад ее чуть отведет и уже стонет».

Привычный вывих плеча лечили Быкову в гарнизонной поликлинике и госпитале и залечили до того, что врач предложил ему оформить инвалидность и комиссоваться. Быков подал на него в суд и выиграл; на процессе по убийству именно этот врач сыграл роль эксперта и пояснил, что с плечом у Быкова все нормально: к убийству годен.

Быков объяснял: из-за болей в плече он и оказался в ту ночь на КПП аэродрома — вышел прогуляться и выпить припрятанного спирта. Там и увидел жуткую картину и в растерянности поднял топор. Чуть позже понял, что стал главным подозреваемым.

Судили Быкова через год после убийства на КПП. Валентина Ситникова, мать одного из убитых, готова была растерзать убийцу, но когда ввели в зал Быкова, выдохнула: это не он! Этот человек никак не мог справиться с ее богатырем-сыном. Тем более с двумя. У обоих прапорщиков было при себе табельное оружие. К тому же на телах убитых обнаружили синяки и ссадины, свидетельствовавшие о драке.

После оглашения приговора Ситникова сказала: «Две недели нас мучили, заставляя вновь переживать тот день, когда убили наших детей. А на суде не было ни одного убедительного доказательства вины Быкова». Вместе с отцом Быкова она пыталась потом оспорить решение суда первой инстанции, даже не пожалела денег на адвоката.

Многих важных свидетелей цепочки событий ни следствие, ни суд опрашивать не стали — например, сослуживцев, которые не дали Быкову застрелиться. Это тоже отметил в своем решении Евросуд.

Быков твердо стоял на своем: я невиновен, а «чистосердечное» написал под пытками. Обвинитель запросил для него 25 лет, вдовы погибших требовали пожизненного. Московский окружной военный суд вынес приговор: 15 лет колонии строгого режима, лишение воинского звания и 300 тысяч рублей выплаты родственникам погибших. Мать Ситникова отказалась от своей доли: не поверила, что Быков — убийца.

Сейчас Быков уже десятый год мотает срок в Семилукской колонии. Он написал сотни обращений и заявлений, дойдя до последней инстанции — Европейского суда в Страсбурге. Мало кто верил, что кто-то ему поможет.

Но есть и Евросуд…

14 октября этого года Европейский суд признал, что сотрудники Советского РОВД С. Богданов, В. Гончаров и С. Пустовалов применяли к Быкову жестокое, унижающее достоинство обращение, и присудил бывшему капитану ВВС 15 тысяч евро.

Из решения:

«13.06.2007 председатель Первой Секции принял решение уведомить Правительство РФ о подаче жалобы.

…Как следует из письма начальника ИВС адвокату заявителя 21 ноября 2001 года, при поступлении в ИВС заявителя осматривал врач, который зафиксировал гематомы в области носа и под глазами, и что телесные повреждения получены им до поступления в ИВС, и он не просил медицинской помощи.

…20.07.2001 старший следователь военной прокуратуры и врач осмотрели заявителя в присутствии двух свидетелей. Сотрудник милиции, участвовавший в избиении заявителя 16.07.2001, сопроводил его на медицинское освидетельствование и остался наблюдать. Следователь указал в заключении кровоподтеки на плечах и под лопаткой, кровоизлияние в зоне глаза.

...16.07.2002 Четвертый окружной военный суд признал заявителя виновным в совершении двойного убийства и краже оружия и приговорил его к пятнадцати годам лишения свободы. В частности, суд постановил:

«Свидетели показали, что они физического насилия и морального давления на Быкова во время его нахождения в Советском РОВД г. Воронежа не оказывали и в их присутствии никто Быкова не избивал. Не были установлены факты избиения Быкова и служебной проверкой управления собственной безопасности Воронежского ГУВД.

Вместе с тем, по сообщению начальника ИВС г. Воронежа, при поступлении 16.07.2001 в ИВС у Быкова были выявлены на носу, левом и правом глазах гематомы. Суд допускает, что до поступления в ИВС к Быкову применялось физическое насилие, но не в таких объемах, как это он показывал в судебном заседании…

Каких-либо данных об оказании на него со стороны правоохранительных органов физического либо морального воздействия в судебном заседании не установлено».

10.01.2003 Военная коллегия Верховного суда РФ поддержала приговор, вынесенный 16.07.2002.

...Правительство настаивало, что жалоба заявителя необоснованна и что телесные повреждения получены во время его борьбы с одним из потерпевших. Однако данное объяснение не убедило Суд. Правительство России не представило ни одного убедительного объяснения того, каким образом у заявителя появились телесные повреждения.

В ответ на запрос Суда полностью предоставить материалы расследования событий 16.07.2001 Правительство указало, что расследование до сих пор проводится и это мешает предоставить Суду необходимые документы…

По мнению Суда, вопрос сводится к тому, стремились ли власти привлечь к ответственности виновных. Суд поражен тем фактом, что первоначальные следственные меры, которые имеют огромное значение для установления достоверной картины произошедшего, когда речь идет о жестокости со стороны милиционеров, были предприняты самой милицией.

Суд находит поразительным, что с февраля 2004 года по август 2007 года следствие не продвинулось. Проверка, закрытая в третий раз 06.02.2004, возобновлена в августе 2007 года, после того как дело было коммуницировано Правительству. Следствие до сих пор ведется, и сотрудники милиции до сих пор так и не предстали перед судом».

Свидание

За двойной решеткой в комнате для свиданий Семилукской колонии строгого режима сидит худой, как щепка, Георгий Быков.

— С тех пор как я узнал о решении Страсбургского суда, есть ничего не могу, — говорит он. — В то, что я дойду до Страсбурга и выиграю этот суд, никто, кроме родных, не верил. Даже адвокат отговаривал меня писать жалобы, называя это «мышиной возней» и потерянным временем. Но моя цель — доказать, что я невиновен. Мне жить нет смысла без этого!

На всех этапах следствия мне предлагали откупиться. Отцу предлагали за 50 тысяч долларов вывести меня из дела. Во время суда за полное оправдание просили уже 150 тысяч долларов. Откуда в семье военных такие деньги? И за что платить?! В Курске, когда я проходил судебно-психиатрическую экспертизу, мне предлагали заплатить 3 тысячи долларов — они б дали заключение, что убийство я совершил в состоянии аффекта; максимальное наказание при этом — пять лет колонии. Но я никого не убивал.

Решение Страсбургского суда — это, конечно, победа. Но цель моя — не деньги, а чтоб милиционеры были наказаны за то, что растоптали мою жизнь и жизнь моих родных. И хочу, чтоб нашли настоящих убийц.

Прямая речь

Директор Центра защиты прав средств массовой информации по Воронежской области Галина Арапова:

— Как рассказал нам председатель палаты Евросуда Николай Братц, 30% всех жалоб поступает из России, их поток уже захлестнул Страсбург. Судья ЕСПЧ от России Анатолий Ковлер сказал мне, что количество жалоб на пытки в последнее время серьезно возросло. И теперь Евросуд готов занять жесткую позицию по проблеме пыток в правоохранительных органах и системе исправительных учреждений по российским жалобам. Речь идет о так называемом пилотном решении, которое потребует от России не просто выплат компенсации заявителям, а принятия масштабных мер с изменениями в законах, укреплением контроля и прозрачности «работы» правоохранительных органов с гражданами на всех этапах, когда к гражданину может быть незаконно применена сила. Принятие такого решения — серьезный политический шаг, на который Евросуд идет крайне редко. Контроль за исполнением решений Евросуда осуществляет кабинет министров Совета Европы, в который входят все министры иностранных дел государств-членов Совета Европы.

Пресс-секретарь областного суда Лада Петина:

— В областном суде дело Быкова не рассматривалось, поэтому никто из судей не взял на себя ответственность прокомментировать постановление Европейского суда. Рекомендую вам обратиться в военную прокуратуру Воронежа, которая вела следствие по этому делу.

Прокурор военной прокуратуры Воронежского гарнизона Сергей Заряев:

— Следствие по этому делу вела военная прокуратура Московского военного округа, а приговор выносил окружной военный суд 4-го округа. Обращайтесь туда.

(Оттуда на запрос не ответили.)

Юрист Общественной приемной при уполномоченном по правам человека в РФ в Воронежской области Илья Сиволдаев, представлявший интересы Быкова в Евросуде:

— Постановлением Евросуда по жалобе 24271/03 Георгий Быков против России единогласно установлено нарушение статьи 3 Конвенции вследствие неспособности властей эффективно расследовать жалобу на бесчеловечное и унизительное обращение. За то, что права Быкова нарушены, голосовал даже судья от России Анатолий Иванович Ковлер. Это первое постановление Европейского суда по правам человека, в котором установлен факт пыток в милиции Воронежской области.

После вступления в силу постановления Россия не только должна выплатить Быкову компенсацию морального вреда и судебных расходов, но и принять меры к тому, чтобы Быков утратил статус жертвы нарушения права, гарантированного Конвенцией 1950 года. Для этого должно быть произведено эффективное расследование событий 12 июля 2001 года, а виновные привлечены к ответственности.

У Быкова теперь есть возможность требовать пересмотра приговора в порядке надзора или по вновь открывшимся обстоятельствам, к которым относится постановление Европейского суда по правам человека.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera