Сюжеты

Мемуары о будущем

Как политики создают себе исторические репутации

Этот материал вышел в № 131 от 22 ноября 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Книга воспоминаний Джорджа Буша-младшего «Моменты решений», вышедшая в свет в начале ноября, ожидаемо стала бестселлером: уже в первый день продажи было раскуплено 235 тысяч экземпляров. Мемуары видных политиков, как и звезд кино или...

Книга воспоминаний Джорджа Буша-младшего «Моменты решений», вышедшая в свет в начале ноября, ожидаемо стала бестселлером: уже в первый день продажи было раскуплено 235 тысяч экземпляров. Мемуары видных политиков, как и звезд кино или шоу-бизнеса, обычно идут на ура, и не только в Америке. Интерес публики к такого рода чтению понятен: человек «из толпы» всегда рад приобщиться к тайнам сильных мира сего, хотя бы одним глазком заглянуть туда, где вершатся судьбы людей, подобных ему, но где этим людям никогда не суждено побывать.

Мотивации высокопоставленных авторов мемуаров обычно разнообразнее. Нечасто воспоминания государственных деятелей, полководцев или знаменитых артистов являются способом заработать на жизнь: их авторы обычно люди небедные. Хотя бывало всякое. Так, 18-й президент США генерал Улисс Грант, разорившись к концу жизни, принял предложение Марка Твена об издании своих мемуаров и успел закончить их за неделю до мучительной смерти от рака горла. И сами воспоминания, написанные с блеском, и трагическая история их создания сделали книгу бестселлером. Она принесла семье Гранта огромную по тем временам сумму — 450 тысяч долларов, избавление от долгов и безбедную жизнь. Самому же Гранту мемуары улучшили историческую репутацию. Его былая слава победителя в гражданской войне между Севером и Югом оказалась подпорчена неудачным президентством, отмеченным коррупционными скандалами, но воспоминания восстановили в глазах общества в целом позитивный для генерала баланс.

Мемуары политиков — это битвы за репутацию, важная составная часть истории, которая в значительной степени и состоит из мифов и репутаций. Как говаривал Уинстон Черчилль, «история будет к нам благосклонна — ведь я ее сам напишу». И написал, став в 1953 году лауреатом Нобелевской премии по литературе — за «Вторую мировую войну» и другие исторические произведения.

Бушу-младшему столь высокая награда вряд ли достанется, но он свое дело сделал, изложив собственную оценку событий, в которых участвовал. Другим мемуаристам, а также историкам, политологам и журналистам теперь остается поддерживать или опровергать ту версию событий бушевского восьмилетия (2000—2008), которую создал главный герой этой эпохи. И совершенно не факт, что будущие оценки останутся такими же, как сейчас, — всё будет зависеть от того, справятся ли США и весь мир (и если да, то как) с теми проблемами, с которыми столкнулся первый американский президент XXI века. В истории США есть пример, который может обнадежить Буша-младшего: рейтинг Гарри Трумена незадолго до ухода в отставку составлял рекордно низкие 23%, но уже на его похоронах в 1972 году об этом президенте отзывались как об одном из «гигантов столетия».

Исторические репутации поначалу неустойчивы, но однажды устоявшись (иногда для этого требуется много десятилетий), они приобретают необычайную прочность. Об этом многое могли бы рассказать Ричард III или Сальери. Историки давно уже сильно сомневаются в справедливости обвинений в адрес обоих, но кому какое дело: Шекспир и Пушкин навеки пригвоздили английского короля и итальянского композитора к позорному столбу. А мемуаров в свою защиту ни тот, ни другой обвиняемый написать не успели. В отличие от Наполеона, который на острове Святой Елены не терял времени и в надиктованных секретарю записках придал своей мегаломанской эпопее благородный блеск борьбы за свободу и единство Европы.

Воспоминания, конечно, не гарантируют их авторам позитивной исторической репутации. Мемуары — это нечто вроде заявки на финансирование проекта: ее могут утвердить, а могут и отвергнуть. Только вместо денег в данном случае — «благодарная память потомков» и иные посмертные почести. В этом смысле мемуары — это воспоминания о будущем. Российские правители последних лет двухсот мало заботились об изложении собственной версии своих деяний: некогда было — большинство из них умерло «на боевом посту». Обширные воспоминания успел оставить только Никита Хрущев. (О произведениях Л.И. Брежнева всерьез говорить неудобно, а книги Бориса Ельцина были произведениями еще действующего политика.) Бывший государственный деятель, пишущий (и издающий) мемуары — вообще-то признак устоявшегося, довольно демократичного общества. Поэтому, например, Владимиру Путину можно вполне искренне пожелать поскорее за них засесть.

А Дмитрию Медведеву, вероятно, писать уже ничего не придется: этому высокотехнологичному президенту достаточно будет издать избранные записи из своего блога, перемежаемые сообщениями в «Твиттере».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera