Сюжеты

Трубный запах

Субъективный взгляд сибиряка на «Транснефть» как зеркало государства. Или что думают люди, живущие у трубопровода, про разоблачения Алексея Навального

Этот материал вышел в № 130 от 19 ноября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Алексей ТарасовОбозреватель

 

Сегодня, 19 ноября, выйдут митинговать работники Уярского (Красноярский край) нефтеналивного терминала: они протестуют против закрытия своего предприятия, написали письмо президенту России. Эта станция, отгружающая нефть на Дальний Восток,...

Сегодня, 19 ноября, выйдут  митинговать работники Уярского (Красноярский край) нефтеналивного терминала: они протестуют против закрытия своего предприятия, написали письмо президенту России. Эта станция, отгружающая нефть на Дальний Восток, была громким инвестпроектом Александра Хлопонина, ее запуск одобрил Владимир Путин. В терминал вложили 1,5 млрд руб., реконструировали и сдали в эксплуатацию совсем недавно, в 2006 году. С запуском ВСТО планировали построить на базе терминала нефтеперерабатывающий завод, есть проект. Однако концепция вдруг поменялась: «Транссибнефть» известила о переориентации грузопотоков и прекращении поставок сырья в Уяр с 1 января, 500 работников получили уведомления о сокращении. В конечном итоге без работы останутся 700 человек.

Теперь «Роснефть» будет разливать свое сырье на мощностях «Транснефти» в Ангарске (Иркутская область). До этого там переваливали нефть в Китай, но в связи с запуском ВСТО комплекс освобождается и его можно снова задействовать для отгрузки нефти в дальневосточные регионы. На вопрос, для чего тогда с такой помпой запускали Уярский нефтеналив, вкладывались в него, ответа нет.

Понятно, что здесь обнародованные Навальным документы никакого резонанса не вызвали. Воруют-то не тут, а в Москве. И в этом факте не то чтобы новости нет, это просто совсем про другую страну, про другую жизнь, иное измерение. Да и моралистов в каторжных краях никогда особенно много не было. Но здесь испокон такой принцип: живешь сам — давай жить другим. И вот с этим-то проблемы. Имею в виду, конечно, не «Транснефть», а владеющее ею государство. Дети «трубных» людей ходят в садик, где за ними ухаживают нянечки и воспитательницы, зарабатывающие 3700 рэ в месяц, что почти вдвое ниже прожиточного минимума. Государство перераспределяет заработок нянечек в пользу мегапроектов, реализуемых «Транснефтью». В Иркутской области, в Забайкалье, по землям которых протянули трубу, самый дорогой бензин в стране (если не брать во внимание совсем уж отдаленные и малонаселенные территории). Труба не меняет к лучшему жизнь тех земель, по которым она прошла, она дает выхлоп за тысячи верст отсюда.

…В этих пространствах мало что изменилось. Здесь и сегодня человек — вошь, он нужен для обслуживания инфраструктуры, созданной под удобства ESPO (или, по-русски, ВСТО — марки сибирской нефти, названной по имени трубы, по которой она поставляется), для перекачки сырьевых богатств; вся местная жизнь структурирована под это и ни подо что другое. Последний раз, когда меня угораздило проезжать Тайшет (а его не миновать никому, едущему или идущему по России, — здесь сходятся все пути с запада на восток и обратно), я застрял на Московском тракте — федеральной трассе М-53. Эту единственную автомобильную дорогу, соединяющую окраины страны, просто перегораживают на полдня, пока идут караваны железнодорожных цистерн, многие — под логотипами «КОС» и «Ю» (в первом случае замазана масляной грязью буква «Ю», во втором «КОС»). Люди выходят из машин. Дышать нечем. Эти люди не имеют значения, они не обслуживают трубу. Имеет значение, что ESPO за баррель на один бакс, а то и два пойдет дороже, чем Urals. Имело значение, что государство дало на распил суммы в несколько раз большие, чем планировал потратить Ходорковский на реализацию этого проекта (и он хотел обойтись собственными и заемными ресурсами).

Не знаю, кого здесь могли удивить обнародованные Навальным суммы. Здесь спрашивают про другое. Например: а зачем эта труба? Зачем она Китаю, понятно. И почему это любимый проект Путина, тоже понятно. Зачем нам? Зачем Тайшету? Сибири? России? Что мы будем качать по трубам, когда эта черная жидкость из перегнивших трупов древних живых организмов кончится? Пример Уярского комплекса по перевалке нефти показателен. Искать смысл в современной российской сырьедобывающей политике занятие столь же увлекательное и обреченное, как поиск мыслей в заднице: там — другое.

Останутся отмытые капиталы, заграничные особняки. И хорошо. Это и есть суть этого проекта.

Воровство здесь и сейчас — это системообразующий фактор, это часть организма, функционирующего как единое целое, где всё со всем находится в причинном взаимодействии. А сырьевые богатства Сибири — это наше искушение, ставшее нашим проклятием. Пока можно жить распродажей недр, выкачиванием сырья, мозгами никто работать и зарабатывать не будет. «Модернизация», «инновации», «энергосбережение» и все прочие из этого ряда слова пусты и бессмысленны, пока у нас есть нефть. Пока она позволяет затевать гигантские стройки и воровать красиво, по-крупному.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera